Одиссея Северцева
Шрифт:
Северцев разогнулся.
– Все может быть. Группа численностью в пять человек, вполне мобильная охранная упаковка. Боюсь, не одна. Ты с ними воевал?
– Похоже, с ними. Вертолет еще прилетал, но не военный, новый «девяностый».
– Крутые ребята, если у них такое снабжение.
Издалека донесся тихий стук.
Эльбай метнулся к скале, белкой взлетел на ее вершину.
– Ай, мухун кляты, летит!
Стук превратился в звук вертолетного двигателя.
– Дождались, – скривил губы Храбров. – И прятаться-то негде.
– Приготовься.
Над горами показался быстро увеличивающийся овальчик, превратился в зализанный силуэт винтокрылой машины. Это и в самом деле был новый «Ка-90», способный летать со скоростью самолета. Пузо у него было синее, под цвет неба. Он сделал круг над застывшими путешественниками, завис над камнями, выдувая винтами струи пыли. В боку его раздвинулась дверца.
– Ложись! – крикнул Северцев.
Эльбай юркнул под защиту огромного валуна, Дмитрий упал под крупноблочную кладку, Северцев – в другую сторону, к скале.
Очередь из крупнокалиберного пулемета зигзагом легла по площадке между скалами и обрывом, выбивая из камней облачка пыли и мелких осколков.
Северцев выстрелил из карабина.
Новая очередь вспорола скалу, штампуя в ней крупные вмятины.
Открыл огонь Дмитрий. Эльбай присел под глыбой и не высовывался.
Вертолет завалился набок, пошел кругом.
Кто-то дико закричал: пули изрешетили того, кто, очевидно, прятался за кладкой на обрыве.
Дмитрий вдруг прыгнул из-за камня, мячиком прокатился по шероховатой неровной плите, схватил ПЗРК.
Северцев снова начал стрелять по вертолету, чтобы отвлечь стрелка.
Шаркнула струя огня и дыма, ракета понеслась к вертолету.
Там увидели угрозу, но отвернуть тяжелую машину в сторону было уже невозможно, слишком близко она находилась.
Раздался взрыв, за ним второй, гораздо мощней: взорвались бензобаки вертолета. Во все стороны полетели куски обшивки, струи дыма и огня, отдельные детали: лопасти, переборки, куски металла, иллюминаторные рамы.
Воздушная волна сбила с ног Эльбая, но, к счастью, осколки вертолета его миновали. Град обломков прекратился, на месте красивой летающей машины осталось лишь оседающее и расползающееся облако дыма.
– Сильно взрывасса, однако, – ломким голоском проговорил Эльбай, поднимаясь. Лицо у него посерело.
Дмитрий отбросил трубу ПЗРК, оскалился, посмотрел на Северцева.
– Иначе он нас всех…
Северцев подошел к нему, похлопал по плечу.
– Не мы начали первыми. Предлагаю спуститься и посмотреть на Маяк вблизи, пока представился случай.
– А если их больше?
– Пусть сунутся.
Храбров снял берет, ударил в него кулаком, нахлобучил снова.
– Логично.
Северцев повернулся к проводнику:
– Идешь с нами? Или здесь подождешь?
– Луссе с вами, – покачал головой Эльбай, впечатленный финалом сражения путешественников с вертолетом.
– А мухунов всяких,
– Боися, однако. Однако луссе вы, аваха нет.
Дмитрий засмеялся.
– Как говорят англичане: better devil me know, then the devil unknown.
– Черт знакомый лучше черта неизвестного, – улыбнулся и Северцев. – Надо спешить. Если Маяк охраняют и другие отряды наподобие этого, скоро они будут здесь.
– Ты прав. – Дмитрий подобрал ПЗРК. – Возьмем на всякий случай, мало ли кого встретим. Захватите пару ракет.
Эльбай неохотно снял крышку ящика.
Тень накрыла площадку на мгновение.
Северцев поднял голову.
Над долиной низко кружил орлан-белохвост, внимательно вглядываясь в скалы янтарно-светящимися глазами.
5
Два часа они обходили гору, а точнее – пятигранную пирамиду, нижние откосы которой заплыли каменными осыпями и землей. Высота ее достигала не менее трех сотен метров, а ширина граней в основании – около полукилометра. Шли в надежде, что удастся найти более или менее удобный подъем, чтобы подобраться к дырам у самой вершины пирамиды. Остановились у расщелины, расколовшей земляные наносы.
– И шли они, солнцем палимы, – сказал Дмитрий, вытирая пот с шеи, достал флягу, постучал по ней пальцем. – Ешкин кот, пустая.
Северцев протянул ему свою.
– Что предлагаешь делать?
Храбров сделал глоток, хотел что-то сказать, но сверху в долину вдруг проскользнул звук – далекое стаккато вертолетных лопастей, и все трое превратились в слух, взявшись за оружие.
Звук пропал.
– Похоже, они высаживают очередной десант, – сказал Северцев.
– Кто – они?
– «Хранители пирамид».
– Присядем, ноги гудят.
Дмитрий нашел камень, сел, вытянув ноги, потом лег, раскинув руки и задрав ноги на камень.
Северцев сел рядом, прислонился спиной к холодному боку скалы.
Эльбай потоптался рядом, но садиться не стал.
– Ити смотрет.
Оба проводили его глазами.
– Подозрительный он какой-то, – сказал Дмитрий негромко. – Тебе не кажется? Чего-то боится, а все равно идет с нами.
– Духов боится, Хозяев Нижнего мира.
– Ты говорил о каких-то «хранителях пирамид».
Северцев отобрал у него флягу, отпил, завинтил крышку.
Температура воздуха в долине держалась около двенадцати градусов, но, во-первых, здесь было тихо, ветры долину не продували, а во-вторых, путешественники все время двигались, и им было жарко. В-третьих, вокруг Маяка сложилась странная возбуждающая атмосфера, поддерживающая их в напряжении. Что-то двигалось внутри горы, невидимое глазу, но ощущаемое как бесплотный вихрь турбины, и ни о чем другом думать не хотелось.
– Встретил я тут недавно, – начал Северцев нехотя, потом все-таки поведал собеседнику историю своего похода в Убсу-Нурскую котловину.