Одержимость
Шрифт:
— Так что мы сейчас делаем? Цыпленок выглядит почти готовым.
— Так и есть, — я схватил чайник. — Умеешь кипятить воду?
— Ха ха, — Серена схватила чайник и прошлепала обратно к раковине босиком. Я осознал, что она давно ходит босиком.
Вместе мы приготовили лапшу, а затем салат. К тому времени, когда ужин был готов, солнце уже садилось, окрашивая небо оранжевым и красным.
Серена взглянула на стол.
— Мы можем поесть на улице? Я имею в виду, это было бы замечательно и…
— Можем. — Схватив бутылку вина
Улыбнувшись, она взяла тарелки и понесла их через оранжерею на террасу.
Из бриза исчезла былая влажность.
— Ненавижу есть за столом, — сказала она, смотря как я ставлю бокалы.
Я посмотрел на неё.
— Я тоже. Слишком официально…
— И чопорно, — добавила она, передавая мне тарелку.
Мы погрузились в поедание нашей пасты и курицы в товарищеской тишине. Затем Серена начала выуживать из меня ответы один за другим. Достаточно выдающийся талант, подумал я, ошеломленный этим.
— Что произошло, когда вы прилетели? — спросила она, накручивая лапшу на вилку.
— Я скрывался с другими из моего рода. Сражался и высасывал всё из Лаксенов, когда мог. Убивал их.
Её вилка замерла.
— Это то — кто я есть, Серена. Это все, что я когда-либо знал. — Я пожал плечами. — Мы думали, что находимся вне радара правительства. Мы знали, что Лаксены — нет. Меня случайно окружили во время рейда.
Она взяла вино.
— Получается, вы работали с ними, чтобы охранять Лаксенов здесь?
Я засмеялся.
— Чёрт, нет. Я избежал этого.
— Я не понимаю. Ты здесь…
Я отвернулся, мой взгляд остановился на деревьях.
— Я здесь не по этой причине.
Серена молчала так долго, что я понял — она ищет способ, как спросить меня, почему же я здесь. Я взглянул на нее и она на миг посмотрела мне в глаза, прежде чем вернуться к своей тарелке.
— Как долго ты знала свою подругу Мел?
Вопрос застал ее врасплох, но через несколько мгновений она рассказала мне свою историю невероятной дружбы, которая осталась крепкой на протяжении многих лет.
— Значит, она рассказала бы тебе всё, правильно?
Она кивнула.
— Мел так и сделала.
— И тот раз, на балконе, был единственным, когда она видела, что сын сенатора делал что-то странное?
Немного откусив, она начала медленно жевать.
— Да. Я всегда думала, что он странный. Но кто знал, что это из-за того, что он пришелец.
Уголки моих губ приподнялись в улыбке. — Ты хорошо со всем этим справляешься.
Она выдержала паузу, вилка остановилась на полпути к ее прелестному ротику.
— Были минуты, когда я думала, что я смогу это выдержать, и были другие — когда я думала, что фактически выжила из ума и нахожусь в комнате с белыми стенами, поэтому на самом деле я не думаю, что я отлично справляюсь с этим.
Серена справлялась лучше, чем бы это сделали 98 % населения. — Так о чем они спорили по словам Мел — эти братья?
— О каком-то проекте
— Что это за проект?
Слегка покачав головой, она насадила на вилку кусочек курицы.
— Она ничего не сказала, а я и не спросила ее, потому что думала, что она потеряла рассудок и…, — она глубоко вздохнула, — я чувствую себя ужасно из-за этого. Если бы я поверила ей, может быть я поступила бы иначе и Мел…
— Она бы не выжила, Серена. Независимо от того, что бы ты сделала. Не поверив ей, ты, возможно, сохранила себе жизнь.
Она распахнула глаза, и ее взгляд встретился с моим. В ее взгляде чувствовалась бесконечная вина. Вина и горечь потери друга. — Черт, все так непонятно. Я чувствую, что я что-то упускаю. Что я что-то забыла.
— Возможно, — и мне необходимо было, чтобы она вспомнила, потому что тогда бы я смог заманить сюда офицеров и избавиться от нее. Вот чего я хотел.
По крайней мере, это то, что я должен был сделать.
И поэтому я решил проделать одну штуку, чтобы заставить ее сфокусироваться.
— Если ты вспомнишь, вспомнишь больше, тогда это сможет помочь твоей подруге.
Взгляд Серены заострился.
— Как?
Я был таким ублюдком.
— Если Лаксены собирались что-то провернуть, и ее заставили молчать по большей части из-за того, что она подслушала, а не из-за того, что она увидела, тогда сенатор и его сыновья возможно и не ответственны за ее смерть, но им пришлось иметь с этим дело. А это уже лучше, чем ничего.
— Да, — сказала она тихо. Качая головой, она повернулась к лесу. Прошло время, но я не приставал к ней.
— Я знаю, где это было…Пенсильвания!
— Пенсильвания?
Повернувшись ко мне, она с нетерпением кивнула.
— Да. Она упоминула что-то о том, что детей держат в Пенсильвании.
Я нахмурился.
— Детей держат в Пенсильвании? Детей Лаксенов или..?
— В такие подробности она не вдавалась, но она сказала, что Филипп и Элайджа спорили об этом.
Интересно. Или же нет. Должно быть что-то еще, особенно если Лаксены в обход МО убрали Мел. Что готовят эти галактические светлячки? Может они спрятали детей Лаксенов от бдительного взгляда МО? Возможно. Есть же ведь скрытые общины Аэрумов и Лаксенов. Мало, но все же они существуют.
Серена разочарованно выдохнула.
— Я пытаюсь. Я действительно…
— Знаю, — я почувствовал себя таким же разочарованным, как выглядела она.
Она закусила губу и перевела взгляд на свою тарелку.
— Это было замечательно, — в конце концов сказала она. — Ужин.
— Было. — Удивление накрыло меня, когда я услышал из своих же уст, — Я бы не назвал это ужином.
— Не назвал? — любопытсво мелькнула в ее карих глазах, сделав их темнее.
Это напомнило мне о том, как она выглядела, когда была возбуждена. Ее глаза приобретали оттенок плодородной, необработанной почвы. Опять, все мои мысли вращаются только вокруг возбуждения.