Одержимость
Шрифт:
Гигантское деревянное античное чудовище торчало в кабинете, как белая ворона.
Спарроу было все равно. Это было дело принципа.
Как и кольцо на его пальце, стол принадлежал отцу Спарроу. Мантра Стерлинга, которую он хотел бы повторить на улицах Чикаго, состояла в том, что все, что принадлежало Аллистеру, теперь контролируется Стерлингом Спарроу.
Всё.
Исключений не было.
— Это мой бой, — сказал он.
Я встал, встретившись с ним нос к носу.
— Всех нас. Мы на сто процентов поддерживаем эту операцию. На организации твое имя. Давай позаботимся
— Главари… — начал он.
— Мы проверили наших людей, — перебил я. — Но им нужно увидеть нас, и они увидят. Они должны увидеть, что мы представляем нового короля. Рид, Патрик и я представляем тебя. Давай сделаем это. Если ты выйдешь, нам нужно будет прикрыть еще одну спину.
— Я сам могу прикрывать свою спину.
— Но ты не прикроешь. Ты будешь прикрывать наши.
— Может, это то, что я и хочу делать.
— Нет, старик. Дай этому еще двадцать четыре часа.
Спарроу покачал головой.
— Я направляюсь на второй уровень, чтобы узнать, что происходит.
Наш центр управления находился на уровне 2. Рид и Патрик, скорее всего, были там или на 1 с главарями. В любом случае, мы получим донесения с улицы, прежде чем сольемся с чикагскими тенями.
Я кивнул в сторону шахматной доски.
— Звонок дяде?
— Черт возьми, нет, — сказал Спарроу. — Ты не победишь, пока мои мысли заняты другими вещами.
— Не важно, что у тебя в голове, я выиграю.
— Мечтай, Мейсон. Этого еще не случилось. Не случится.
Выйдя из кабинета на втором этаже квартиры Спарроу, мы направились к внутреннему лифту. Оказавшись внутри, Спарроу нажал на цифру 2, а я — на букву «А». Это был уровень с другими квартирами.
Его темные глаза искоса посмотрели на меня.
— Я собираюсь проверить, как она. Потом спущусь.
— Нам не нужны помехи.
Я медленно выдохнул.
— Она моя сестра, а не помеха.
Сжатые губы молча повторили его недовольство тем, что я привез сюда сестру. Были установлены строгие правила относительно конфиденциальности и безопасности наших жилищ. Посетители не были частью уравнения.
Дело в том, что моя сестра была чертовски крутой. Повзрослев, как мы, она должна была стать такой. Это не означало, что я хотел, чтобы она была в мире, пока идет эта война. Я потерял одну сестру. И не собирался терять другую.
Лифт остановился на уровне А.
— Я быстро, — сказал я.
Хотя лицо Спарроу потемнело, а шея напряглась, он больше ни слова не сказал о причине моей задержки. Вместо этого он сказал:
— Поторопись. Ты нам нужен.
Когда двери лифта закрылись, я вошел в общую зону между тремя квартирами. Это было большое пространство коридора и выглядело как гребаный отель с диванами и прочим дерьмом. Площадь, глупая и пустая, была больше, чем квартиры, в которых я вырос. У Патрика, Рида и меня были свои квартиры с гостиными, спальнями и кухнями. Если мы хотели потусоваться, то заходили друг к другу или все вместе поднимались к Спарроу. Это маленькое место для собраний было тут для галочки, спрятано в охраняемой башне, где его никто не увидит.
Открыв дверь в свою квартиру, я позвал ее по имени.
Нет
Мои шаги ускорились, когда я подошел к комнате, где она остановилась.
Щелкнув выключателем, я увидел, что кровать застелена, а комната пуста. Какого хрена? Куда она может пойти?
Я стиснул зубы, беспокойство бомбардировало мои мысли.
Черт бы ее побрал, я сказал ей, что снаружи опасно, и запретил выходить. У нее всегда была сильная воля. Это совсем не то, что быть глупым. Мой приказ не подлежал обсуждению.
Потянувшись за телефоном, я отправил сообщение Патрику, Риду и Спарроу:
«МОЕЙ СЕСТРЫ НЕТ В КВАРТИРЕ. КАКОГО ХРЕНА? ПРОВЕРЬТЕ КАМЕРЫ. Я ПОДНИМАЮСЬ НА 2 УРОВЕНЬ».
У нее не было доступа ни в гараж, ни в наш командный центр. Однако она могла подняться в квартиру Спарроу. Оттуда она могла бы войти в общий лифт. Не то чтобы он был действительно общий, но я знал свою сестру. Она могла умаслить охранника улыбкой и изменить голос. Эти навыки пригодились ей, когда она выживала на улицах. Как только смог, я начал посылать ей деньги домой.
Наша младшая сестра исчезла. Наша мать могла сгнить в аду, возможно, так оно и было. Наши отцы, пусть это будут доноры спермы во множественном числе, ушли еще до того, как кто-то из нас родился. Я не собирался ее подводить.
Сердце колотилось в груди, когда мысли заполнились войной на улицах. Нас четверых знали. Вот почему я не хотел, чтобы она гуляла. Спарроу назвал ее помехой. Нет, но она может быть использована, как слабое звено, идеальное оружие против меня.
Если какой-нибудь подражатель найдет ее, я, блять, вырву его бьющееся сердце из груди.
Проведя рукой по сенсору лифта, я стал ждать. В этот момент позади меня открылась дверь.
— Мейсон.
Глубокий голос Рида заставил меня обернуться.
Мой взгляд переместился с его широкой позы и темных глаз на женщину рядом с ним. Ее рыжие волосы были растрепаны, губы припухли, а блузка помята.
— Мейсон, Рид получил твое сообщение, — сказала она. — Я в порядке. Не хотела тебя беспокоить.
Ее слова были едва слышны, когда кровь побежала по моим венам. Я смотрел уже не на сестру, а на мужчину рядом с ней.
Мой друг.
Доверенное лицо.
Человек, который прикрывал мне спину.
С красным затуманенным взором, я бросился к Риду, мои руки сжались в кулаки и были готовы замахнуться.
— Ты придурок. Какого черта ты делаешь с моей сестрой?
Глава 19
Лорел
Настоящее время.
Завернувшись в одеяло, я ждала стирки. Первая загрузка находилась в сушилке для белья, а вторая — в стиральной машине. Приказ Кадера о моем появлении в его кабинете мог подождать. Я не собиралась снова покидать этот этаж, пока не смогу сделать это полностью одетой. Это затруднение оставило меня в одиночестве, глядя в большие окна с мыслями, в настоящее время, не самими хорошими.