Один
Шрифт:
Одис же ничего этого не замечал. Он влюблялся в Клару и ничего не мог поделать с собой. Хотя нельзя сказать, что он был совершенным негодяем. Были мгновения трезвости, когда Одис осознавал своё предательство. В такие моменты он сильно винил себя. Но стоило ему оказаться в объятьях Клары, как он понимал, что вся власть над ним была у неё. Одис забывал обо всём на свете вместе с ней. Ему было хорошо с колдуньей.
Для Клары же эти дни стали светом в её жизни. Она полностью и без остатка отдала всю свою любовь тому, кого считала своим спасителем из лап отца. Клара была штормовым морем без Одиса, где царил хаос, гром, ветер и огромные волны, стремящиеся потопить, но при встрече
Одис и Клара были влюблены, влюблены страстью, но не решались признаться друг другу. Одис, потому что считал это предательством, Клара, потому что боялась нового.
Глава 4. Буря.
«Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя,
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашумит,
То, как путник запоздалый,
К нам в окошко застучит».
– Александр Сергеевич Пушкин.
Одис проснулся от того, что кто-то стучал ему в окно. Он встал с кровати и подошёл к ставням, открыл их. За ними на подоконнике сидел Факей. Он ловко запрыгнул в комнату.
– Тебя никто не видел?
– Обижаешь.
– Хорошо, тогда выкладывай.
– Всё готово. Сегодня валим отсюда. Как только стемнеет, топай вместе с Люрой ко мне домой. Там лодка уже загружена всем необходимым, да ты и сам знаешь. Спустим её на воду, а там дальше вниз по течению, на север, как договаривались. Судьба зовёт нас, Оди. Зовёт, – подмигнул Факей.
«Судьба. Это слово вообще что-то значит? Люди так часто говорят о судьбе, но только лишь за тем, чтобы оправдать свои неудачи. Мол не судьба было. А какова она, судьба? Почему она решает то, как тебе жить? А если этот побег не судьба? Если судьба – это Клара?»
– Отлично, тогда жди нас, – ответил Одис.
Факей кивнул и ускакал, выпорхнув в окно. Одис сел на кровать и задумался. Он всё ещё не мог поверить в то, что ему придётся покинуть дом и семью. Неизвестность пугала его. Да и в общем-то Одис уже не сильно и хотел куда-то бежать. Здесь он станет вождём, у него будет прекрасная жена, здесь он всё знает, здесь ему хорошо. А там? Ради чего он хочет оставить комфорт? Ради любви девушки, которую, быть может, уже не любит. Нужно ли это ему на самом деле?
Тяжёлые мысли омрачали существование. Но Одис, как всегда, бежал в рощу Альбус, чтобы в последний раз встретиться с той, кто очень быстро захватил его, с той, кто делал его жизнь легче. Когда он пришёл, она уже была там. Все тяжести и мысли тут же испарились из головы Одиса, он забыл всё, что отвлекало его. Теперь для него было только здесь, и только с ней. Клара, увидев Одиса, радостно вскочила и, подбежав, обняла его.
– Оди, ты пришёл!
– Конечно, куда мне деться.
– Ты помнишь? Сегодня последний день наших встреч.
– Помню. Ты уже решила, что скажешь?
– Да, решила. И уже давно. Я скажу «да». Ты этому рад?
– Очень.
Одис был, правда, рад этим словам. Обладание такой девушкой не могло не дурманить собственное самолюбие.
– Оди.
– Да, я слушаю.
– Давай сегодня сбежим из рощи? Погуляем по просторам этих земель… Я никогда не бывала на свободе… Никогда не
– Но там же стражники, – отнекивался Одис.
– Неужели ты боишься?
– Я? Нет.
– Ха, а мне кажется да. Трус.
– Ладно. Хочешь погулять?
– Да хочу. Хочу летать свободно, как ласточка.
– Тогда истолкуй мой кошмар, как и обещала.
– Истолкую, как только выйдем отсюда. Так что всё в твоих интересах.
– Правда истолкуешь?
– Правда, – передразнила Клара.
Одис засмеялся. Его веселила перепалка с Кларой. Но ещё он надеялся разделаться с кошмаром.
– Хорошо, тогда пошли.
Одис и Клара встали и тихо приблизились к выходу из рощи. Стража стояла к ним спиной. Их было всего двое. Наследник вождя и колдунья осторожно подкрались к ним и неожиданно с силой толкнули их, тут же побежали что есть мочи. Ветер дул в лицо, сердце бешено колотилось, адреналин придавал сил. Кровь стала горячей. Дух азарта и веселья наполнял души влюблённых. Слова «Стой!» становились всё тише и тише, пока не исчезли вовсе. Когда Одис и Клара оторвались, они остановились, переводя дыхание.
– Ну… Вхвхв. Всё. Толкуй… Фффф…. Теперь.
– Погоди… Фуф. Глупый.
Несколько минут они дышали, склоняясь к земле. Наконец, восстановив дыхание, Клара сказала:
– Сначала надо найти тихое место. Я не могу проводить ритуал вот так.
– Ритуал?
– Да, боги покажут тебе значение, а я стану их проводником.
– Хорошо. Я помню, что где-то там должен быть грот с небольшим водопадом, – Одис указывал на юго-восток вверх по течению Мирянки.
– Пошли тогда.
И Одис с Кларой зашагали вдоль Мирянки. Клара всему удивлялась, она была очень рада прогулке. Столько нового и красивого она никогда не встречала. Ещё и вместе с тем, кого она безумно любила. Влюблённые шли и не замечали ни течения времени, ни перемены погоды. А было и то, и другое. Время перешагнуло за полдень, сгущались тучи, предвещая грядущую бурю.
***
Ог сидел в зале своего дома, читая свои тёмные книги. Но сегодня он почему-то не мог сконцентрироваться на том, что читал. Его мысли были сумбурны. Он был так близок к тому, чтобы стать родственником вождя, что не мог думать ни о чём другом. Ог надеялся, что Клара и Одис сделают всё так, как он того хочет. Он даже был уверен в том, что всё будет хорошо. Но какая-то необъяснимая тревога сегодня с самого утра щекотала его чувства.
Вдруг всё потемнело. Ог перестал видеть. Книга и кресло испарились. Он стоял один, во мраке, судорожно пытаясь разглядеть хоть что-то. «Что, чёрт возьми, происходит? Где я?» В дали зажглись два маленьких алых огонька. Ог остановился на них. Они стали приближаться, увеличиваясь в размерах. Раздалось странное чавканье, скрежет камней. Два огонька были глазами какого-то монстра. Красный свет освещал страшное лицо, напоминающее лицо мальчика, клыки, тело, покрытое чёрной шерстью и когти. Ог упал на землю, склоня голову.
– Пул Кра, мой повелитель!
– Подними-ис-сь, Ог, – скрипуче прорычал монстр. Он протягивал слова, словно ему было тяжело выговаривать каждую букву.
– Слушаюсь, мой повелитель.
– У меня для тебя но-ов-вости-и.
– Какие, мой повелитель?
– Печа-альные-е… Твоя до-очь. Ей нанесено огро-омное оскорбление.
– Какое, мой повелитель? – чуть взвизгнул Ог.
– С-сын Сигора нар-рушил пор-рядок. Он с-спуталс-ся-я с дочерью Мир-рони-и. А тепер-рь заключает завет с тобо-ой. Он ос-сквер-рняет твой-й р-род и бого-ов.