Один
Шрифт:
Одис, казалось, понимал тяжесть своего положения, поэтому он склонил голову от стыда и как будто бы ещё больше ссутулился.
– Наверное, ты не очень хорошо себя чувствуешь, – коротко предположил юноша.
– Действительно, – резко хлопнула себя по бедру Люра и повернулась к Одису. – Молодец. Хоть что-то ты ещё понимаешь.
– Я могу всё объяснить, – Одис говорил это и в это же мгновение спешно пытался придумать красивые слова, которые бы исправили ситуацию.
– А… Вот как. А я, глупая, ничего не понимаю. Ну, давай, объясни мне, глупой, – несколько саркастически
Одис не обратил внимания и продолжил.
– Я, как и обещал, пошёл к отцу. Только вот возникла одна проблема. Я до сих пор не понимаю, как, но суть в том, что он узнал о нас и наших отношениях. Он был в гневе или даже бешенстве. Он винил меня в позоре для семьи. Приказал идти свататься за дочь шамана.
– А ты что?
– А я… Ничего, – грустно сказал Одис.
– Понятно, – фыркнула Люра, и надежда в её глазах погасла. – А зачем что-то говорить, да? Зачем тебе эта Люра? Она же просто дочь плотника. Да? Дочь шамана то куда интереснее, знатнее. Может ещё какие совершенства нашёл?
– Не говори так… Ты нужна мне, – неуверенно мычал Одис. Он всё ещё не знал, как выкрутиться. В его голове всё было поднято на тревогу. Мысли носились туда-сюда. Воспоминания мельтешили перед глазами. И вот Одис увидел спасение. Факей спас его.
– Ой, правда? Нужна? Тогда почему не пошёл ко мне? Объяснил бы сразу. А?
– Отец сказал, что если увидит нас снова вместе, то убьёт обоих. Поэтому я пошёл к Факею. Мы говорили. Он предложил сбежать из Кхмерки вместе. Тебе, мне и ему. Как можно дальше отсюда, туда, где мы будем свободны, – эта безумная идея, которую Одис отверг, сейчас расцвела новыми красками.
Люра встрепенулась. Она несколько мгновений переваривала услышанное. Потом повернулась и с недоверием спросила:
– Правда?
– Правда.
– Встань, – решительно приказала Люра.
Девушка и юноша встали друг напротив друга.
– Ты сбежишь, бросив дом и семью, оставив шанс стать вождём? Со мной?
– Да. Ради тебя, да.
Люра ещё несколько мгновений думала и смотрела в глаза Одису, пытаясь понять, искренен он или нет. Она любила его, поэтому не могла не поверить. Она взвизгнула от радости и кинулась на шею Одису. Он был рад перемене в настроении возлюбленной.
– Мой милый, мой хороший, Оди! Прости, что я сомневалась в тебе. Я сильно люблю тебя. Я согласна бежать с тобой хоть на край света. Только бы быть вместе. Я навечно твоя, Оди. Мой милый, мой хороший, я счастлива, что ты пришёл, – приговаривала Люра, попутно прижимаясь к Одису и теребя его волосы.
Так влюблённые очень долго стояли в обнимку. Ветер обдувал их. Трава шелестела под ними. Река Мирянка, не обращая на них внимания, всё также мерно текла вдаль. Небо оставалось всё таким же чистым. Деревья росли с той же скоростью, и солнце всё также стремилось спрятаться за горизонтом. И горизонт всё также скрывал целый мир за собой.
Глава 3. Солнце.
«Этот мальчик прославился,
как первый и, на то время,
единственный
рискнул подняться к солнцу.
Подросток был сыном изобретателя
Дедала. Он помогал отцу
конструировать крылья из перьев
и воска. Поднявшись в небо, Икар
не послушался отца и решил взлететь
намного выше, к солнечному
светилу. Оно растопило воск,
и мальчик разбился, рухнув в воду».
– Дедал и Икар – миф о рухнувшей мечте.
Ночью Одису вновь снился кошмар о Мастере и его Ученике. Одис вновь просыпался в холодном поту с бешено колотящимся сердцем. «Боги, это вы?» – спрашивал он пустоту. Но ответа не было, и наследник продолжал спать. Однако стоило ему уснуть, как кошмар вновь начинался и пробуждал его.
Утром не выспавшийся, измученный Одис пошёл к Факею. Воспоминания о вчерашнем дне вызывали мурашки. «Кто меня за язык дёргал? А? Бежать из Кхмерки… Это же полный бред. Куда? Как? Я ничего не знаю. Но я пообещал. Люра так обрадовалась. Она теперь верит в это…» Одис боялся. Он боялся не справиться, боялся предать, отчаяться. Непреодолимое чувство бросить всё и спрятаться пыталось получить над ним власть. «С другой стороны, если мы успеем за неделю, тогда всё будет хорошо, тогда мы станем свободны, и никто уже не сможет нам указывать, как жить». Одис находил причины для собственной уверенности в затеянном, но даже они не могли его успокоить, так как истинные желания были другими. Одис не хотел никуда бежать, он хотел остаться здесь и быть вождём. Он хотел не бродяжничества с любимой, а власти, сделающей его свободным.
Одис уже был у дома Факея, но, когда он постучался, никто не открыл ему. Тогда Одис толкнул дверь. Она оказалась открытой, и сын вождя вошёл. После быстрого осмотра комнат Одис обнаружил, что Факей спал в зале. Одису пришлось приложить много сил, чтобы разбудить его. Он бил его по щекам, кричал, толкал, пнул пару раз. Наконец, Факей проснулся. Он громко зевнул и оглянулся. Увидел Одиса.
– Ты чего здесь трёшься? – как-то раздражённо спросил Факей.
– Доброе утро, соня. Мне нужно кое-что тебе сказать. Кое-что очень важное.
– Аааа. Поэтому ты вломился в мой дом? – саркастично спрашивал охотник. – Утро, кстати, не самое доброе, но да ладно. Говори, я слушаю.
– Помнишь, ты предложил бежать?
– Ну. Помню, – неохотно отвечал Факей из-за того, что он отчётливо помнил, как это предложение высмеяли.
– Да, прости… Я с Люрой подумал и… Мы согласны.
Факей тут же растворился в улыбке. Сон и раздражение смыло так, будто бы их и не было.
– Мой друг! Так с этого и надо было начинать. Хорошо, что ты передумал, а то мне не хватает пары рук. Отличная новость. Надо выпить за это.