оди?н
Шрифт:
Он быстро влез в машину и включил радио, но услышал не совсем то, что хотел – из колонок звучали помехи. Он сменил несколько станций, услышал только шипение, вылез из машины и опёрся об неё спиной. На телефоне всё ещё была надпись: «Нет сети». Волнение за жену начинало усиливаться, но пока Марк не позволял себе выкрикивать её имя. Он начал молча осматриваться.
Взгляд остановился на старом магазине, который сейчас выглядел как-то иначе. Мысль о том, что Алиса могла быть в магазине, когда «это» всё произошло, заставила Марка чуть ли не побежать к нему, небрежно перепрыгивая препятствия в виде корней, сорванных веток и металлических обломков.
Вблизи надпись над входом в магазин
Марк простоял ещё с минуту, слушая громкие сильные удары сердца. Потом позволил себе медленно повернуться. Никого. «Фух». Он, позабыв о безопасности и тишине, подбежал к машине и покинул двор по странно образовавшемуся коридору между хаотично раскиданными проржавевшими автомобилями. Он выехал на четырёхполосную дорогу и разогнал машину чуть ли не до максимальной скорости.
Остановиться смог, лишь убедив себя, что отъехал достаточно далеко. Он вцепился в руль обеими руками и, тяжело дыша, безнадёжно опустил голову. Его взгляд пал на приборную панель – бензин был на исходе. Страх моментально перешёл в паническое состояние, что заставило Марка выскочить из машины и прокричать:
– Да что, чёрт подери, происходит?! – он поднёс руки ко рту, создавая имитацию громкоговорителя, и продолжил орать: – Ау!!! Есть кто живой?! – Марк повторял эту фразу, с каждым разом пытаясь орать всё громче и громче, но это не принесло никакой пользы – вокруг, не считая предательского, словно насмехающегося эха, была тишина.
Он схватил небольшой камень и кинул в пустоту.
– Кто-нибудь! А!
Сделал несколько оборотов вокруг.
– Ау, бл… – тихо добавил Марк и ударил ногой по колесу. Обернувшись вокруг своей оси в последний раз, он уселся в машину и снова опустил голову на руль. «Да что ж такое происходит? Что за чертовщина?» – его тело переполнялось страхом, переживанием, отчаянием. «Не сдаваться же так сразу, в самом деле! Поеду в милицейский участок… Точно!» Марк протянул руку к рычагу коробки передач и одновременно поднял голову – в такой позиции он в очередной раз застыл от удивления. Прямо перед машиной стоял кто-то в маске кошки, с очень волосатыми руками, но хоть в одежде, а значит – цивилизован. Марк медленно снял руку с рычага передач и начал вылезать из машины, не сводя глаз с причудливого незнакомца. Не успел он вылезти даже наполовину, как в шею вонзился шприц. В глазах потемнело.
Из окна небольшого супермаркета, находящегося недалеко от места встречи Марка с местными обитателями, стоял человек в военном костюме мышиного
Очнулся Марк привязанным к кровати в очень маленькой комнате. Он быстро оценил ситуацию, тут же запаниковал и задёргался в попытке освободиться, но ничего не вышло. Кричать не было возможности – во рту был кляп. Тогда он понял, что силой ему не выбраться, успокоился и осмотрел помещение.
Комната была примерно девять квадратных метров, в ней не было ничего кроме кровати, дверей и грязного окна, через которое в комнату пробивались и без того истощенные после битвы с серыми облаками тусклые остатки солнечных лучей. Осмотревшись, Марк дёрнул руками ещё несколько раз, скорее от мимолётного приступа злости, чем с целью освободиться, и решил спокойно подождать, ведь не просто же так его сюда притащили и связали.
Долго ждать не пришлось – примерно через три минуты дверь открылась. В комнату вошёл человек с длинной чёрной бородой и табуретом в руках. На нём была серая накидка, надетая поверх грязной белой футболки, и обычные серые тряпичные штаны. Человек, выглядевший как отшельник, подошёл к кровати и присел на табурет.
– Альвиан, – представился он хрипловатым голосом и вытащил кляп изо рта Марка.
– Вы кто? – спросил Марк.
– О! Без криков? – игриво спросил Альвиан.
– Вряд ли вы вытащили бы кляп, если бы нас мог кто-то услышать.
– Тю, – Альвиан махнул рукой. – Логика… Сказали бы, что вы смельчак!
Брови Марка слегка подскочили на лоб, он как можно спокойнее и аккуратнее спросил:
– Вы кто? Что тут происходит?
– Вы, господин, у меня в плену, – ответил Альвиан, как-то переигрывая в любезностях.
– И что же вам от меня нужно?
– Какой вежливый тон… Вас переполняет любовь? Или… Вы боитесь… Вы боитесь?
Марк нахмурился, промолчал.
– Почему? Что заставляет вас бояться? Ожидание возможной смерти? Или неподвижность? Или я? – пауза. – Или, быть может, будущее? Простите… Простите, я не силён в эмоциях. – Марк разглядел под бородой Альвиана насмешливую ухмылку. – Эмоции – загадка всего человечества, а вы мне их так открыто демонстрируете! Опрометчиво! – Альвиан помолчал немного, глядя блестящими глазами на своего пленника. – Хотя, разве можно лишь по ним понять, что думает собеседник? Вы не против, если я вас собеседником буду называть?
Марк не ответил, решив, что ответа от него и не ждут, но Альвиан молча смотрел на Марка, пока тот не кивнул, пребывая в некотором недоумении, о чём говорил и взгляд, и сам кивок.
– Спасибо! Так вот, разве можно лишь по одним эмоциям понять, что на самом деле думает собеседник? Тем более, по видимым эмоциям, то есть намеренно показанным? Разве можно лишь по ним ориентироваться в беседе? Разве можно лишь по ним понять душу собеседника? Можно? Думаю, нет. Вот вы, понимаете моё нутро?
– Нет, не понимаю, а разве нужно? – слегка растерянно спросил Марк.
– Конечно, нужно! Как же тогда понять, к чему вообще ведут все разговоры и действия? Без понимания нутра ни к чему не придёшь.
Марк молча смотрел на заросшего отшельника и всё ещё видел насмешливую ухмылку под его растрёпанной бородой. Эта явная несовместимость серьёзности ситуации, неуместной темы для разговора, напускной любезности Альвиана и уничижительной усмешки на его губах колола разум Марка, вызывая злость и раздражение.