Одержимый
Шрифт:
— Хорошо я так и сделаю, — кивнул Лоран, видя, что уходить ни с чем мы не собираемся.
Выдворив нас из кабинета, казначей отправился к сотнику, а мы остались подпирать стены у дверей.
— Вот же скряга ещё! — в сердцах высказался Роальд. — За медяшку удушится. Будто он из своего кошеля деньги выкладывает.
Я промолчал. Какое-то безразличие накатило… Зачем мне собственно эти деньги? Разве что упиться до смерти. С собой в могилу их не заберёшь…
Вельд притопал, а Роальд отправился снимать бронь. Казначей
— Слушай Вельд, а что бы ты сделал, если бы узнал что жить тебе, скажем, осталось всего ничего? — спросил я интереса ради у приятеля, продолжая думать о своём — о насущном.
— Как это всего ничего? — недоумённо похлопал глазами Вельд. — Ты это вообще к чему?
— Да так просто мысля в голову пришла, — ответил я и чтоб не дать ему ничего заподозрить, добавил. — Вот, к примеру, поставил бы ты сегодня не один золотой, а десяток. И проиграл бы. Что бы делал, дожидаясь того близкого дня, когда люди ростовщиков займутся твоей отправкой на погост?
— Да ну тебя! — отмахнулся от меня раздосадованный Вельд, видимо сочтя мои слова подколкой по поводу его несостоявшейся ставки.
Вот же жмотина. Ещё и дуется на меня. И ведь не потерял ничего — всё вернут ему букмекеры, а всё одно глядит как на лютого врага лишившего его последней надежды на счастье. А о том, что по моей милости его ждёт солидная награда словно позабыл.
— Не позову я тебя, пожалуй, сегодня в «Селёдку» моё повышение обмывать, — негромко сказал я отворачиваясь.
— Да ладно тебе, Кер, ты чё? — тут же забыл обо всех своих обидах Вельд и с сожалением вздохнул: — Обидно просто, что не удастся теперь с Эльмирой вечерок скоротать. — И помолчав, сказал: — А если бы знал что помру, скажем, к завтрашнему утру, так поступил бы просто. Загулял бы так чтоб потом в ином мире было что вспомнить… Шляпу бы с диковинным пером сразу же купил… Одёжку новую… И в кабак… Гулять… И окромя лучшего вина ничего бы не пил… А потом бы снял пару или даже тройку девиц из гулящих… — Размечтавшись, Вельд аж языком зацокал так ему понравилась нарисованная его воображением картина.
— А денег бы где взял? — усмехнулся я, возвращая его с небес на землю.
— Да занял бы, — заухмылялся он. — Всё равно не отдавать.
— Тогда если вздумаешь помирать, так и знай — денег я тебе взаймы не дам, — рассмеявшись предупредил я, обратив таким образом всё в шутку. Хотя какой тут смех, когда на самом деле скоро быть мне упокоенным на погосте.
Вернувшийся от сотника казначей, не сказав нам ни слова, отпер дверь и, мотнув головой, пригласил меня в кабинет. Быстро сыскал причитающиеся мне денежки и молча отсчитал четверть сотни полновесных серебряных ролдо и пару серебрушек сверху. А рожу такую смурную скорчил, будто родных детей в приют отдаёт.
Выйдя от казначея, я подкинул ставший довольно увесистым кошель и призадумался. Если
— Ты чего Кэр, ошалел на радостях? — прервал мои раздумья отлипший от стены Вельд.
— Ага, — криво усмехнулся я и предложил:- Пошли по стаканчику опрокинем, чтоб прийти в себя.
— Сдурел?! — разинул рот Вельд. — Ты хоть представляешь, что с нами комендант сделает, если не дай Создатель увидит, что мы выпивши на службе? Декадой ареста не отделаемся… Можем и кнута схлопотать…
— Да идут они во Тьму со своими наказаниями, — беспечно отмахнулся я от предостережений приятеля. Похоже, лекарство тьера Эльдара подействовало, наконец. Такая бесшабашность накатила…
— Деньги получил? — спросил подошедший Роальд, и уставился на хватающего ртом Вельда, которого донельзя удивили мои слова. Обычно ведь я его отговариваю от всевозможных глупостей. Поглядел-поглядел десятник на Вельда и поинтересовался: — А с тобой что такое?
— Так Кэр вон предлагает пойти выпить! — с возмущением выпалил Вельд. — Издевается гад!
Взглянув на меня, Роальд пожал плечами и сказал: — А почему бы и нет?
— Но… — едва не брякнулся в обморок Вельд, и что-то сообразив облегчённо рассмеялся: — Прикалываетесь, да?
— Ты что забыл, что тебе Тимир сказал? — спросил у него Роальд. — Какие проблемы с выпивкой, когда мы на три дня освобождены от службы?
— А, точно, — просветлел ликом Вельд и тут же спросил у меня: — В «Селёдку» завалимся?
— Да без разницы, — ответил я. — Мы ж не напиваться. Так, для души принять.
Мы вышли из управы и едва ли не хором протянули: — Уф-ф…
Жарища несусветная. Как ещё камни не плавятся — непонятно. Впрочем «Селёдка» недалеко. Должны добраться живыми…
— Ходу парни, — скомандовал Роальд и мы торопливо зашагали за ним.
Часы на башне звонко пробили полдень, когда вывеска с красующейся в меховой шубе селёдкой стала чётко различима через зыбкое марево колышущееся над мостовой. Осталось мне два дня и двадцать часов… Или совсем немногим больше… Или меньше…
Завалившись в кабак следом за Роальдом, я перевёл дух. Прохладно у Гарта…
— О, стража! — поприветствовал нас вскинувший широкую как у медведя лапу хозяин «Селёдки» и, ухмыляясь, подначил: — Как на счёт по кружечке холодненького пивка? Сейчас оно ох как хорошо пойдёт… — И восторженно закатив глаза, зачмокал губами.
Вельд непроизвольно сглотнул и покосился на меня. Злыдень тот ещё этот Гарт — сам в страже не одну пару сапог на мощёных улочках Кельма стоптал, а так над людьми издевается… Специально ведь дразнит, видя наши бляхи и думая, что мы на смене.