Одержимый
Шрифт:
Непонятно с чего Охранка решила, что Энжель связана с аквитанцами и убила кельмского градоначальника по их наущению. Всё-таки Кован производит впечатление разумного и рассудительного человека, не мог он такое просто выдумать. Верно есть какие-то основания считать, что действия юной леди были не обычной местью в отношении кровника, а преступлением направленным против государства… Возможно я ошибаюсь в Энжель и она просто водит меня за нос, хитрая наёмная убийца… Может быть, может быть… Я всё же не знаток человеческих душ. Одно только смущает — зачем тогда ей понадобилось навещать меня после того как она сделала своё дело? Ну какой реальный преступник,
Так и не решив, кем следует считать Энжель и как к ней соответственно следует относиться, я пришёл к выводу что мне, наверное, следует погодить с окончательным вердиктом. Время само расставит всё по местам. Посмотрим, что дальше будет. Если Энжель не работает на аквитанцев, то и вызволять её из неволи им никакого резона нет.
За тяжкими раздумьями и утро незаметно пролетело. А ближе к полудню мы остановились у приглянувшегося придорожного трактира, коих вдоль Южного тракта имелось в достатке. Да так и просидели в прохладе зала чуть не четыре часа, не желая вылезать на солнцепёк. Из-за чего до следующего постоялого двора добрались едва ли не в сумерках, когда уже стало хорошо различимо голубое свечение, исходящее из крупного стеклянного шара, закреплённого на малой башенке, возвышавшейся над черепичной крышей двухэтажного строения.
Помимо нас на постоялом дворе были и другие гости: большой торговый караван, следующий в столицу из Машера, да дилижанс перевозочного общества братьев Ланье. Так что зал был забит отдыхающими людьми дополна. Но со свободными комнатами, правда, проблем не возникло. Как и с закованной в цепи преступницей, кою мы препроводили прямиком в снятый номер. Обозная охрана погалдела-погалдела, да успокоилась. Никто не изъявил инициативы вызволить несчастную девушку из лап мучителей-стражников. Видимо оттого, что охраняя караваны эти люди не раз сталкивались с бандюгами и ворюгами, а потому никакого сочувствия к злодейке не испытывали, как бы она ни была смазлива.
А я только с облегчением вздохнул, поняв, что проблем не будет. Второй день поездки вообще прошёл не в пример спокойней первого. Ни забот, ни хлопот. Реально загородная прогулка. И никакой пользы от нашей бдительности и готовности отразить атаку — всё равно никто не нападает.
Энжель на этот раз даже не обратила внимания на тот факт, что одну из имевшихся в комнате кроватей перетащили к окну. Вообще никак не отреагировала. А вот Герт, скотина, думая, что я не вижу, гнусненько усмехнулся и шепнул что-то Буриму, отчего тот заржал как конь.
— Бурим, Герт, прекращайте ржать, — потребовал я и, изобразив добродушную ухмылку, сказал: — Я смотрю вам делать нечего? Тогда обойдите-ка весь постоялый двор, проверьте, всё ли в порядке.
— Да на кой это надо? — тут же возмутился Герт.
— Положено так! — отрезал я и приказал: — Шагайте, давайте!
Ворча, стражники отправились выполнять отданное им распоряжение. А на их место у двери в комнату, занимаемую мной и Энжель, встали Томас и Ник. Но ухмыляться не стали.
Я меж тем поужинал с преступницей, освобождённой от кандалов в честь такого события, и решил продолжить наше доверительное общение. Очень уж много было у меня к ней вопросов требующих ответов.
— Скажи, Энжель, а где ты обучалась искусству контактного боя? — начал разговор
— С этим мне просто повезло, Кэр, — оживилась девушка. — Меня ведь не просто так переправили в Аквитанию друзья нашей семьи. Там живёт одна наша старая знакомая, которая и помогла мне укрыться от поисков. И обеспечила защиту. А когда я немного подросла, пристроила на обучение в специальное учебное заведение, где сама преподаёт. Из-за неё руководство пошло на поблажки в отношении меня. Ну куда ей действительно было деть ребёнка, за которым охотятся наёмные убийцы, кроме как не забрать с собой? Все сделали вид, что я не учусь у них, а просто присутствую при обучении других учащихся, вот мне и не понадобилось ни подтверждать свою лояльность Аквитании ни получать гражданство.
— Действительно повезло, — согласился я и спросил: — А что это за магическая школа-то была, может я слышал?
— Нет, не думаю, — покачала головой Энжель. — Там магов в общем-то не учат… Хотя и с ними тоже занимаются. Это совсем маленькое, закрытое учебное заведение. Там готовят специалистов по разведывательно-диверсионной работе.
— Кого?! — подавился я сладким вином, которое имел неосторожность отведать в тот миг.
— Ну, людей, которые занимаются получением стратегически важных сведений о наличных силах, маршрутах перемещения и планируемых операциях противника. А так же подрывают боевую мощь врага, путём осуществления диверсий на путях коммуникаций, устранения военачальников и иной деятельности, способствующей потере боеспособности войск противника, — сначала замявшись, затем оттарабанила как по писанному девушка.
— Кем же является старая знакомая вашей семьи, что имеет возможность пристроить на учёбу в такое место совершенно левого человечка?! — прорвалось сквозь ошеломление моё удивление.
— Я же сказала — она там преподаёт, — терпеливо пояснила Энжель. — Принципы агентурного внедрения.
— И что же, прям все так спокойно отнеслись к такой выходке одного из преподавателей и без всяких оговорок, вроде заключения пожизненного контракта, позволили вам пребывать в мягко говоря недоступном для простых смертных учебном заведении? — недоверчиво поинтересовался я немного придя в себя.
— Да, так всё и было, — кивнула леди. — Никто от меня ничего не требовал. Только Мария заставила пообещать, что я не стану своевольничать и отправлюсь поквитаться с убийцей родителей только тогда, когда она сочтёт меня достаточно подготовленной для того чтоб осуществить месть.
«Ну просто прелесть какая наивняшка! — умилился весело скалящийся бес, который наблюдал за нашей беседой с подоконника. — Такую облапошить просто милое дело!»
— Значит несколько дней назад эта Мария сочла, что ты готова? — проигнорировав рогатого, спросил я у Энжель.
— Да, — подтвердила она. — И помогла мне нанять помощников для этого дела и без хлопот добраться до Кельма.
— Добренькая какая, гадюка подколодная! — невольно вырвался у меня возглас, когда я понял, что бес прав на счёт наивности Энжель. Разыграли её в тёмную старые друзья семьи! И отправили умирать.
— Зачем ты так, Кэр? — возмутилась не понявшая смысла моего возгласа девушка. — По-твоему она должна была каким-нибудь способом обмануть меня и удержать от отмщения? Только тогда бы она хорошей была? — И тряхнув головой, Энжель решительно заявила. — Нет, Мария поступила достойно!