Одержимость: Покоряясь тебе
Шрифт:
Сзади послышался короткий смешок Адама.
– А вы нетерпеливы, мисс Колдвел.
Я хотела сказать, чтобы он заткнулся и прекратил свою игру. Но он был хозяином положения, и я должна была подчиняться. К тому же, сегодня я и так потеряла все свое достоинство.
– Такая нежная, – негромко говорил Адам, продолжая гладить мои ягодицы и бедра. – Я был уверен, что у тебя нежная кожа.
От жара мои колени прилипли к коже дивана. Мой пульс делал невообразимые скачки, сердце быстро и громко бухало в груди. Отчаянно хотелось пить.
Сколько
Его ладонь прошлась между моих ног, слегка задевая чувствительное место и… потом все закончилось. Он просто отступил от меня, и я даже не сразу поняла, что его руки больше не касались моего тела.
– Достаточно на сегодня, – как ни в чем не бывало, заявил он. – Пошли, тебе пора домой.
Что?! Нет, что?!
Серьезно? После всего, что он проделал, чтобы довести меня до температуры кипения, он просто собирается отвести меня домой?
Я развернулась и посмотрела на него как на сумасшедшего.
– Это такая шутка? – Я растерянно заморгала. – Потому что знаешь, не смешно. Для чего это все было, если ты не собирался…
– Не собирался что? – Адам вскинул брови, выглядя совершенно бесстрастно.
Разве может нормальный человек, который еще минуту назад был охвачен желанием, сейчас быть таким спокойным и безэмоциональным?
– Знаешь что, забудь! – Я взмахнула рукой, тщетно пытаясь унять дрожь в теле.
Ублюдок просто играет со мной, и я ведусь, как последняя идиотка.
– Это будет маленькое испытание для тебя. – Он подошел ближе, но так как наша разница в росте была ощутимой, смотрел сверху вниз на меня. – Неудовлетворение может доставить определенные неудобства. – Он криво усмехнулся. – Считай, что я сделал это в целях воспитания. И еще кое-что. – Он явно получал удовольствие сейчас. – Никакого самоудовлетворения. Не трогай себя, Грейс. Это приказ. – Он сделал небольшую паузу, пока я пыталась убить его своим пылающим взглядом. – Я узнаю, если ты ослушаешься. Поверь мне.
– Пошел к черту! – яростно фыркнула я, и с трудом сдержавшись, чтобы не показать ему средний палец, вышла из комнаты.
Утром следующего дня я проснулась рано, и чтобы хоть немного сбросить накопившуюся во мне энергию, вышла на пробежку.
Я была взвинчена, раздражена и беспокойна. А все благодаря этому чертовому мудаку, который просто поиздевался надо мной!
Сунув наушники в уши, я включила свой айпод на полную громкость и побежала. В парковой зоне университета в это раннее воскресное утро было малолюдно, только ранние пташки, которые так же вышли на пробежку.
Я выжимала из себя все силы, желая устать так, чтобы сил не было думать о вчерашнем вечере и последовавшим после соблазнения разочаровании. В лимузине мы с Адамом не разговаривали, даже не смотрели друг на друга. Я сидела, насупившись, отвернувшись к окну. После того, как
Проклиная его большую часть своей пробежки, я решила, что ему больше не удастся сделать со мной такое. Чего бы мне это не стоило, я больше не растекусь лужицей перед ним, и на все, чтобы он не делал, буду реагировать сдержано.
Но вспомнив, как его руки касались меня, как его горячее дыхание опаляло мою кожу, я засомневалась, что выдержу. Недавние воспоминания вернули уже знакомое волнение, и я даже сбилась с ритма.
Топнув от досады ногой, я обхватила голову руками, чувствую свою беспомощность. Парень, который в этот момент пробегал мимо, посмотрел на меня как на сумасшедшую.
Наверное, я и была такой, если позволила Адаму Эллингтону так увлечь меня.
Я знала, что наше соглашение не будет простым. Знала, что год с ним покажется вечностью, но чего я не подозревала, это своей слабости рядом с ним. Не знала, что так быстро предам себя, сгорая от желания почувствовать его в себе.
Он даже не нравился мне! Но я хотела его. Разве в этом есть логика?
Я сомневалась.
Мне потребовалось еще пара километров, чтобы в моей голове созрел кое-что похожее на план. Пусть моя воля была ограничена, пусть этот дьявол дергает за ниточки, привязанные ко мне, но я тоже могла попортить ему кровь, главное не перегибать палку.
Окрыленная этим решением, я вернулась в общежитие, решив, наконец, что бега на сегодня с меня хватит.
Лорен недавно встала и только приготовила кофе, когда я ворвалась в нашу комнату.
– Случилось что-то серьезное? – подозрительно посмотрела на меня подруга после обмена приветствиями.
Дело в том, что бегала я в основном только в моменты душевного беспокойства, так что ее быстрые выводы можно было понять.
Я вкратце посвятила Лорен в события прошлого вечера, прихлебывая в перерывах кофе. Когда я закончила, подруга воскликнула:
– Ну и засранец!
Я кивнула, соглашаясь.
– Какую игру он затеял?
– Не знаю. Свести меня с ума? – Я дернула плечами. – Он делает что хочет, я уже поняла, что Адама Эллингтона ничего не волнует кроме самого Адама Эллингтона. – Я скривилась, вспомнив его самоуверенное лицо и лишенный эмоций голос.
– Но, очевидно, не все было так плохо, да? – Лорен поиграла бровями, вгоняя меня в краску. – Он не настолько отвратителен тебе, как ты утверждала.
Я промолчала, не собираясь подтверждать слова веселящейся подруги. Да все и так было очевидно.
– Физическое влечение еще ничего не значит, – наконец произнесла я. – Это не отменяет того, что он, сволочь, которая по неизвестным мне причинам решила поиграть с моей жизнью. И я серьезно подозреваю, что здесь он болен. – Я ткнула себя пальцем в голову. – Он… такой переменчивый. Никогда не знаю, что он выкинет в следующую минуту. И это утомляет, постоянно следить за тем, что говорю, боясь его гнева.