Одержимый. Дилогия
Шрифт:
– Ладно, хорошо. – Баниши попытался выдавить улыбку. – Вы поступили совершенно правильно. Прошу простить меня, я погорячился. Нельзя ли теперь поподробнее про этих людей?
* * *
Крайт облокотился о стол, потер лицо ладонями. Простая арифметическая задача. Из Сравской области на юг двигаются тридцать пять тысяч солдат Кифта. Шестнадцать тысяч Белых Братьев покинули свои замки в сумрачных лесах гоблинов и пересекают сейчас Валышю. Около пятидесяти тысяч пехотинцев Сардига маршируют мимо Хамура, столицы Кифта, на восток. Вопрос:
Крайт встал, прошелся по комнате. Ну хорошо, молодец, посчитал. А теперь последний, главный вопрос: дальнейшие действия?
Крайт снова сел, посмотрел на уставленную изображающими войска фишками карту. Отступить или атаковать? Со всеми он, конечно, не справится, но коечто сделать можно. Потянуть время до зимы, в морозы они в горы не сунутся, у него будет возможность подготовиться, а следующим летом… Но у них тоже будет время подготовиться. Этот новый Председатель времени даром не теряет: помирил Сардиг с Нагиром, заставил Кифт вернуть Вальпии Сравскую область Интересно, сколько еще земель орков он пообещал за это? Эх, Кен, если б не твоя сентиментальность…
– Фон Штах? Барон фон Штах, вы меня слышите? – Тоненький лучик связи мягко ткнулся в сознание Крайта. – Ответьте, барон фон Штах.
– Да? – Задумавшийся Крайт автоматически подхватил его, усилил. – Слушаю.
Барон фон Штах? У Крайта неприятно засосало под ложечкой. Коекто из Малышей умел связываться таким образом с близкого расстояния, но фон Штах… Никто здесь не знал его под этим именем. Империя! Нашлитаки, и здесь нашли.
– Барон фон Штах? Рад вас слышать! Крайт узнал говорившего. Зейенгольц, один из его главных врагов среди жречества. Но, как ни странно, в голосе первожреца действительно прозвучала радость.
– Не могу сказать, что взаимно. Что вам надо?
– Узнали? – Зейенгольц хихикнул, – Ладно, дела прошлые. Господин барон, мы прибыли за вами.
– Что значит – за мной?
– Господин барон, Империя высоко ценит то, как вы отстаивали ее интересы здесь, но в настоящий момент вы требуетесь дома. Вас отзывают.
– А кто вам сказал, что я отстаивал ее интересы? И что они у нее здесь вообще есть? Чтото я не помню, чтобы интересы Империи распространялись настолько далеко.
– Господин барон, для интересов Империи нет границ, и святая обязанность каждого из ее подданных защищать их везде и всегда. А вы, позвольте вам напомнить, ее подданный. Вы присягали, и никто вашей присяги не отменял.
– Послушайте, Зейенгольц, давайте сразу коечто разъясним. Вопервых, я отсюда никуда не поеду. А вовторых, ничто из того, что я здесь делал, к Империи никакого отношения не имеет. Более того, здесь у Империи интересов нет, и я приложу все силы к тому, чтобы их и не появилось. Еще вопросы есть?
– Но послушайте, барон, вы же военный человек, вы присягу давали…
– Империя меня подставила, и это освободило меня от присяги. Никаких дел больше у меня с Империей нет.
– Хорошо. – Голос Зейенгольца стал жестким, но в то же время какимто просительным. – Если вы так ставите вопрос, то я вам скажу. У вас с Империей, может, дел и нет, но у Империи с вами – есть. Потому что вы – новый Император. Вы должны вернуться и короноваться. Барон, Империя ждет вас.
– Зейенгольц, перестаньте нести ерунду. Вы что, за полного идиота меня считаете? Вы думаете, я поверю в эти сказки? Я, слава демонам, свое происхождение еще помню, хоть гордиться там и нечем. Так что проваливайте, Зейенгольц, туда, откуда вы явились, и держитесь от меня подальше. Фон Штаха больше нет, есть Гунга Крайт, который ни к вам, ни к Империи никаких теплых чувств не испытывает.
– Подождите, барон, подождите! Поймите же, это не сказки, клянусь Фобсом, это правда! И вы не можете просто так отказаться. Армия присягнула вам! Пойдемте с нами, коронуйтесь, и Империя будет вашей! Захотите, потом вернетесь сюда, и у вас будут уже не эти банды орков и колдунынедоучки. Вся имперская армия будет вам подчиняться, вы сможете…
– Убирайтесь! – Крайт резко оборвал связь, вздохнул. То, что Империя нашла сюда дорогу, обещало серьезные проблемы в будущем. В одном Зейенгольц был прав. Империю действительно интересовало все, до чего она могла дотянуться.
* * *
Жрец чтото восторженно выкрикнул. Все находившиеся в зале имперцы разом вскочили, вскинули руки вверх и принялись хором скандировать.
Баниши недовольно поморщился. Всевысшие, какие же болваны! Вечные вскакивания, крики и собачья преданность в глазах, стоит только упомянуть этого Штаха. Разве можно так относиться к какомуто нобилю, даже если этот нобиль – твой сюзерен? Хотя… Если он добьется такого же отношения к себе, когда станет… Да, пожалуй, в этом чтото было.
Шум наконец утих, и Баниши двинулся к связывавшемуся с Гуграйтом то ли жрецу, то ли шаману – единственному из этих варваров, с кем можно было болееменее нормально разговаривать.
– Ну что? Каковы результаты?
– Да! – Зихенгельз (так колдун перевел фамилию варвара) радостно закивал. – Да, хорошо!
– Что – хорошо?
– Все хорошо. Спасибо.
Баниши глубоко вдохнул, задержал дыхание, медленно выдохнул:
– Я имею в виду, это – он? Гуграйт – это нобиль Штах?
– Да! Это он, наш Император. Мы нашли его, слава демонам! – Жрец воздел руки, и имперцы тут же среагировали слитным ревом.
Баниши ждал, нервно кусая губу. И зачем он позволил им всем присутствовать на сеансе? Им, видите ли, не терпится. Сидели бы сейчас по своим комнатам, придурки несчастные… Так, спокойно, спокойно.
– И что? Вы договорились о чемнибудь?
– О да! Он, я, ээ, – Зихенгельз помолчал, вспоминая слово, – счастлив, да! Я счастлив, что мы здесь. Мы с ним встретимся.