Одержимые
Шрифт:
– Значит храмовники, оставшиеся без борделя, лютуют.
– Ну, для них есть миниатюрный бордель в "Принцессе", но до "Жемчужины" он не дотягивает. Вот на той кровати работа Грегоира, на соседней - его первого заместителя...
– Меня больше Каллен беспокоит, - заметил я.
– Пострадавших от Каллена не поступало, наверное в поход за Андерсом ушел... Стоп, я же его позавчера видела, он в башне!
Я рванулся в библиотеку - там всегда есть кто-то из Старших Заклинателей. Найдя там Улдреда и Торрина, я рассказал, что у нас не хватает жертвы Каллена, хотя
Спустя примерно полчаса, двери резко распахнулись, и Торрин с Улдредом внесли ту самую сероволосую эльфиечку, вид которой и определил мой путь целителя. Выглядела она жутко - открытый перелом правой руки, пара вдавленных ребер, залитые её собственной кровью ноги...
– Клянусь, я запру Каллена в клетку, доведу до безумия, а потом лично вырежу его сердце, - прошептал Улдред, укладывая девочку на кровать отгороженную зачарованными на поглощение звука ширмами от остальных и предназначенную для особо сложных случаев, когда ничто не должно отвлекать.
Тут я понял, за что Каллен в игре попал в магический круг, и за что его сводили с ума, единственного из всех храмовников.
Улдред и Торрин удалились. А Винн занялась девочкой.
– Бесполезно, - почти сразу сказала она с отчаяньем в голосе.
– Почему?
– спросил я.
– Её не кормили минимум полтора дня, и она потеряла слишком много крови. Телу просто не за счет чего восстанавливаться. Её сердце ещё бьется только из-за её магической силы. Но стоит мне попробовать её исцелить, как она умрет от истощения в процессе лечения.
Некоторое время я стоял молча, и вспоминал то самое восстановленное мной, но ни разу не опробованное на практике заклинание. Будь девочка человеком, она бы наверняка умерла, попытайся я воспользоваться своим заклинанием. Но она была эльфийкой, а это означало, что шанс был, если я не ошибся с заклинанием.
Я осмотрелся вокруг в поисках чего-нибудь острого, и сразу заметил на низком столике нож. Очевидно, подготавливая все к лечению, Винн не забыла про свой нож для вскрытия нарывов и для магии крови. Я взял его со столика.
– Добьешь, чтобы не мучилась?
– спросила Винн.
Вместо ответа, я разрезал обе свои ладони, скривившись от боли.
– Что ты собираешься делать?
– поинтересовалась целительница.
Я подошел вплотную и приложил одну руку к перелому, а вторую к ране на ноге. А затем моя кровь, подчиняясь моей воле, хлынула в полупустые вены и артерии девочки. И мое сердце погнало мою-нашу кровь по её телу. Затухающее биение сердца девочки, поддерживаемое до этого только её магией, изменило ритм, подстраиваясь под мое сердце.
– Лечи!
– сказал я Винн.
– Ничего не спрашивай, просто лечи.
Затем мне довелось понаблюдать за мастерством Старшей Заклинательницы. Не понимая, как я поддерживаю девочку, и за счет чего она еще жива, Винн одну за другой исцеляла раны на её теле и ставила
Через полчаса исцеление было завершено, и я позволил связи разорваться, оставляя эльфиечке мою кровь, текшую в тот момент в её теле. Чувствовал я себя сильно ослабшим. Меня клонило в сон.
А вот вылеченная эльфийка проснулась.
– Где я? Где ОН?
– Ты в целительских покоях, - ответила Винн.
– И никто тебя ему не отдаст. Как тебя зовут, кровная сестра?
– поинтересовался я.
– Мирель, - ответила эльфийка.
– Спи, кровная сестра, тебе надо отдохнуть.
На этом месте Винн применила усыпляющее заклинание, и глаза девочки закрылись.
– Кровная сестра?
– спросила Винн.
– Хотя, если учесть, что в ней сейчас течет твоя кровь... Это ведь было исчезнувшее при падении Алартана кровавое целительство, ты напрямую перелил ей не только кровь, но и свою жизнь. Все-таки Ирвинг был прав, Ирлайн не выдержал испытания, а в его теле в наш мир вернулся каким-то образом выживший в Фэйде древний маг.
Похоже, моя конспирация полетела прахом... Но меня это почни не волновало - мною правили Милосердие и чувство заботы, направленные на Мирель, а также Ненависть к Каллену.
– И многие думают также?
– спросил я
– Ирвинг предположил, что ты древний эльфийский маг. Я опасалась, что ты какой-то дух или демон. А вот Леора сразу сказала, что ей плевать кто ты. Она сказала, что готова принять любого, кто помогает магам, если конечно он не Создатель! Остальных мы в ситуацию не посвящали, они с тобой дел не имеют.
– Да уж, Создателя нам не надо. Судя по всему, вы решили принять точку зрения Леоры? Так зачем вам мое признание? Можете как раньше называть меня Ирлайном. Я пойду отосплюсь, если я тебе срочно не нужен.
– Не нужен, - ответила Винн.
Я устало вышел из целительских покоев и направился в сторону кровати.
Глава 2. О смертях, пауках и побегах.
Следующие несколько дней прошли вполне обыденно. Ни Ирвинг, ни Винн меня расспросами не беспокоили. А вот Леора похоже всерьез решила узнать мою подноготную, и небезуспешно пыталась меня разговорить. Правда практической пользы это не несло - мои слова ещё надо было понять. Сама же Леора часто в обмен рассказывала о своей жизни.
Мирель постепенно шла на поправку и уже ненадолго вставала с постели. Конечно, Винн вылечила все повреждения, но подобное никогда не проходит совсем без следа. К сожалению, скоро это стало известно, и у целительских покоев нарисовался Каллен, желавший получить назад свою игрушку. Вот тут проняло даже привычную ко всему Винн. Я и не знал, что она умеет так ругаться. В итоге, оставшийся без любимой жертвы Каллен выбил себе пост у целительских покоев и стал терпеливо ожидать, периодически пытаясь отвлечься на других малолеток. Вскоре Каллен должен был стать крупной проблемой. И я вспомнил очень простой принцип, подтвержденный многотысячелетней историей Земли - все, что дарует жизнь, может её и оборвать.