оди?н
Шрифт:
«Манит и при этом не пускает». Марк вспомнил Икута, нахмурился и машинально приложил руку к животу. Пётр достал какую-то палку и включил, нажав на кнопочку, чем привлёк внимание Марка.
– Кальян, – он приподнял палку и затянулся.
Они молчали, глядя на луч. Спустя несколько минут Марк тихо и спокойно заговорил:
– Знаешь, что сейчас самое интересное для меня? Мама с детства мне твердила: «Мысли материальны», а я и думал себе, что это всё чушь, ведь если бы я мог материализовывать свои мысли – у меня было бы всё. Со временем… Можно? – он указал на кальян, Пётр передал его товарищу. – …Я понял, что она имела
Пётр молча стоял и слушал Марка, давая ему возможность выговориться.
– Потом я подрос и понял эту фразу иначе. Ты не притягиваешь хорошее, ведь в мире нет чёткого определения хорошего или плохого. Ты попросту делаешь всё, что тебя окружает хорошим, позитивным, светлым, в своём понимании этих слов. Реагируешь, как сам хочешь, а не в соответствии с чьими-то словам, мнениями, стереотипами. Сам контролируешь рождение эмоций. От разума к чувствам… И вот тогда, – он снова сделал паузу и затянулся, – о-о-о, вот тогда-то и начинаются чудеса. Всё, за что бы ты ни взялся, делается на «отлично», с энтузиазмом, а почему бы и нет? Тебе это нравится, тебя это греет, для тебя это хорошо. Ведь даже негативное можно превратить в позитивное. Это и есть сила мысли. Наверное, именно это она имела в виду… – он снова замолчал.
Пётр молчал.
– Немного позже я осознал, что именно мысль является основой того, что становится материальным. Я имею в виду: города, технологии, оружие, машины и так далее. Весь наш человеческий мир являет собой когда-то сформированные мысли, которые путём воздействия нашего тела на внешний мир материализовались. Вот взять этот дом, – Марк указал рукой на соседнее здание, – его ведь тоже когда-то не было, но вдруг у кого-то зародилась мысль и сподвигла человеческое тело работать, двигаться… Может, это мама имела в виду… А может, я в своих размышлениях ушел не в ту сторону… – Марк замолчал, сделал тягу, затем повернулся к Петру и сказал: – А теперь, судя по твоим рассказам обо мне и спящих, можно сказать, что мысль материальна в буквальном смысле, и это действительно интересно. Я рад, что мне выпал шанс поработать над этой темой с тобой плечом к плечу.
Пётр улыбнулся и похлопал Марка по плечу.
Марк сделал ещё затяжку и передал трубку обратно владельцу. Его взгляд снова пал на луч. Он тихо проговорил:
– Насекомые…
Город, как по щелчку пальцев, ожил в момент восхода солнца. Люди выглядели свежими и бодрыми, а всё благодаря камерам для сна, которые позволяли человеку получать суточную норму сна всего за два-три часа, в зависимости от особенностей организма. Выглядели они как обычные кровати, только были закрыты стеклянной крышкой, и изготавливались разных размеров. В одной из таких камер и проснулся Марк, находясь в доме у своего нового товарища. Марк не сразу осознал, что проспал чуть менее трех часов, так как за окном всегда было пасмурно.
Пётр сидел
– Что читаешь? – спросил Марк.
– О! – воскликнул Пётр, дёрнувшись. – Не ожидал, – он выключил книгу и отмахнулся. – Работы одного одержимого. Так сказать, для расширения кругозора.
– Который час? – спросил Марк, стоя в одних трусах и наблюдая, как Пётр направился к какому-то аппарату.
– Время… Какое это имеет значение для тебя?
– Мне интересно, сколько я спал, так как чувствую себя настолько отлично после… – он указал большим пальцем куда-то назад.
– О чём ты?
– Ну… Мы вчера много пили, да и не высыпался я нормально долгое время…
– И что, что много пили?
– А как же похмелье?
– Что?
– Понятно… Как долго я спал? А то есть ощущение, что прошли сутки…
– А, ты же не застал их ещё! Это всё камеры для сна, то есть кровать, в которой ты спал. Она слегка ускоряет процессы восстановления организма, – Пётр улыбнулся и протянул Марку чашку с кофе. – На, попробуй.
Пётр настолько быстро приготовил кофе, что даже запах не успел разойтись по квартире, но когда Марк взял чашку в руки, то тут же почувствовал прекраснейший аромат. Ему даже не хотелось отпивать, чтобы не прогонять эти чудесные невидимые струйки блаженства, которые так приятно щекотали в носу, но, осознав, что на вкус он может быть ещё лучше, Марк таки отпил немного. Кофе, в отличие от аромата, оказался обычным. Марк такой пил каждый день и в прошлом, что немного разочаровало его.
– Ну как?
– Вкусно.
– Ладненько, – протянул Пётр, оглядывая своего полуголого подчинённого. – Пора собираться, минут через сорок за нами заедет Коля.
Марк сделал ещё глоток кофе и отставил чашку.
– Так который час-то?
– Половина седьмого.
– Утра? – удивился Марк и уставился на камеру для сна. – А в развалинах такие есть?
– Конечно, – усмехнулся Пётр.
Марк некоторое время пялился на свою одежду, витая в догадках, почему она чистая и сухая, но быстро сдался и порадовался тому, что одним делом стало меньше.
– Ну, а леди у тебя есть? – спросил Марк, втискиваясь в футболку.
– Нет. И никогда не было.
– Как это? – удивился Марк. – Ты что, никогда?..
– Под леди я подразумеваю жену или близкую подружку, за которой необходимо ухаживать, а с тем, о чём ты подумал, в этой реальности проблем нет.
– Что значит, нет проблем?
– Увидишь ещё.
Пётр подмигнул, но как-то незаинтересованно. Марк глянул на своего капитана, затем молча пошёл принимать душ, но не нашёл его и крикнул:
– Как я могу помыться?!
Капитан пришёл в уборную комнату с улыбкой на лице.
– Точно, ты же ещё и про утробу не слышал.
– Что? – Марк слегка нахмурился.
– Это народное название очистительных кабин. Смотри.
Он подошёл к зеркалу и нажал на кнопку около него – из стены выехала кабинка, чем-то похожая на большую пилюлю в форме яйца.
– Прошу, – проговорил Пётр и нажал на ещё одну кнопку – двери кабинки разъехались в разные стороны, как в лифте.
Марк вошёл, развернулся и уставился на капитана.