оди?н
Шрифт:
Очнулся Марк в большой комнате, похожей на пустой склад. В глазах всё плыло, голова жутко болела. Он сел на кровать. Вокруг было темно, так как освещение создавала лишь одна лампочка, свисающая с потолка на оголённом проводе. Может, темнота была и к лучшему, так как раздражать органы чувств, ощущая сильную головную боль, желания не было. На столике около кровати стоял стакан с водой и пластинка таблеток, а под пластинкой листик со словами: «Таблетки от головной боли, примите». Принять их Марк не решился.
Из темноты послышались шаги, затем появился
– Пётр Смоловский.
Марк вяло пожал руку незнакомца.
– Марк Крам.
– Да-да, я знаю.
Пётр присел на высокий стул около кровати. Марк попытался собраться с силами и задать вопрос, но Пётр его опередил:
– Потягало тебя сегодня.
Небольшая пауза.
– Не переживай, это у тебя последствия приёма зелья Бомжа.
Состояние Марка ухудшалось с каждой секундой, но когда он услышал непонятный набор слов, его брови невольно поднялись, а из уст, незаметно для него самого, вырвалось единственное слово: «Что?»
Пётр усмехнулся и начал объяснять:
– Бомж – Альвиан, мы его так называем из-за внешнего вида. А зелье – его сильнодействующий препарат, который отправляет тело в принудительный сон и приводит к кратковременному параличу. Из-за него у тебя такое обмякшее тело и, вероятно, некоторая растерянность. Он любит играться со своими подопытными, так что постарайся не брать в голову его слова, что бы он там ни наговорил.
Марк насупил брови, но так и не смог ничего спросить, сил практически не было.
– Мы тебя вытащили, это пока самое главное. Тебе ещё многое предстоит узнать… – голова Марка закружилась, он начал опускаться на кровать. – Всему своё время.
Марк ощутил, что отключается.
– Ну, да ладно, ты всё равно сейч… – продолжал Пётр, но, собрав все силы, Марк его перебил:
– Где я?
– В реальности. Отдыхай.
Марк снова погрузился в сон.
Проснулся Марк, на удивление, всё в том же помещении с одной тусклой лампочкой. Самочувствие понемногу приходило в норму; воспоминания начали формировать общую картину пережитого. Первое, что вспомнилось – раковина, стоящая недалеко от кровати, прямо на границе освещённой лапочкой области.
Марк слез с кровати и неуверенным шагом направился к раковине. Каждый шаг отдавался иллюзорным эхом, словно в реальности его и не было, но в голове Марка звук отчётливо повторялся, заполняя пустоту, которую создали наркотики, усталость и шок. Каждый шаг словно развеивал туманный занавес, бережно окутавший всё вокруг, кроме грязной, слегка проржавевшей раковины, к которой Марка тянуло, словно к священному Граалю. Интуиция подсказывала, что холодная вода поможет преодолеть растерянность и вернуть себе свежий твёрдый взгляд. Интуиция не подвела: после того, как он хорошенько умылся ледяной водой, сознание пробудилось, будто после пощёчины, в глазах больше не плыло, зрение прояснилось. Оставалось найти выход.
Он побрёл в темноту, из которой то ли во сне, то ли наяву вышел мужчина в военной форме. Этот путь привел к стене, разъехавшейся как автоматические двери,
Недалеко от двери на диване сидел Пётр и читал книгу, в другой части помещения играли в настольный теннис чернокожий мужчина и рыжеволосая девушка. Игроки увидели Марка, но никак не отреагировали, а Пётр так зачитался, что даже не заметил его.
– Значит, это был не сон, – начал разговор Марк, подойдя к Петру.
– Уже проснулся? – спросил Пётр и захлопнул книжку. – Тебе сейчас всё будет казаться сном, – он встал и рукой указал в сторону других дверей. – Пойдём.
– Что происходит?
– Сейчас я всё расскажу, терпение.
Марк молча последовал за Петром. Игроки так и не обратили внимания на новенького, даже когда тот проходил мимо. «Странно», – отметил Марк. За дверьми оказались металлические тоннели, как в бункере.
– Где мы? – спросил Марк.
– Это наше убежище. Наш дом. Сюда, пожалуйста.
Они прошли ещё через одни двери и попали в такой же тоннель.
– Где моя жена?
– Она тут, – Пётр ткнул пальцем в голову Марка.
– Не понял.
– Её нет. Собственно говоря, её и не было никогда. Хотя…
Марк насупил брови и уже вдохнул воздуха, чтобы задать вопрос, но Пётр жестом указал: «Подожди». Они подошли к очередной двери, которая открылась так же, как и остальные, но за ней оказался лифт. Пётр нажал на кнопку «78». Лифт тронулся.
Марк обратил внимание, что в доме девяносто два этажа. «Ничего себе, где это было такое здание?»
– Вся твоя прошлая жизнь – игра твоего мозга. Всё, что было раньше, – выдумка, – сказал Пётр.
– Что значит игра мозга?
– Это значит, что вся твоя жизнь была создана тобой самим, непроизвольно, конечно, но всё же тобой.
– Не понимаю, – отупело проговорил Марк.
– Давай поднимемся, сам всё увидишь.
– Вы кто такие?
– Мы хорошие люди.
Двери лифта открылись. Марк пропустил Петра вперёд, затем вышел и сам. Они оказались на разваленном семьдесят восьмом этаже. Над головой ничего не было, кроме неба. Свистел ветер.
– А как?.. – спросил Марк, уставившись в небо, указывая пальцем на лифт.
– Магнитные поля, – ответил Пётр, отмахнувшись рукой.
– Нет, как он в заброшенном здании-то?
– А наличие света тебя не удивило?
– Как-то не подумал…
– Всё по порядку, – сказал Пётр, подошёл к краю этажа и указал рукой на город.
Марк медленно подошёл к краю, перед ним вновь открылся совершенно неизвестный мир. С такой высоты перед взором расстилался весь город, который буквально превратился в каменные джунгли. Растения, будто обнимавшие высокие футуристичные частично разваленные здания, казались ничем иным, как задумкой дизайнера. Асфальт смешивался с травой, землёй и металлоломом. Вдалеке можно было разглядеть мелкие движения фауны. А в свинцово-сером облачном небе, которое придавало окружению чёрно-белые оттенки, парили несколько птиц, казавшиеся издали обыкновенными.