Одержимость: Покоряясь тебе
Шрифт:
– Зачем Вы делаете это? – Я с горечью посмотрела в бесстрастные глаза Адама Эллингтона. – Откуда столько жестокости? Вы ведь даже не знаете меня.
Он сделал еще один шаг ко мне, и теперь я могла чувствовать тепло, исходящее от его тела.
Я могла бы поклясться, что этот человек мертв и передвигается с помощью черной магии.
Нагнувшись к моему уху, он прошептал:
– Потому, что я так хочу, Грейс.
Он так хотел, вот и все. Хотел подчинить меня себе, и плевать, что это разрушит
Я подумала о Дине, и мне захотелось завыть от отчаянья.
Что станет с нашими отношениями, если я соглашусь?
Стоп, неужели я всерьез думаю о том, чтобы согласиться?
Нет, я должна сказать, чтобы он убирался к черту со своим предложением. И тогда мой отец, скорее всего, будет мертв, а моя больная бабушка потеряет крышу над головой и окажется в отвратительном приюте для стариков, у которых нет ни гроша за душой. Или, что еще хуже – смерть сына ее уничтожит.
Я понимала, что у меня нет выхода. Единственный шанс исправить то, что натворил отец – согласиться на предложение этого монстра в обличье человека.
Я молила Бога, чтобы это оказался только ночной кошмар и я, наконец, проснулась, но, к сожалению – это была моя реальность.
– Я дам тебе время подумать, – внезапно смиловался Эллингтон, видя мои терзания. – До завтрашнего вечера, Грейс. И если ты не согласишься, последствия наступят тут же. – Он сделал короткую паузу, внимательно наблюдая за мной. Потом вздохнул и отступил, напомнив: – Завтра, Грейс. Я хочу услышать ответ завтра.
И после этого он ушел, оставив меня переваривать свое дикое, ужасное и пугающее предложение.
Нет, свой жестокий ультиматум.
Раздираемая злостью и негодованием, я долго торчала на холоде, кипя внутри и желая выплеснуть накопившийся гнев.
Как я могла влипнуть в такое дерьмо?! За что мне все это? Неужели мало паршивых вещей произошло в моей жизни?
Как вообще кто-то может предлагать другому человеку то, что предложил мне Эллингтон. В какое время мы живем?
О, этому ублюдку надо было родиться в девятнадцатом веке, дабы иметь у себя рабов.
Он, видите ли, хочет взять меня «во временное пользование»!
Нет, серьезно? Кто я, по его мнению, такая? Вещь, бездушный предмет, которому дела нет до того, что делает с ним хозяин?
Ох, я готова была завыть от ярости и… чувства отчаянья. Я знала, что должна отказать ему, но в таком случае он превратит наши жизни в кошмар.
Боже, я не хотела становиться игрушкой в руках этого страшного человека. Что он собирался делать со мной? Использовать меня как сексуальный объект для своих забав?
Фу! Меня затошнило и, испугавшись, что вот-вот вырву, я склонилась у края дорожки, глотая холодный воздух.
Одна только мысль, что он прикоснется ко мне, приводила меня в дикость, ну а о том,
Нет, лучше об этом не думать.
О том, чтобы сейчас вернутся в общагу, и лечь спать, не было и речи. Я точно не усну с атакующими мыслями в моей голове. И я не смогу удержаться и все разболтаю девчонкам, и конечно же, они начнут меня отговаривать, а мне и без того паршиво.
Поэтому, недолго думая, я отправилась в бар на территории студенческого городка. Несколько порций текилы помогут моим расшатавшимся нервам.
Сев за стойку, я заказала выпивку и, опрокинув первый шот, тут же потребовала второй. Я не часто пила, только иногда с девчонками могла позволить себе вина или пива на вечеринке. Но сейчас мне очень, очень надо было надраться.
– Ублюдок проклятый, – зло прошипела я, берясь за третий шот. Бармен странно на меня посмотрел, но я проигнорировала его. Я не стала извиняться и объяснять, что это не относилось к нему. В данный момент мне не было дела до нежных чувств других людей.
Меня шантажирует больной на голову урод, и хочет сделать меня своей комнатной собачкой – есть над чем подумать.
– Грейс?
Я повернула голову, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы идентифицировать личность парня, который ко мне подсел. Это оказался Бред, мы с ним ходили вместе на политологию. Он казался удивленным, но улыбался мне.
– Бред! Привет! – Я уже достаточно захмелела, чтобы мой голос звучал громче обычного. Я ударила кулаком в плечо парню и его глаза стали еще больше от моего неадекватного поведения.
– Ты напиваешься здесь в одиночку? – Парень огляделся, убеждаясь, что со мной никого нет.
Я в торжественном жесте подняла новую порцию текилы.
– Как видишь.
– Мм… У тебя все нормально? – Он склонился ко мне чуть ближе, с беспокойством заглядывая в глаза.
Вау, неужели ему не все равно? Мы, в конце концов, не были друзьями.
– Нет Бред, я в заднице. – Я широко улыбнулась и залпом проглотила очередной шот.
Который уже по счету?
– Я в полной заднице, – заплетающимся языком повторила я, подперев голову рукой.
– Если хочешь, можешь рассказать мне, – предложил парень, немного смущенно мне улыбнувшись.
О, такой милый! Он мне напомнил чем-то Дина. А вспомнив о Дине, мне захотелось заплакать. Из-за чокнутого Адама Эллингтона мои отношения с Дином закончатся, не успев начаться.
– Лучше выпей со мной, Бред. – Я жестом показала бармену повторить. – И ему тоже налейте.
В общем дальше я уже мало что помнила.
Обхватив рукой живот, внутри которого, очевидно происходило землетрясение, я каталась по кровати, периодически издавая стонущие звуки.
Ох, как же мне было хреново!