Одержимость Фенрира
Шрифт:
Чёрный правый глаз Одина снова остановился на мне, и я внутренне сжалась. Он возобновил медленные и неторопливые шаги в мою сторону. Хаг стоял в стороне, сжав кулаки, и больше не предпринимал попыток помочь. Его брат со своей валькирией уселись на ступени тронного возвышения и с интересом следили за происходящим, как за представлением.
– Мне было видение, - улыбнулся Один. Это была очень неприятная улыбка. – Дева-Жизнь – единственная, кто способен остановить Рагнарёк. Было бы преступно её убивать.
– Что за
– Не смей сомневаться в воле небес! – громыхнул Один, расправляя крылья. – Я отдал глаз, чтобы заглядывать в будущее и причащаться мудрости богов!
Его левый, затянутый бельмом белый глаз оставался абсолютно безжизненным, мёртвым. Это было жутко. Зато правый смотрел на меня пристально, жёг чёрным огнём.
Мамочки, да я бы скорее подумала, что этот громила себя самого считает богом! Имеющим почему-то право вершить чужие судьбы.
Он подошёл совсем близко, и теперь возвышался надо мною горой.
– К тому же, - усмехнулся Один плотоядной улыбкой. – Я уверился в своём решении, когда её увидел. Такая хорошенькая малышка достойна того, чтобы оказаться в постели самого Одина! Она родит мне много крепких сыновей.
И он потянул руку к моему лицу.
Всё внутри меня всколыхнулось.
– Нет! – громко и чётко сказала я, глядя ему прямо в лицо.
Когда его пальцы коснулись моей кожи, что-то произошло.
Вспышка.
Рычащий крик боли.
Один отдёргивает руку и смотрит на меня в удивлении.
– Это что ещё за…
– Подойди, девочка! Дай-ка на тебя посмотреть получше! – шипит змеёй чёрный поток.
Я остаюсь на месте.
– И не подумаю! Не смейте меня трогать.
Мой голос дрожит от страха. Но я скорее умру, чем соглашусь на то, чего от меня хотят в этом месте, напоминающем не воронье гнездо, а скорее змеиное.
– Что ж… тогда я сама, - усмехается ведьма.
Поток выплёскивается за пределы резервуара.
Водный пузырь размером с человека перемещается в пространстве сам собой и замирает в воздухе напротив меня. Не в силах пошевелиться, слежу за этими перемещениями. Как и все остальные, кто находится в тронном зале.
Чёрная вода обретает очертания женской фигуры и незрячие глазницы какое-то время меня разглядывают. Жуткое ощущение.
– Девица беременна! – выносит свой вердикт Хель. – Это не её сила отбрасывает чужую руку. Это ребёнок не желает, чтобы трогали его мать.
Что?..
Я инстинктивно прижимаю ладони к животу. Хаг смотрит ошарашенно. В глазах валькирии потрясение, она стремительно бледнеет. Беловолосый Ворон смотрит остро и пристально, прожигает чёрными глазами. А Один… я думала, он оставит меня в покое теперь. Но на его лице – живая заинтересованность. И он как будто… даже рад?!
– Вот оно что! – басит великан, расправляя крылья. И смеётся, а у меня от этого смеха мороз по коже. – Значит, она способна зачать,
Он подмигнул мне, пребывая, очевидно в отличнейшем настроении.
И только я ощущаю себя скотом на рынке.
Губы не слушаются, и у меня не получается спросить, что он хочет сделать с моим ребёнком, когда он родится. Почему-то уверена, я не хочу слышать ответа на этот вопросы.
Но… если всё так… это отсрочка!
У меня есть еще несколько месяцев, чтобы что-то придумать.
…если проживу так долго без Фенрира.
Сердце колет сильная боль. Я замираю, пережидаю её.
Когда могу снова вдохнуть и ко мне возвращается возможность говорить, тихо произношу:
– Вы не знаете… я больна. Сильно. Я не смогу стать вам женой, потому что слишком слаба…
Мне требуется очень много сил для этого унизительного признания. Но хочу попытаться использовать этот шанс.
Вот только Один морщится и перебивает:
– Могла бы соврать поизобретательнее. Хаг! Отведи девчонку в её покои. Пусть отдыхает, отсыпается и готовится. Судя по всему, тебя её магия не отталкивает, раз ты смог её донести. – Он хищно усмехается.
– Это лучше всего мне доказывает, что у тебя нет поползновений на её тело. Так что так и быть, доверяю её тебе пока что.
С потемневшим лицом Хаг подходит ко мне. Неуверенно тянет руку и касается моего плеча.
У него это получается.
Поднимаю на него глаза. Он отводит взгляд с каменным лицом.
– Пойдём, Нари!
Он единственный здесь назвал меня по имени. Остальным оно вообще неинтересно было.
– Ты совершаешь огромную ошибку, Один! – шипит поток, втягиваясь обратно в каменный круг бассейна. – Она никакое не спасение! Она – твоя погибель! Когда Волк придёт за ней…
– Эта Псина не сможет даже приблизится к Вороньему камню, - усмехается Один.
– Лучше бы ты послушался меня и убил её сразу, - не унимается Хель. – С чего ты взял, что именно о ней твоё пророчество?
– А о ком ещё? – удивился Один. – Дева с глазами зелёными, как весенняя листва! Она сможет вернуть нам то, чего мы так давно не видели на Вороньем камне.
– Я уже не дева, - краснея, поправляю я.
– Не важно! Ты появилась ровно после того, как меня посетило видение. Таких совпадений быть не может. К тому же, есть ещё один знак.
Один вернулся на свой трон и расселся там, удобно положив могучие руки на каменные подлокотники.
– Какой ещё знак? – проскрипела Хель.
– Дева-Жизнь рождена под знаком луны. Уверен, что у тебя на теле есть такой знак, малышка! – оскалился Один. – Жду не дождусь момента, когда смогу лично проверить, где именно.