Одержимый (сборник)

Рид Рик Р.

— Джо, я... — Энн не могла ни о чем думать. — Хорошо, завтра утром. Ты сможешь прийти?

— Я могу прийти в любое время, когда ты скажешь. Я люблю тебя, Энн.

— Увидимся завтра. — Энн повесила трубку.

Джо улыбнулся и тоже повесил трубку.

— Почему? — Они оба были в слезах. Энн сидела на кушетке поджав под себя ноги, ее большие глаза покраснели от слез, в руке у нее был свернутый бумажный носовой платок. — Я не понимаю, почему это так важно для тебя?

Джо стоял перед ней на коленях, на полу, из носа у

него текло, лицо было мокрым от слез.

— Город сводит меня с ума. Я думаю, мы можем все начать сначала где-нибудь далеко отсюда. Где-нибудь, где лес, поля, луга... Там мы будем одни и начнем вновь узнавать друг друга.

Энн встала и отошла от него. Она пересекла комнату и уставилась в окно. По Лэйк-Шор-Драйв нескончаемым потоком шли машины. Ей захотелось быть в одной из них, ехать в город по обычным делам. Может быть, в такой будничности есть своя прелесть? — подумала она.

— Пожалуйста, Энн, если ты действительно меня любишь, ты сделаешь это.

Она повернулась к нему, испуганная и не совсем уверенная, действительно ли все еще любит его. Почему он внезапно загорелся желанием уехать из города? Ведь именно он уговорил ее переехать в Чикаго, когда они окончили колледж Айовы. Она хотела остаться в Айова-Сити, где работала помощником юриста. Обретет ли она когда-нибудь ту — былую — беззаботность?.. Но Джо настаивал, убеждая ее, что в городе они заработают кучу денег и осуществят все свои мечты. Он был прав — так и было, но лишь до тех пор, пока все не начало разваливаться. И теперь это внезапное стремление уехать из города только подтвердило подозрения Энн, что Джо замешан в чем-то плохом. Конечно, не в убийстве, об этом и речи быть не может, но в чем-то еще. Она повернулась к нему.

— Джо, — сказала она, глубоко вздохнув и стараясь не расплакаться, а говорить твердо, — я не поеду с тобой никуда до тех пор, пока ты не скажешь мне, почему нам надо уехать так срочно.

Он умолял ее прямо сейчас упаковать вещи и вылететь с ним шестичасовым утренним рейсом в Вайоминг.

— Я же сказал тебе, — Джо всхлипнул, — город нас убивает, убивает нашу любовь.

— Ерунда, Джо. Я не хочу больше слышать ничего подобного. Мы могли бы уехать через два месяца, когда закончится срок арендной платы за квартиру. Это дало бы нам время, чтобы найти новую работу и место, где жить. Разве я не права?

Своими вопросами она старалась спровоцировать его на более определенный ответ.

— Это было бы слишком долго.

— Слишком долго для чего, Джо? Ты ничего мне не говоришь.

Он долго молчал, затем подошел, обнял ее и начал рыдать, уткнувшись ей в шею.

— Боже, как сильно я люблю тебя...

Энн напряглась, не проявляя никаких чувств. Он заметил, что она не отвечает на его порыв, и отошел.

— Ты не поедешь со мной, да?

— Не поеду до тех пор, пока ты мне не скажешь, почему такая спешка.

Некоторое время он смотрел на нее, в его полных слез глазах

чувствовалась боль поражения, которое он потерпел. Затем он направился в спальню и закрыл за собой дверь. Энн услышала, как закрылась и другая дверь.

Энн минут пятнадцать смотрела в окно. Она не хотела идти за ним. Она только хотела, чтобы он ушел.

В квартире было тихо. Энн испугалась: что он там делает? Она хотела пройти в спальню и посмотреть, но что-то ее удерживало, она боялась того, что могла бы там увидеть.

Энн подождала немного еще, надеясь, что он выйдет и она сможет сказать ему, чтобы он ушел.

Но он все не появлялся.

Энн подошла к закрытой двери спальни и, взявшись за дверную ручку, прислушалась.

В спальне было тихо.

Она открыла дверь. Джо нигде не было. Она пересекла комнату и заглянула в ванную, смежную со спальней. Там тоже пусто.

Оставался только туалет. Что он там делает? Испуг ее нарастал. Может быть, позвонить Нику? Может быть, ей не стоит открывать дверь?

Не смеши людей, сказала она себе и быстро подошла к двери туалета. Недолго думая дернула дверь. Джо сидел внутри, сжавшись в комочек и рыдая. О Боже!.. Энн схватилась за голову.

— Джо, это не сработает!

Джо вздохнул, распрямился и взглянул на нее.

— Пожалуйста, Энн! Я действительно тебя люблю, очень люблю, поедем со мной.

— Встань. Убирайся отсюда. Ради Бога, Джо! — Она подождала, пока он выйдет из туалета. Затем повернулась и пошла в гостиную, слыша его шаги позади себя.

Энн села на стул, и он присел на пол у ее ног. Энн глубоко вздохнула и поняла, что не хочет, чтобы он дотрагивался до нее, не хочет, чтобы он был рядом с ней.

— Отойди, пожалуйста, и сядь на кушетку, — сказала она. Джо сделал так, как она велела. Он всхлипывал, стараясь остановить слезы.

Энн смотрела на него. Глаза его покраснели. Оглянувшись, Энн взглянула на их общую черно-белую фотографию, висевшую на стене. Джо улыбался, такой красивый. Позади него — валуны, берег озера Мичиган. Куда ушла его прежняя сила? Куда все ушло? Все высосали черные шлюхи? Боль была невыносимой, и Энн захотелось заглушить ее другой болью — разодрать в кровь руки.

— Джо, извини. — Она прикусила губу, чтобы удержаться от слез и не закричать. Боль скручивала ее в жгут. — Я не хочу больше ничего, понимаешь — ничего!

Он стал подниматься.

— А я не хочу слышать этого.

Энн встала и толкнула его обратно на кушетку. Дыхание ее было неровным. Я хочу только одного, чтобы все это побыстрее закончилось, думала она. Она стояла над ним, глядя вниз и наблюдая, как он продолжает хныкать.

— Ты должен меня выслушать. Я не знаю, что с тобой случилось, но думаю, что тебе нужна серьезная медицинская помощь.

— Прекрати. Ты меня обижаешь.

— Джо, пожалуйста, не ухудшай того, что и так плохо. Я хочу тебе помочь. Ты согласен?