Одержимость Ростовщика
Шрифт:
— Нет, вы не поняли. Я говорю о времени, когда вы были ребёнком.
— Так и я о том же. Мне было шесть, когда отец научил меня играть в карты, — его желваки вздулись от гнева, а сигарета сломалась на две части в жилистых пальцах. — Сам напросился к нему. Идиот.
— И что дальше?
— Я проиграл, а этот говнюк потребовал отдать деньги, ещё и проценты нагнал. Хрен старый не успокоился, пока я всё не выплатил... Хотел грохнуть его с тех пор как нож в руках держать научился, но эта тварь изворотлива. Во всём опережал.
А он точно про отца говорит? Не про
Чтобы Рагнар не говорил. Как бы не утверждал, однако жгучей ненависти к родичу, в тоне мужчины я не слышала. Возможно у них просто были сложные отношения. Или просто такое проявление любви. Связь отца и сына сложная штука. И совсем незнакомая для меня.
— Вы поэтому стали финансистом? Шли по стопам отца? — наивно предполагала я.
Мужчина даже закашлял и посмотрел на меня, как на ненормальную.
— Нет. Изначально я выбирал себе другую карьеру.
— Какую?
— Бои без правил. Херячить людям кости, ещё и деньги за это получать. Кайф, а не работа. Жаль, не сложилось. Меня вытурили сразу после первого боя, когда противника до комы довёл.
Разговоры про бои не успокаивают. Даже немного не утоляют голод зверя, а лишь сильней заводят. Распаясывают его.
Разгоряченное пламя в глазах хозяина дома и моего тела на ближайшее время, неконтролируемо распаляется с новой силой. Превращается в самый настоящий пожар и понемногу обжигает на расстоянии.
Ему не нужно касаться меня, чтобы дать ощутить всю мощь своей силы. Он прекрасно способен сделать всё и так. Без осязаний.
Я чувствую его. Он будто змей, медленно подползает к добыче. Тихо. Беззвучно. Но от того, не менее опасно. И окутывает выбранную жертву тугими кольцами, не давая сбежать. Не давая допустить мысли, что можно скрыться от него. Всё будет так, как захочет Рагнар. Другого не дано.
А то, что мы сейчас сидим и говорим лишь иллюзия свободы. Или мужчина просто оттягивает момент. Хочет медленно смаковать каждое мгновение. Не знаю. Ну не мог же он сделать это из-за моего подавленного состояния в котором я была, когда он пришёл. Слишком великодушный и добрый поступок… Неподходящий для Рагнара. И неподобающим нашим странным отношениям.
Наши роли определены. Фигуры расставлены. Он хозяин, который будет владеть мной, пока долг отца не выплачен. Я его собственность, без права на отказ и права голоса. Или всё не так ужасно?
— Наверно вы любите отца, — перевела тему.
Его лицо теряет всякие эмоции. Становится непроницаемым. Сложно определить, что Рагнар думает сейчас. Чувствует. Но мне отчего то кажется, что я права.
— Он ставил меня на счётчик. Деньги сдирал за жилью и еду, — поражает заявлением.
Необычный способ воспитания ребёнка. Разве это не слишком жестоко? Тут я уже начала сомневаться в своих домыслах насчёт тёплых отношений отца и сына, но… какая-то часть во мне кричала, что у них не всё так, как кажется на первый взгляд.
Был это внутренний голос или просто интуиция, я толком
Но кое-что мне удалось различить. Разобрать среди остальных мыслей. И именно оно помогло до конца отстаивать своё мнение.
— Всё равно… мне кажется, что вы не ненавидите его.
— Почему?
Многозначительно выгибает бровь и смотрит так… как на несмышлённого ребёнка. Хотя нет. Не правильно. Как на дуру. Как на наивную дуру, вот верное сравнение, но меня это не останавливает. Я продолжаю настаивать на своём, какой бы не представлялась в его глазах.
— Я вижу это в ваших глазах. Вы недовольны им. Раздражены, но лютой ненависти к нему не испытываете. Вы любите его, просто… по своему.
— Не будь такой наивной, — чеканит абсолютно холодным тоном. — В этом мире не все такие добрые, какими кажутся на первый взгляд.
— Да, но и не так ужасны. Когда я встретила вас в первый раз, вы казались мне… — я запнулась, старательно подбирая правильные слова, чтобы лишний раз не вывести мужчину из себя или как-то оскорбить. Ну, не скажу же ему, что один его вид напоминал медведя и пугал до дрожи в теле, — плохим человеком, — нашла. — А сейчас. Узнав немного получше… я не могу сказать со стопроцентной уверенностью, что вы хороший. Вы сложный для понимания, это так. Но у каждого человека свой характер. Свои взгляды на мир. У вас свои. Конечно, я не в том положении, чтобы говорить подобное, но… Что? Почему вы так смотрите на меня? — его непроницаемый взгляд сбивает.
Застываю. Кажется забываю дышать. Опасаюсь шевельнуться. Рагнар и раньше умел проникать в самую глубь души одними глазами, но в этот раз иначе.
— Раз утихомирилась, то харе болтать. Слезай с кровати и ползи ко мне.
14
— Раз утихомирилась, то харе болтать. Слезай с кровати и ползи ко мне, — приказываю и прекращаю её нескончаемый наивный детский лепет про доброту и дружбу.
Какого хрена разговор вообще на меня перешёл? И какого х*я делиться с ней о жизни начал? Не планировал ведь. Думал выслушать только её. Дать прорыдаться и нагнуть, а вместо этого сам сопли начал разводить и даже не заметил когда.
Точно ведьма. Наивная, глазастая, но ведьма.
Что в башке её творится? О чём думает?
Серьёзно. Я не плохой человек? У каждого свой нрав? Свой характер?
Не, с одной стороны мелкая права. У каждого свой нрав. Никто под копирку не создан, но... блядь в каком месте она во мне добряка увидела? Пошёл пару раз навстречу и стал героем?