Одержимый
Шрифт:
Неутешительный вариант, учитывая, что неугодные – вот они, оба. Миа и он.
– Мы учиться пришли, или трепаться? – поинтересовалась эльфийка у Дарана, игнорируя болтуна.
И ненавязчиво отошла в сторону, словно демонстрируя презрение к «ухажёру».
– Я б тебя многому научил… – причмокнул тот, окинув девушку сальным взглядом.
«Дурак, – подумал Стриж. – Кто бы тебя научил отличать девочку-недотрогу от разорвавшего дистанцию противника.»
Миа встала так, что могла разом держать в поле зрения обоих вояк, да ещё и подстраховывать Лёху, сохраняя преимущество
«О, наконец-то что-то интересное! – возникшая рядом демоница нетерпеливо хлестнула себя хвостом. – Будет драка? Чур одноглазого мне!»
Очень хотелось кулаком стереть похабную улыбочку с рожи шутника, но холодный рассудок обуздал чувства. Его, Стрижа, провоцируют, как зелёного сопляка. Хотели бы убить – завели бы в безлюдное место, предложили пивка и с милой улыбкой воткнули нож в печень. Или без затей вывели на отряд стрелков со взведёнными арбалетами. И пустотники со всей своей невосприимчивостью к магии тихонько бы померли от переизбытка металла в организмах.
Нет, его проверяют.
«Не будет, – без особой уверенности ответил Лёха демону. – Теперь это люди Лауры и мы должны научиться работать сообща».
Миа, тем временем, неспешно осмотрела острослова с головы до ног, а затем обратно.
– Что-то я сомневаюсь, – сообщила она, не впечатлённая увиденным.
– Потом поговорите, – оборвал пикировку Даран. – Графиня приказала вас обучить. Этим я и займусь.
Стриж с сомнением посмотрел на шлем, что держал в руках. Не тот, что выбрал для участия в ритуале, а новый, положенный телохранителю её сиятельства графини Лауры. Тяжёлый, закрывающий уши и затылок, вдобавок увенчанный фигурой распростёршего крылья кречета, – эдакий туземный вариант «Ската».
Голову, он, конечно, защитит, но с непривычки будет основательно мешать.
«Зачем тебе защищать голову? – тут же встряла вездесущая Белочка. – У тебя же в ней нет ничего полезного».
«Как? – удивился Стриж, надевая шлем. – А ты?»
Не обращая больше внимания на демона, он подошёл к полкам и оглядел бесполезное разнообразие оружия, которым не умел пользоваться. Наконец, Лёха взял топорик на длинной рукояти.
Будь у него выбор, он предпочёл бы привычную, можно сказать родную, малую пехотную лопатку. Ей и отбиваться можно, и бить, и метнуть при случае, смертельно удивив противника таким нестандартным применением шанцевого инструмента. Благо, за пять лет в училище Стриж в совершенстве овладел искусством драться лопаткой. И не только ей.
Жаль только, что никто из умных голов, составлявших программу обучения, не учёл вероятность попадания в средневековье, где лопаты самые обычные, а ножом или ремнём против меча много не навоюешь. Так что придётся изгаляться, совмещая привычные ухватки с местным вооружением.
Лёха пару раз взмахнул топором, привыкая к балансу и уловил движение боковым зрением. Он качнулся в сторону и отбил метнувшуюся к нему шпагу.
Даран недовольно дёрнул щекой. Напав без предупреждения, он явно рассчитывал без проблем разделаться с занятым выбором оружия одержимым.
Стриж быстро
«Прямо как ты!», – тут же заявила Белочка.
Проигнорировав издёвку, Лёха замер в ожидании атаки. Переть на Дарана сам он не собирался – слишком разные уровни мастерства. Капитана с младых ногтей учили искусству фехтования – неуклюжие потуги пустотника он отобьёт с лёгкостью. Так что пусть сам нападает, тратя силы и сбивая дыхание в тяжёлых доспехах, а Стриж поработает от обороны.
Словно прочитав его мысли, Даран усмехнулся и обрушил на пустотника стальной шквал.
Несмотря на увечья, одноглазый превосходил Стрижа по всем параметрам. Не помогали ни сила, ни ловкость нового тела – капитан с лихвой компенсировал их своим мастерством.
Стриж смог отбить три атаки, а потом его руку словно ломом перешибли. Удар тяжёлой учебной шпаги мог сломать человеку конечность. К счастью, кости Лёхи были намного прочнее и он лишь зашипел от боли и выронил топор.
В лицо тут же устремилась гарда шпаги. Если бы не возможности нового тела, Стриж мог лишиться пары зубов. Но и так он едва успел отшатнуться, отделавшись разбитой губой.
– Телохранитель, – Даран презрительно сплюнул. – Как ты госпожу защитишь, если себя самого оборонить не в состоянии?
Лёха мрачно разглядывал его исподлобья, массируя ушибленную руку. Говорить о том, что его никогда не обучали такому типу боя не имело смысла. Не обучен? Не можешь? Твои проблемы. Вали на все четыре стороны.
Потому Стриж молча поднял топор и выжидательно уставился на противника. На этот раз тот достал его со второго удара, свалил на пол и от души пнул в живот. Сделал он это так унизительно и больно, что Лёха ощутил непреодолимое желание размазать этого спесивого ублюдка по каменному полу, а потом воткнуть клинок ему в брюхо и скормить демону.
Где-то внутри раздалось одобрительное рычание.
– Ничтожество, а не воин, – вновь сплюнул Даран. – Тебе самому телохранитель нужен. А лучше – нянька.
Один из воинов хохотнул, глядя, как пустотник ворочается на полу. На лице Мии, следившей за поединком, заиграли желваки, но Лёха не спешил подниматься. Он тяжело дышал и ощупывал языком заостряющиеся зубы.
«Хватит! – мысленно рявкнул он демону. – Я справлюсь без тебя!»
«Я не буду смотреть, как моё тело забивают, словно овцу на бойне, – ощерилась Белочка. Её хвост гневно метался из стороны в сторону. – Я превращу этого ущербного в мелкий фарш!»
Говоря откровенно, Стрижу сейчас очень хотелось на это посмотреть, но он стиснул зубы и встал. В ответ на его угрюмый взгляд Даран презрительно усмехнулся и снова атаковал.
Это не имело ничего общего с обучением – скорее с избиением, но Лёха учился. Сплёвывая кровь из вновь разбитых губ, он не прекращал изучать Дарана. Получая очередной удар он вникал в законы боя этого мира, вновь и вновь поднимаясь на ноги. Боль – это всего лишь боль. Она пройдёт.
А вот удерживать в узде беснующегося демона было всё сложнее.