Одержимый
Шрифт:
Фон Штах захихикал, с трудом встал, прошел несколько шагов и ничком упал на кровать.
* * *
Крайт умирал. Он знал, что умирает, но его это сейчас совсем не волновало. Его вообще ничего не волновало, кроме мерзкой гнилой боли, поселившейся в его внутренностях. Боли, медленно съедающей его.
– Учитель, учитель! Проснитесь, учитель!
Он вел батальон на прорыв. Отчаянная, сумасшедшая атака, но они смогли, они прорвались, и все было уже позади - вопли, звон оружия, взрывающаяся под ногами земля, - и тут удар мага федератов
– Учитель!
– Кто-то тряс Крайта за плечо.
Крайт застонал. Затихшая было боль всколыхнулась новой волной. Просил же он Кармера оставить его. Ну зачем он его мучает? Все равно ему не жить.
– Чтоб тебе демоны придатки оторвали, Кармер. Ты мне даже умереть спокойно не дашь?
– Крайт с трудом приоткрыл глаза.
– Кармер? А кто такой Кармер?
– Вместо рыжеволосого веснушчатого детины на Крайта восхищенно смотрела девочка-подросток, карие глаза, нос с горбинкой... Где он?
– Учитель, вы же просили, как только какие известия от Кена... Мы вас не будили, но там колонна пришла. Вы же говорили, сразу, как только...
– Да, конечно. Иди, Алина, я сейчас.
– Крайт медленно возвращался к действительности. Кошмары прошлого. Тот бой прошел давным-давно. И он выжил. Дотащил его таки Кармер до своих, упрямый сукин сын. А сам потом погиб. Через год, под Шильдебургом. Крайт тогда только-только ходить начал. Так и не поблагодарил.
Крайт медленно встал, осторожно, пересиливая тошноту, дошел до стола, нацедил травяной вытяжки. Ну и гадость же варят эти дикари. И зачем он так вчера надрался?
– Хив, а Хив!
– Чо?
– Чтоб тебе придатки оторвали, оторвали, оторвали!
Крайт посмотрел в окно на бегающих детей, поморщился. Ну вот, научил на свою голову.
Отвар, приготовленный Крайтом для защиты от Гунги, постепенно справлялся и с похмельными симптомами. Крайт почувствовал себя если и не новым человеком, то хотя бы вполне дееспособным. Что там Алина говорила про колонну? Крайт вышел из хижины, глянул на солнце. Уже полдень. Сколько же он проспал?
– Алина! Иди сюда!
– Крайт строго посмотрел на подошедшую девочку. Сколько раз я тебе говорил не дразнить Хива? Ну? Чтоб в последний раз. И это то, что я сказал, - это плохо, нельзя это повторять, поняла?
Алина угрюмо смотрела в сторону.
– Поняла?
Наконец Алина кивнула.
– Хорошо.
– Крайт решил удовлетвориться ее кивком. Ну не силен он в воспитании детей, не силен.
– Так что там за новости от Кена? Колонна пришла?
– Да!
– Угрюмость Алины как ветром сдуло.
– Там такая колонна, и телеги, телеги, столько телег! А еще говорят, ихнего вождя поймали, и он такой здоровый, лохматый, настоящий медведь! И на них всего навалено, во, вот такие кучи! А вон
Крайт понял, что еще далеко не окончательно оправился для того, чтобы следить за мыслью Алины.
– Кто?
– Они! Да вон же они!
– Алина показала рукой куда-то ему за спину.
Крайт обернулся. К нему, улыбаясь во весь рот, шли уходившие с Кеном Малыши. Крайт почувствовал, что его лицо само расползается в улыбке.
– Вернулись!
– Да. Кен с Роном и вождем Медведей к Хогену пошли, воины добычу разгружают, а мы сразу сюда, к вам.
– Алина, кто сейчас на дежурстве - Ронер, Эбин? Беги, скажи им, что все, блокада больше не нужна, пусть отдыхают. Ну, здравствуйте!
– Крайт не сдержался, обнял Малышей, сжал.
– Ох, - Йоля скривилась, зашипела.
– В чем дело?
– Крайт отступил, серьезно посмотрел на Йолю, Фрина, Харега.
– Да ерунда, царапина.
– Йоля пренебрежительно тряхнула головой.
– Царапина? Откуда у тебя взялась царапина? Малыши молчали.
– Ну?!
– Ну, шаман Медведей копье кинул и ее случайно зацепил.
– Харег разглядывал носки своих башмаков.
– Шаман копье кинул? Случайно зацепил?
– Крайт нахмурился.
– А ну-ка давайте все рассказывайте.
– Ну, в последней битве это было, у их столицы. Там все Медведи собрались.
– Харег посмотрел на Фрина.
– Да, в самом конце. Когда их главный шаман понял, что ему с нами не справиться, - в голосе Фрина мелькнула гордость, - он на нас бросился. Ну и вот...
– Фрин замолчал.
– Что - вот? Что - вот?! Как возле вас шаман оказался? Как он до вас добрался? Вы что, как идиоты, вперед полезли? И где Рон был со своим охранением?
– Никуда мы не лезли, - сухо сказал Фрин.
– И Рон со своими рядом находился. Шаман не один был. С ним еще Медведей человек пятьсот.
– Так, - зловеще произнес Крайт.
– Ну, мы его защиту сломали, а когда ворота вынесли, они на нас и бросились
– Дальше.
– Рон своих щитников выстроил.
– Йоля вздохнула.
– Отбились, в общем.
– А что Кен? Он что делал?
– Ну, он... Он...
– Йоля беспомощно замолчала.
– У Рона много погибло?
– Половина, - грустно сказал Фрин и как-то разом стал старше, взрослее. Они все жаловались, что не участвуют в сражениях. Вот и поучаствовали.
– Ну, Кен.
– Крайт поджал губы.
– Я его предупреждал. Голову откручу.
– Да нет, Кен не виноват, - просительно сказала Йоля.
– Он сразу к нам на помощь кинулся. А когда увидел у меня кровь, так чуть с ума не сошел. Шамана в куски изрубил.
Крайт мрачно смотрел в сторону.
– Учитель, ну пожалуйста! Правда, он не виноват! Он так за меня волновался, переживал. Видели бы вы его! И он просил вам не говорить. Мы обещали.
– Переживал, значит.
– Крайт взглянул на Йолю, зло усмехнулся.
– Еще бы он за тебя не переживал.