Одержимые

Пшипковский Анджей

— Пожалуйста, езжайте осторожнее, сразу же за Чиассо на автостраде произошел несчастный случай.

Она поблагодарила и собиралась уже ехать дальше, но швейцарец продолжал стоять у автомобиля.

— Это не обычный несчастный случай, — сообщил он еще, — в автомобиле была бомба. Вероятно, с часовым механизмом.

— Кто погиб?

— Какой-то издатель из Милана.

Моника кивнула головой и поехала дальше. Обычно несчастный случай на автостраде означал автомобильную катастрофу. Но чтобы во время нормальной поездки взорвалась бомба? Самый трусливый метод убийства. Почему так? Да и зачем все это вообще?

Издатель. Человек прекрасной профессии, приносящий людям мудрость и развлечение, искусство и раздумья, а вот, оказывается, кому-то мешал, для кого-то был опасен. Интересно, что об этом скажет Роберт. У него обо всем свое мнение, оценки обычно совсем другие, чем пишут в газетах. Когда Моника позвонила ему, он искренне обрадовался. По такому случаю он возьмет увольнительную с работы на полдня, чтобы можно было погулять и поговорить. Ведь они не виделись почти три месяца. Роберту удалось найти себе эту работу на период каникул в швейцарской гостинице на хороших, даже очень хороших условиях. Имея бесплатное питание и жилье, он все заработанные деньги мог отложить, что позволит ему содержать себя весь следующий учебный год. Для него будущий год будет решающим, дипломным. Вот почему он уволился из адвокатской канцелярии и после возвращения из Швейцарии собирается заняться исключительно учебой. Все это он запланировал еще перед каникулами и неукоснительно выполняет. Моника, как всегда, им восхищалась. Он ей нравился железной последовательностью, упорством и работоспособностью. Это и в самом деле был идеальный парень, имеющий задатки для солидной карьеры. Если бы все его положительные качества могли еще влиять на чувства…

Моника сбавила скорость. Мигающие предупреждающие огни загораживали полосу автострады и указывали направление объезда. Она с облегчением вздохнула, ей не придется видеть место, где взорвался автомобиль. Потом девушка ехала уже без остановок и, миновав мост на реке Тичино, оказалась в Локарно, а точнее, в одном из его районов, имеющем свое самоуправление, — Муральто. Гостиница, в которой работал Роберт, была одной из лучших. Моника нашла его без труда. Роберт, вероятно, ждал Монику с нетерпением, ибо выскочил в тот момент, когда она подъехала к гостинице. Расцеловав приятельницу, он посадил ее у стойки бара, а сам поставил автомобиль в гостиничный гараж. Вернувшись, он спросил:

— Пройдемся? А может, ты устала и хочешь посидеть?

— Пошли, — решила она. — Ведь я ехала неполные три часа.

— Да, здесь недалеко. Но у меня так и не оказалось времени, чтобы заскочить домой. У тебя с лица еще загар не сошел. Довольна каникулами?

Моника кивнула головой и, взяв его под руку, направилась к выходу. Они шли к озеру по аллеям в тени прекрасных деревьев. Осень уже прикоснулась к листве — среди зелени просвечивали желтые и красные пятна. Через десять дней начинались занятия в университете.

— Кончаешь одну работу и начинаешь другую, — сказала Моника. — Без каникул и отдыха. Ты не чувствуешь себя усталым?

— Нисколько. Ведь то, что я здесь делаю, немного похоже на игру. Стою в баре, взбиваю коктейли, наливаю, насыпаю лед, даю прикурить… У меня есть время для наблюдений. И клянусь тебе, бар — прекрасное место для того, чтобы узнать проблемы, волнующие людей. Ты даже не представляешь, какими иногда они бывают горькими. Что касается отдыха… Так вот, за

все это время я не взял в руки ни одной книги.

— И ты выдержал?

— Пожалуй, да. Не считая чтения всякой ерунды перед сном. Знаешь что? Давай не будем говорить обо мне. Я рад, что ты приехала. Но… Но ты еще не сказала мне, что случилось. Через несколько дней я возвращаюсь в Милан, и мы, как всегда, увиделись бы. Если ты приехала, значит…

— Да, это что-то значит, ты прав, Роберт. Я ни минуты не сомневалась в том, что ты сразу все поймешь. У меня, действительно, все изменилось.

— Так я и подумал, когда ты позвонила. Позволь, я отгадаю. Ты влюбилась.

Она кивнула головой и посмотрела на него с уважением.

— Итак, конец нашему договору, — засмеялся он и обнял ее.

— Спасибо тебе, Роберт, за все, что было. Ни минуты я не чувствовала себя в университете одинокой, и мне не пришлось отгонять от себя парней. Ведь все знали, что я — твоя девушка. Вот за это спасибо.

— Зачем так спешить?

— Что?

— Благодарить меня. Тебе не кажется, что лучше будет, если ты все расскажешь? Ведь у тебя какие-то проблемы.

— Ох, нет, это не проблемы, — горячо запротестовала она. — Но я не чувствую себя спокойной. Не пригласишь ли меня куда-нибудь на обед?

И, уже идя в маленьком городском ресторанчике, Моника постаралась кратко рассказать Роберту о майской ужасной встрече с Рико и о его дальнейших ухаживаниях.

— Ну и он добился своего, — сказала она в конце. — Мне Рико нужен, я люблю его, а одновременно боюсь. Не знаю, в чем дело, Роберт.

— Интуиция. Интуиция влюбленной женщины. Ты его боишься, ибо знаешь, что он имеет над тобой власть и готов ею воспользоваться.

— Он нежный…

— А также жестокий, ведь ты сама рассказывала, как он тебя ударил.

— У него был повод. Ведь я попросила, чтобы в клубе узнали, кто он такой. Это была демонстрация недоверия.

— Ах так. Бил, потому что был повод. Разве повод был такой важный? Думаю, нам не стоит анализировать этот момент. И знаешь почему? Потому что ты его любишь и не допустишь никакой критики в его адрес. А мне пришлось бы ее высказать. Может быть, лучше сменим тему? Ты видела фильм «О»? Меня поразила эта картина. Я не думал…

— Не надо. И перестань ко мне относиться как к ненормальной. Я приехала, чтобы с тобой откровенно поговорить, ведь ты же мой друг. И ты знаешь, что у меня нет приятельниц. Еще совсем недавно у меня не было никого из близких, кроме отца, ну и тебя. Я действительно не могу понять, почему Рико стал проблемой для меня. Ведь все в полном порядке. Но вот, например, это покушение на него…

— Какое покушение?

— Ты не читал? Смотри… — Она положила перед ним миланскую газету.

Роберт прочитал заметку и задумался.

— Вместе с ним в твой дом пришли и заботы. Я ничего о нем не знаю, тут твой отец должен постараться собрать информацию. Покушение наводит на мысль, что этот господин кому-то мешает. Такой вывод может сделать каждый. Хотя… А вдруг здесь какая-нибудь ошибка? Впрочем, давай не будем говорить о твоих делах. Моника, прошу тебя, давай не будем говорить.

— Но я за этим к тебе приехала.

— Говорить о нем? Спасибо.

— Почему ты обиделся? Ведь я ни в чем не нарушила наш договор. Почему же ты так странно реагируешь?