Одержимый. Рыцарь Империи
Шрифт:
Видимо, мои мысли явственно отразились на моем лице, так как Кейтлин тотчас же фыркнула:
– И не мечтай там что-нибудь отыскать, Стайни! Все, абсолютно все ценное вывезли армейские трофейщики. А потом еще местные прошлись по развалинам и то, что не прибито, растащили, а что прибито – оторвали и тоже растащили. Оставив только камни.
– Эт точно! – подтвердил ее слова усмехнувшийся Гнат. Да еще и добавил: – Так и камней там путных не осталось совсем, одни неподъемные глыбы да бой. То, что пригодно было для строительства, на возведение новой порубежной
Энтузиазма у меня после такой отповеди чуток поубавилось, но завладевшая мной заманчивая идея поискать тайники в руинах хоть и подернулась дымкой, но все же не истаяла совсем. Заговорщически переглянувшись с нетерпеливо елозящим на моем плече бесом, я бесшабашно молвил:
– А все равно прогуляюсь! Посмотрю, что там да как…
– Так нет там ничего, – повторил мой будущий старший егерь. И поправился тут же: – Ну, окромя диковинных картин Ушедших на камне.
– Картин?! – сделал стойку я, видя, как живо отреагировал на это известие пройдоха-бес.
– Ну да, – подтвердил Гнат. – Прямо на стенах там всякие изображения намалеваны неведомым образом. Жуть какие красивые… – И вздохнул. – Но их лишь маги могут видеть, а простые люди только неясные серые тени различают.
– Я не пойду, – покачала головой Кейтлин, стоило мне только обратить свой взор на нее. И снисходительно произнесла, объясняя свое странное решение, немного удивившее меня: – Навидалась я этих картин… Красиво, конечно, но всюду одно и то же – Ушедшие невероятно живописным растительным орнаментом стены и потолки всех своих строений украшали.
– Это даже не картины, а обычный орнамент? – немного разочарованно протянул я.
– Именно, – кивнула моя невеста. Поправившись: – Нет, конечно, встречаются и иные картины Ушедших, но тебе их тут не сыскать. Наверняка их выбрали из стен вместе с камнем, еще когда возводился бастион.
– Ладно, пойду сам погляжу, – решил я не терять времени на пустую болтовню и убедиться во всем самолично. А там… Чем бес не шутит, может, и впрямь что-нибудь эдакое отыщу! И Кейтлин удивлю.
И пошел. Один. Ибо компанию мне никто не составил. Ну да так даже лучше. Мне больше достанется, ведь делиться ни с кем не придется.
Правда, не сделав и пары шагов в направлении манящего меня темного провала меж навала камней, я резко изменил маршрут движения. Опомнился. И к обозу завернул, чтоб вытребовать у Джозефа один из взятых нами в поход алхимических фонарей. Так, на всякий случай. Чтоб ни у кого в голове не возникало лишних мыслей касательно моих способностей. Ну и дабы можно было подсветить диковинные картины Ушедших, если таковые мне встретятся. А то вдруг магического сияния, источаемого моими побрякушками, будет недостаточно, чтоб разглядеть во всей красе эти самые растительные орнаменты?
Фонарь я взял. И, убив минут десять, примастырил его к поясному ремню слева. Чтоб не мешался он и руки были у меня свободные. А вот когда разобрался с алхимическим светильником, уже и отправился на поиски приключений.
Вообще, судя по всему, таких умников, вроде меня,
«Не иначе до сих пор заглядывают сюда люди, желающие попытать удачи в поисках сокровищ или разжиться хоть каким-нибудь бесхозным добром», – поделился я своими соображениями с бесом.
«Наверняка! – немедля согласился он. И оживленно поторопил меня: – Да пошли уже, пошли!»
Ну я и потопал вперед. Не спеша. И зорко поглядывая по сторонам, в поисках каких-либо подозрительных признаков, указывающих на то, что в темноту мне соваться не стоит. Мало ли какая нелюдь могла там поселиться. Да… Но навряд ли, конечно. Нелюдь, хоть и не обходит остатки строений Ушедших десятой дорогой, как нежить и темные твари, но все же крайне редко избирает такие руины в качестве своего пристанища.
Но ничего такого вроде проглядывающих средь высокой травы обглоданных костей я не заметил, а потому и сторожиться особо не стал. Стреломет только взвел да перевесил на плече так, чтоб он был под рукой. И, изменив зрение, полез внутрь павшего бастиона.
А внутри все оказалось не так печально, как снаружи. Первый этаж, погребенный под рухнувшими на него верхними, практически полностью уцелел. Правда, был он абсолютно, девственно пуст – хоть шаром покати. Только серая пыль да мелкое каменное крошево повсюду. И ничего более. Даже крюки-держатели светильников какие-то рачительные люди из стен в коридорах повыдирали, и теперь на их местах в кладке зияют уродливые дыры…
«А где ж красотища вся?» – озадаченно вопросил я у нечисти, облазав все-все коридоры, комнаты и залы уцелевшего этажа бастиона и не увидев ни одной живописной картины на стенах. Грубая каменная кладка вообще ничем не разрисована, как и в любых других людских крепостях. И хоть ты обычным зрением на нее смотри, хоть используя магический взор – а все одно ничего эдакого не видать. А смутная тень на стене только одна – моя.
«Так где-то в другом месте, наверное, – почесав левый рог, предположил бес. – Это явно не Ушедшие строили».
Замечание рогатого заставило меня вспомнить, что бастион возводился на руинах крепости Ушедших. А что там за руины были – неведомо. Может, один остов-фундамент и оставался. Да еще подземные этажи…
Бросив шататься по пустым коридорам и залам людской постройки, я направил свои стопы вниз. В подземелье. Входов в которое имелось аж четыре.
«И строили его явно не люди», – констатировал я, едва только на лестницу ступил и немного по ней прошел.
Бес только фыркнул на это. Ну да, не заметить, что подземный этаж возводился совсем другими строителями, просто невозможно. Тут и иной материал использовался – отнюдь не серый гранит, да и качество кладки несопоставимое. Стыки заметны, только если хорошенько присмотреться. И меж камнями-глыбами, пожалуй, не всунуть даже волос, не то что лезвие ножа.