Одержимость
Шрифт:
Что за бардак.
– Я знаю, – пробормотал Джи Би. – Совсем не так я планировал ту ночь.
Черт, она произнесла это вслух.
– Нет, нет, я имела в виду… – Лучше сказать об этом при личной встрече, подумала она. – Я бы с удовольствием пообедала с тобой, и я правда все понимаю насчет вчерашнего. Увидимся после моих занятий?
Облегчение в его голосе было ощутимым:
– Тогда увидимся, Кейт. Спасибо за твое понимание.
***
Джим проснулся в одиночестве.
Открыв глаза, первым делом он стал искать Сисси, но ее как будто
Встав с постели, он натянул что попалось под руку, сделал остановку в ванной, а затем пошел к ее комнате. Дверь была приоткрыта, но он все равно постучал о косяк. Когда ответа не последовало, он заглянул внутрь. Кровать была заправлена, ничто не свидетельствовало о том, что она была здесь.
Он пошел к лестнице, быстро спустился…
Джим замер около старинных часов. Еда. Он учуял запах… настоящей еды. Как у домашней пищи, которую готовила его мать столько лет назад.
– Какого хрена? – сказал Эдриан, стоя на вершине лестницы. – Это… завтрак?
– Думаю, да. Я его точно не готовил.
– Да уж. – Другой ангел спустился, хромая, держась за перила, и они вместе спустились до конца.– Учуяв запах дыма прошлой ночью, я подумал, что ты попытался что-то испечь.
Да, едва ли.
Они вдвоем направились к кухне, и по мере их приближения проявлялось больше нюансов. Корица. Яйца. Кофе.
– Вау, – сказал Эдриан, когда они зашли в помещение.
Сисси трудилась у плиты со знанием дела, сбивая в чашке что-то похожее на омлет, а затем вылила смесь на сковородку, и все зашипело. На небольшом столе посреди комнаты были расставлены три тарелки, разложено столовое серебро из разных наборов, и кружки стояли как флажки в верхних правых углах сервировки.
– О, Боже, тосты, – сказал Эдриан, медленно продвигаясь вперед и садясь на один из стульев. Не дожидаясь приглашения, он потянулся к стопке того, что было хлебом, но теперь стало золотисто-коричневой хрустящей едой в ожидании масла.– Не знал, что у нас есть тостер… черт возьми, как тебе удалось их приготовить?
Сисси обернулась через плечо, на секунду встречаясь с Джимом взглядом, прежде чем отвернуться.
– Духовка. На верхнем огне. Так мы готовили в летнем лагере.
– Я могу угоститься? – сказал другой ангел, намазывая кусок хлеба.
– Конечно. Мне нравится посыпать тосты корицей и сахаром. – Сисси повернулась, держа в руках сковородку. – Надеюсь, вы не против? Я не фанатка глазуньи. Сырой желток – мерзость.
Настала пауза, будто она ждала, пока Джим сядет.
Ему хотелось сигарету сильнее завтрака, но он не будет вести себя грубо.
– Это замечательно. Спасибо.
Секунду спустя она положила омлет сначала Эду, пользуясь деревянной ложкой, дабы наполнить ангельскую тарелку взбитыми яйцами. Затем подошла к Джиму, проделывая то же самое.
Она приняла душ; он чувствовал запах шампуня, которым пользовался он сам, и кончики ее волос были влажными. А тот факт, что на ней была та же одежда, что и вчера, заставил его решить позаботиться о ее гардеробе.
–Спасибо, – сказал он снова, беря в руки вилку.
Легкая. Горячая. Безумно вкусная. Настоящая противоположность той дряни, которую он кидал в свой желудок в последнее время. И все же, даже поглощая пищу как
Комнату наполнил стук столового серебра о фарфор, в ушах звенел звук еды, отчего тишина, царившая между ними, становилась ощутимым четвертым присутствующим за столом.
Эдриан съел большую часть тостов, весь омлет и запил все это двумя чашками кофе. И затем он свернул свою салфетку и поднялся на ноги.
– Я пойду в душ, а потом отлучусь.
– Куда собрался? – нахмурился Джим.
– На улицу.
– Куда?
– На улицу.
Когда парень отвернулся, первым побуждением Джима было вывалить на него целую кучу речей вроде «черт тебя дери, даже не думай так со мной говорить», но затем мельком увидел то, как Сисси ерзает на своем стуле.
Есть ли возможность, что у Эдриана выработалось чувство такта, и он хотел оставить их наедине?
– Я надеялась поговорить, – тихо сказала Сисси, когда они остались одни.
Чудеса никогда не прекратятся.
– Ммм?
– Прости. Просто задумался о своем соседе… который ест в три горла.
– Он поэтому хромает?
Джим вздернул брови.
– Ты раньше не слышала это выражение?
– Это метафора?
– Он просто очень голоден.
– А.
Сисси встала и вернулась к кофеварке, налив себе еще крепкого кофе, который приготовила для всех них. И пока она двигалась, он осознал, что окидывает ее взглядом, оценивая ее плечи, бедра, губы, ноги. Сложно видеть что-либо под его мешковатой одеждой, но он чувствовал достаточно, чтобы экстраполировать…
Потерев виски, он подумал… боже, ему нужно прекратить это дерьмо.
– Еще кофе? – Когда она повернулась к нему, держа в одной руке чашку и кофейник – в другой, он собрался.
– Да. Спасибо.
Он протянул чашку и наблюдал, как поднимается пар, когда она наполняла ее. Затем она вернулась на свой стул.
Много тишины.
– Итак, не думал, что эта кухня вообще способна функционировать.– Он кивнул, осматриваясь, замечая, что конторки не выглядели такими уж грязными, как и пол. Очевидно, она к тому же и прибралась здесь.– Я думал, это всего лишь реликвия, пылесборник. Как и остальное место.
– Я прошлась по стенным шкафчикам и ящикам. Нашла в достатке все то, что нам могло понадобиться.
– Откуда ты взяла всю еду?
–Я позаимствовала мотоцикл, который стоит в…
Джим кашлянул, разбрызгав повсюду кофе.
– Что…?
– О, блин, прости, – сказала Сисси, бросившись за… о, у них и бумажные полотенца имелись. – Вот, сейчас уберу.
– Нет, все нормально.
Взяв контроль над полотенцами «Bounty», [124] он попытался не дать ей вытереть его: она была так близко к его груди, к его телу, ее запах проникал ему в нос, мозг, всевозможные контакты перекрещивались. Особенно когда он представил ее на одном из их «Харлеев».
124
Бренд бумажных полотенец, принадлежащий компании Procter&Gamble (P&G)