Одолжение себе
Шрифт:
Сейчас она уже и сама поняла это. Неприятный холодок скользнул где-то в районе затылка и торопливо побежал по спине. Смесь недоумения и тревоги окатила ее холодноватой волной. В висках опять застучало, а непослушная рука как парализованная застыла где-то на полпути к выключателю. Следующий вопрос, который автоматически сорвался с губ, был вполне логичным для данной ситуации:
– Тогда кто? – в ее интонации не было, пожалуй, ничего, кроме усталости и раздражения. – И что здесь делаете?!
Голос, явно смягченный улыбкой на губах, ответил ей с еще более знакомой интонацией:
– Рада
«Где-то здесь за шкафом у меня стоит бейсбольная бита – подарок старого друга «отбиваться от поклонников», – быстро подумала она, но произнесла:
– Видимо, нужно включить свет и тогда все само собой разъяснится! – и снова попыталась нащупать выключатель.
– Мысль, конечно, хорошая, но делать этого не нужно! Правда! – прозвучал все тот же голос из темноты, и его такая знакомая интонация, как ей показалось, была не менее дружеской и миролюбивой. – Не волнуйся, пожалуйста, иди сюда, присядь в кресло. Надо поговорить! – доброжелательно и в то же время требовательно произнес этот знакомый голос.
– По-го-во-рить?! – возмущенно выдавила она с нажимом и, повысив голос. – Да, поговорить – это то, что мне нужно сейчас больше всего! – с явным сарказмом заметила она, пытаясь, все же, определить принадлежность голоса и место нахождения выключателя на стене.
Этот в целом весьма приятный женский голос определенно не принадлежал ни одной из ее подруг или знакомых, в этом она была совершенно уверена. «Тогда, кто это?!» – спрашивала она себя и не находила ответа.
В следующей волне накативших на нее эмоций доминировал, скорее, праведный гнев: «Кто же эта особа, явившаяся без приглашения, проникшая в ее дом неизвестно каким способом, и к тому же испытывающая ее терпение, да еще и в полной темноте!?» – мысли промчались одна за другой.
– Понимаю, не лучшее время для разговоров …– спокойно и даже с сочувствием в голосе ответила незваная гостья.
В эту минуту больше всего удивляло другое – ее собственная реакция на данную ситуацию. Она вовсе не была напугана, не ощущала ни малейшей опасности или угрозы. В таких знакомых интонациях голоса незваной гостьи доминировало дружеское расположение, а тональность была ласковой и несколько извиняющейся.
Поэтому, вероятно, ее рука еще несколько секунд назад безрезультатно нащупывавшая на стене выключатель, теперь уже вполне послушно расстегивала молнию на сапоге, а другая продолжала раскручивать намотанный на шею шарф.
– Ну, хорошо, – уже, практически примирительно, с глубоким вздохом сказала она, – поговорим… и в темноте, если вам так удобнее?!
Приятный смех из комнаты зазвучал вновь:
– Поверь, так будет удобнее именно тебе! – с ударением на последнее слово ответила ей гостья из темной комнаты.
– Ну, это уже слишком! – резковато отозвалась она, почему-то снова наталкиваясь мыслью на бейсбольную биту за шкафом.
Тем не менее, она чувствовала, что давали о себе знать не только общая недельная усталость, но и эмоциональное напряжение сегодняшнего «очаровательного вечера», который окончательно выбил ее из колеи.
Желание расслабиться, удобно устроившись в любимом кресле, явно брало верх над сиюминутными импульсивными
– Ладно, как скажете! – несколько раздраженно, но все же спокойно сказала она. – Вам повезло, что зимой вечера такие темные, иначе ваше инкогнито давно было бы раскрыто! – резюмировала она, снимая с себя пальто.
– Ты права! – ответила гостья. – Именно поэтому я и выбрала этот декабрьский вечер! Но… и не только поэтому, конечно! Видишь ли, – и снова зазвучал тихий смех, – извини, видеть ты пока меня, действительно не можешь! – как ей послышалось, гостья при этом довольно хмыкнула. – Но поверь, я для тебя не незнакомка, ты меня прекрасно знаешь! – голос из комнаты немного надломился, – ну, может быть не совсем меня…, в общем, мы с тобой давние знакомые!
– Да, похоже на правду! – ответила она, делая шаг в глубину комнаты по направлению к своему любимому креслу. – Тем более глупо сидеть в темноте, ведь голос ваш абсолютно точно кажется мне знакомым!
– В твоем кресле сижу я, садись в другое! – спокойно скомандовала гостья.
– Спасибо за заботу! – огрызнулась она. – Вы сделали все для того, чтобы мне было максимально комфортно в моем же собственном доме!
– Ну-ну, не сердись… – протянула гостья, – ты всегда была весьма язвительна, я совсем забыла об этом! – сейчас гостья явно улыбалась. – Извини, пожалуйста, но если бы не острая необходимость, поверь, я бы никогда не стала тебя беспокоить! Особенно сегодня!
«Театр абсурда! – подумала она с горечью, заходя в комнату. – Опять сюрпризы, ненавижу их!» – на секунду вернувшись мыслями к сегодняшней встрече в кафе, она постаралась отогнать неприятные воспоминания и спросила:
– Так, вы сами назовете себя или мне еще предстоит поломать над этим голову …в темноте? – подойдя к пустому креслу, она рухнула в него окончательно обессилившая.
– Давай, начнем все же не с моего имени! – предложила гостья.
– Ясно, имени у вас нет, а лицо покрыто особой чешуей, не переносящей искусственный свет?! – произнесла она устало, удобнее устраиваясь в кресле напротив гостьи.
Между ними было около пяти метров комнатного полумрака.
Зрение постепенно адаптировалось к слабому освещению. Этот свет принадлежал окнам соседних домов, он кое-как пробивался сквозь плотные шторы, которые кто-то предусмотрительно задернул, не оставив даже малейшего просвета.
Но она, тем не менее, уже смогла различить в противоположном кресле силуэт женщины с собранными в высокую прическу волосами, изящную руку на подлокотнике, и темную длинную одежду гостьи, спускающуюся до самого пола. Однако, так как та сидела, откинувшись на высокую спинку кресла и спиной к окну, ее лицо было абсолютно неразличимо.
– Если позволишь, все по порядку: кто я есть, и зачем я здесь – вещи настолько тесно взаимосвязанные, что, полагаю, у тебя отпадут всякие вопросы, как только я тебе все объясню!
– Звучит многообещающе! – утомленным голосом на выдохе заметила она. – Но, начнем, все же, с того – кто вы есть?
– Прошу тебя, не злись! – попыталась успокоить ее гостья, – я не отношусь к разряду людей, приходящих без приглашения в пятницу вечером и испытывающих терпение хозяев разгадыванием шарад!