Одержимость

Кроуфорд К. Н.

— Сказал же, тебе безопаснее всего в твоей комнате, — Самаэль начал подниматься по лестнице.

Харлоу развернулась и спешно засеменила по ступеням рядом с ним.

— Мне не терпится спланировать нашу свадьбу и помогать вам с правлением Альбией, — когда она обернулась и посмотрела на меня через плечо, клянусь, на её губах играла триумфальная усмешка, от которой я заскрежетала зубами.

И всё же я больше не могла быть уверена, что реально, а что плод безумной ярости Лилит. Харлоу пыталась сделать так, чтобы я лишилась разума? Или это

всё озлобленная, помешанная на мести демоница, живущая в моём сознании? Сложно сказать.

Наверху Эмма вышла из-за угла на лестничную площадку, держа светильник, который заливал каменный коридор золотистым светом.

Плечи Самаэля заметно расслабились.

— Сенешаль, прошу, проводи Харлоу в её комнату. И проследи, чтобы она охранялась. Сомнительные личности в этом городе желают причинить ей вред.

Эмма кивнула, и её взгляд быстро метался между Самаэлем, мной и Харлоу, словно она пыталась выяснить, насколько именно всё неловко. Давайте посмотрим… Самаэль без рубашки. Бывшая невеста заливает кровушкой лестницы. Новая невеста примеряет цветочки для свадьбы.

Да уж, весьма неловко.

— Вы оба в порядке? — спросила она.

— Да. Пока ты не ушла, Эмма, — позвал Самаэль. — Ты давно видела Соуриала?

— Освальд сказал, что он ушёл. Наверное, в Замок Аида.

Харлоу просияла.

— Другой ангел? Я видела, как он уходил. Он сбежал по лестницам так, будто за ним гнался дьявол. Вдруг он услышал о нападении Разбойника Дьявольского Креста? Может, он побежал на помощь.

Эмма нахмурила лоб.

— Прошу прощения? Разбойник Дьявольского Креста? — с сомнением переспросила она.

К сожалению, Эмма была не такой тупой, как Харлоу.

— Не обращай внимания, — Самаэль посмотрел Эмме в глаза. — Я направляюсь в свою библиотеку вместе с Лилой. Эмма… будь осторожна с тем, кому доверяешь.

Она пожала плечами.

— Я всегда доверяю тебе. Помимо этого, никому.

— А я доверяю тебе.

Харлоу улыбнулась.

— И мне, конечно же.

— Пошли, Харлоу, — сказала Эмма. — Тут могут разгуливать разбойники, — она взяла Харлоу под руку, и они свернули в коридор.

Мы пошли в другом направлении, и я хромала по каменному полу, всё ещё истекая кровью.

Самаэль остановился у двери, затем посмотрел на моё бедро.

— Давай займёмся твоими ранами, — пробормотал он. — Нам нужно посмотреть, что удастся выяснить об антидоте. И как только мы снова сможем летать, нам нужно уходить.

Он отворил дверь, открывая взгляду узкую библиотеку с дубовыми стенами. Высокие окна на дальней стене выходили на заброшенный оледеневший сад, и я осознала, что подхожу туда с бешено стучащим сердцем. Железная Крепость всегда казалась застывшей, населённой призраками. И теперь я знала, что на самом деле обитало здесь — призрак, который шуршал колючими кустами и шипами, дух в неприступном рве, чувство ужаса, пропитывавшее каждый дюйм камня.

Это была я… я обитала призраком в этом месте.

Лёд

пронизывал меня до костей, пока я смотрела в окно. Я уставилась на ров, и в моём сознании промелькнул образ из прошлого Лилит. В один из худших моментов её жизни она смотрела, как Вороний Король заболевает и умирает, а его горло приобретает ужасный пурпурный оттенок. Кошмарная болезнь, которая убивала смертных и выкашивала целые города.

Тогда всё и началось: её эмоции отключались по крохотной частице за раз. Если бы она не отключила свои чувства, она бы вновь подняла его из мёртвых. Онемение зарождалось совсем как иней в поле, всего лишь маленькие паутинки льда… и только спустя годы наступила настоящая зима. К тому времени она ничего не могла чувствовать.

Я повернулась обратно к комнате, благодарная за то, что огонь начал согревать меня. Самаэль просматривал полки. Через несколько секунд он достал огромный выцветший том. Пока он листал его, отсветы пламени танцевали по его телу.

Я опустилась в мягкое кресло с бархатной обивкой, поддавшись желанию пялиться на его идеальную обнажённую грудь.

Он глянул на меня поверх книги.

— Не устраивайся слишком удобно. Тебе надо промыть раны. Я могу почитать тебе, пока ты будешь в ванне.

Я вздрогнула от боли в бедре, когда резко встала обратно.

— Ты собираешься читать мне, пока я буду в ванне?

Когда я подвинулась ближе к нему, его тёмный испепеляющий взгляд послал дрожь по моему телу.

— Я же сказал, что буду присматривать за тобой, не так ли?

Вау… он флиртует? Пока его наречённая находится в том же здании?

Я подошла к двери, пытаясь покрыть своё сердце инеем… совсем как это сделала бы Лилит.

— Полагаю, ты потерял право видеть меня обнажённой, когда завёл себе новую невесту, — шагнув в коридор, я хмуро покосилась на него. — И может, тебе стоит надеть рубашку.

***

Как раз когда мы подходили к двери в комнату Самаэля, звук шагов эхом разнёсся по коридору.

— Граф! — Освальд поспешил к нам с запечатанным конвертом в руке. — Я нашёл это, адресованное вам и оставленное у вашего кабинета. Выглядит важным.

Моё сердце застучало быстрее. Это даст нам какие-то ответы?

Я наблюдала, как Самаэль открывает конверт. На его подбородке дёрнулся мускул. Его лицо помрачнело, завитки заструились по скулам подобно жидкому золоту.

У меня сложилось впечатление, что новости не будут хорошими.

Когда он поднял взгляд на Освальда, его глаза напоминали чистый лёд.

— Спасибо, Освальд, — он развернулся и открыл дверь, а я последовала за ним в комнату.

Как только дверь закрылась, он передал мне сложенный листок бумаги, на котором было написано три небольших предложения:

«Береги себя, но я боюсь, что Лилит станет нашей погибелью. Она опаснее Свободного Народа. Ты знаешь это не хуже меня.