Одержимый: Книга третья
Шрифт:
Но, тем не менее, темп мы на ней здорово прибавили — за пару часов отмахали не менее четырёх миль. А там и туман рассеялся. Пришлось снова прятаться под сенью леса. И дело даже не в оставшихся далеко позади драконах. Тут других хищников хватает. Двуногих и бескрылых. Очень любящих на дорогах промышлять. Здесь их, по заверениям моих спутников, видимо-невидимо. Земли-то, считай, ничейные… Вот расплодилась на них всяческая гнусь. Из-за которой, собравшейся на промысел четвёрке рудокопов, пришлось с собой аж шестерых охранников брать. Причём не абы каких, а действительно знающих
Ну, а что ещё делать римхольскому люду, коль разбойничьих шаек вокруг города вьётся видимо-невидимо? И ладно если бандюги только ограбят и отберут всё вплоть до портков. Это, считай, повезло. Бывает, что и исчезают бесследно ватажки удальцов, решивших малость подзаработать на разработке рудных шахт или промышляющих на руинах замков и селений, что брошены вскоре после пришествия магических драконов в эти края. Но дело тут отнюдь не в кровожадности местных разбойников, а скорее в их жадности. Цены-то на металлы день ото дня только растут… Вот и ходят по Римхолу неистребимые слухи, что где-то далеко-далеко, чуть не за самым перевалом, расположились чёрные рудники. Там-то и находят своё последнее пристанище бедолаги, коим не свезло попасться не тем бандюгам…
Меж тем, уже и по лесу идти стало полегче. Не надо ломиться через кусты или кучи валежника, да петлять подобно зайцу, обходя упавшие деревья. Ллойд нас на какую-то тропку вывел. Малохоженную, но отчётливо видимую. По ней мы и потопали дальше. И шагали спокойно ещё наверное с час, пока не вышли к какому-то ручью, берега которого были буквально оккупированы влаголюбивой ягодой — ежевикой.
У этого источника воды мы и остановились. Дабы передохнуть, да если не поесть, так хоть напиться. Тем более, совсем рядом с тропкой, очень кстати и подходящее для привала место обнаружилось — где мог с комфортом расположиться весь наш отряд.
Однако сбросить с плеч треклятый мешок с рудой я не успел. Так и замер, держась за его лямки, остановленный неожиданно сорвавшимся с уст Деда ругательством: — Ох ты ж… — Окончание которого он, впрочем, проглотил и ограничился тем, что в сердцах сплюнул. Выразительно так…
Проследив за взглядом старика, тут уж и я едва не выругался, обнаружив, что тропку нашу перегородила четвёрка доспешных и оружных мужиков. Невесть откуда взявшихся.
Меня аж зло взяло. Не, ну ладно я городской житель, от меня в лесу толку чуть, но куда остальные-то смотрели?! Особенно Ллойд, уверявший всех в том, что он чуть ли не первейший в этих местах следопыт и любую засаду за милю учует?! А сам, блин, проморгал…
Медленно опустив руки и расслабив плечи, я позволил лямкам мешка скользнуть по ним вниз. И глухой шмяк, который издала моя ноша, упав наземь, вроде как стал сигналом для начала разговора.
— Ну, здравы будьте, гости дорогие! — выступив немного вперёд и широко расставив руки, как бы предлагая подойти и обняться, радостно поприветствовал нас кряжистый мужик, щеголяющий в полном доспехе из вываренной кожи, усиленном стальными пластинами на груди и плечах. Промедлив чуть, и не дождавшись от нас ни слова, он продолжил: — Что ж вы всё лесом ходите, дорог избегаете? Прямо
— Волки лесные тебе родня! — скрипнув зубами, буркнул в ответ Дед.
— Вот всегда так… — с притворным огорчением обратился к своим сотоварищам велеречивый разбойник. — Как в таверне какой выпивкой за наш счёт угощаться — так мы им лепшие друзья, а как приходит время положенную пошлину платить — сразу волки…
— Какую ещё пошлину?! — возмутился расхрабрившийся Гэл, похоже, посчитавший, что стоящая перед нами четвёрка это и вся разбойничья шайка.
— Так подорожную! — мигом нашёлся с ответом заводила. Снисходительно пояснив при этом для непонятливых: — Вы ж по нашей дорожке ходите? Ходите! Значит платите!
— А велика ли та пошлина?.. — скучным тоном поинтересовался Ллойд, демонстративно положивший правую руку на оголовье меча. — Может вам четверым её и не унести?..
— Так мы друзьёв кликнем! — осклабился старший разбойник. — Они помогут, ежели что! — И залихватски свистнул. А через мгновение из-за деревьев слева-справа и позади нас вышагнули ещё бандюги. Полностью окружив наш отряд. И сравнявшись с нами числом. Если забыть о том, что у нас всего шесть бойцов и счесть ещё и рудокопов…
— Считаете, одолеете? — усомнился наш старшина, оглядывая новых гостей, не внушающих в отличие от первых своим видом надо сказать. И брони у них похуже, потрепанные какие-то, и в руках простые деревянные щиты-самоделки, да боевые топоры. Не иначе не ведают лиходеи лесные, как обращаться с благородным мечом и прихватили то, что попривычней.
— А что, думаешь, мало будет? — озабоченно поинтересовался предводитель сей шайки, вроде как озадачившись нашей уверенностью в своих силах. И, поразмыслив чуть, проворчал: — Ну хорошо, хорошо, уговорил… — После чего вновь свистнул. А затем громко, взахлёб, заржал, глядя на наши вытянувшиеся рожи, когда к уже имеющимся разбойникам присоединилась ещё полудюжина.
— Вот попали в переплёт… — тоскливо протянул стоящий слева от меня Джим, не успевший вследствие внезапности произошедшей встречи натянуть свой лук и оттого схватившийся за охотничий нож.
— Ну что, старшой, понял, что силы не равны и артачиться не в ваших интересах? — насмешливо обратился к Ллойду бандюга. И деловито предложил. — Так что, давайте, скидайте наземь свои мешки, оружие и брони.
— Чтоб вы нас потом, безоружных, вырезали как овец? — криво усмехнулся в ответ на это предложение наш старшина.
— Да нешто мы тати какие?! — делано оскорбился ведущий с нами переговоры разбойник. И торжественно провозгласил под хохот сотоварищей: — Мы честные мытари! И людей не режем!
— Ага, так мы и поверили! — хмыкнул Ллойд.
— Слово даю, что убивать никого не будем! — веско обронил главарь бандюг. — А моё слово крепкое. У кого хошь спросите. Все знают: Кнут сказал — Кнут сделал! — После чего поторопил растерянно переглядывающихся нас. — Давайте, давайте, бросайте оружие, да скидовайте мешки. Быстрей разберёмся — быстрей разойдёмся.