Одолжение себе
Шрифт:
– Да?! …но как?! – спросила она, действительно, искренне недоумевая.
– А ты меня до этого слушала? – уже опять с улыбкой и прежним дружеским тоном спросила гостья. – Я старалась объяснить!
– Да, слушала, вроде … – неуверенно ответила она, подняв глаза на гостью, чтобы еще раз внимательнее ее рассмотреть.
В кресле напротив нее определенно сидела она сама! Только прическа была совсем не в ее стиле – волосы были собраны наверх в какой-то замысловатой формы пучок на затылке. Удивлял и цвет волос гостьи – он был достаточно темным, но с необычным серебристым оттенком.
На гостье была надета совершенно
– Если между нами семьдесят лет, – попыталась продолжить свои выяснение она, – То, тебе …вам девяносто девять! Это же невозможно!
– Невозможна вопиющая закостенелость твоего разума! – откликнулась гостья, вздохнув, – возможно все! Я выгляжу так, как выглядит большинство людей в моем времени и в моем возрасте! – и она опять улыбнулась своей молодой копии не без гордости.
Продолжая рассматривать себя в девяносто девять, она спросила:
– Так, что конкретно я могу для тебя сделать? – и в ее голосе уже не было ни тени иронии, – или для себя…?
– Да, как тебе будет удобнее! – ответила гостья с улыбкой, неопределенно махнув рукой, и в очередной раз расправила складки своей одежды. – Главное, что ты можешь изменить свое будущее!
– Ну, хорошо, – вздохнув, сказала она, – Значит, я могу что-то изменить для себя и тебя – объяснишь как?
– Конечно, ведь я здесь именно за этим! – гостья вдруг опять стала серьезной и деловитой и поспешила все объяснить. – Как я и сказала, сама я ничего менять в прошлом не могу! Но я могу отправить именно тебя в тот самый день, когда ты села в самолет, чтобы лететь в тот самый город …– тут гостья запнулась и посмотрела ей прямо в глаза, в которых опять стояли слезы. – Прошу тебя, не плачь больше, ведь мы все исправим, понимаешь?!
Она встала и приблизилась к своей молодой копии, присела рядом на тот же подлокотник и приобняла ее одной рукой за плечи:
– Ты даже не представляешь, насколько для меня это важно! То, что ты, даже если не до конца и веришь мне, но все же меня слушаешь! – гостья немного отпрянула от нее и добавила, – хотя, дотрагиваться до тебя немного жутковато! – пошутив таким образом, гостья поднялась и снова вернулась в свое кресло.
– Да, уж! – она повела плечами, стараясь справиться с эмоциями, – действительно, немного не по себе!
И, недолго помолчав, добавила: – Хорошо, я согласна, давай попробуем!
Она подняла на гостью глаза, посмотрев на ту настолько уверенно и твердо, насколько только смогла.
– И тебе не нужно время, чтобы подумать? – гостья явно сомневалась в осознанности ее ответа.
– Нет! – решительно ответила она. – Попробуй снова поставить себя на мое место! – и она улыбнулась гостье, – к тебе является твоя точная копия, только чуть постарше и ужасно одетая… – она слегка улыбнулась, – и говорит, что можно исправить то… – она запнулась, но справилась с собой и продолжила, – то, о чем ты жалеешь каждый день своей жизни! – она снова немного помолчала. – Разве, ты бы не согласилась?! – и она посмотрела на себя в девяносто девять твердым, но ласковым взглядом с легкой поволокой слез.
– Значит, я все делаю правильно! – облегченно вздохнула
«Мой жест, точно!» – подумала она, а гостья, при этом, продолжила:
– Та технология, которая позволила мне оказаться сегодня здесь, оправит и тебя в тот самый день полгода назад… Надеюсь, что ты его хорошо помнишь?!
– Такое забудешь! – печально отозвалась она.
Гостья понимающе кивнула.
– Ты опять, скорее всего, сразу окажешься в самолете или сядешь в него, и полетишь в тот самый город. Ну, а дальше … ты сможешь поступить совсем по-другому, – гостья сделала короткую паузу, – сохранишь беременность и начнешь жить по-новому! – теперь гостья заметно повысила голос, и было слышно, что она взволнована.
– Подожди, а что значит – «скорее всего, сразу окажешься в самолете» и как это, прости, «по-новому»? – спросила она с неподдельной тревогой.
– «Скорее всего» – это потому, что мы не можем точно до секунд и минут рассчитать момент твоего появления в прошлом. Здесь все будет зависеть от силы притяжения прошлого и нынешнего энергетического накала твоего эмоционально-психологического состояния. Мы максимально приблизим тебя к тому моменту, когда ты больше всего волновалась и терзалась! – гостья вопросительно посмотрела на нее. – Это ведь было в самолете, пока летела, верно?
– Да…– с горечью согласилась она, – Измучила себя окончательно, хоть из самолета выпрыгивай!
– Ну, прыгать точно не придется, обещаю! – попыталась пошутить гостья и бодро добавила, – А вот то, как ты будешь жить дальше – я не знаю! – гостья пожала плечами и слегка развела руками. – Я и не могу этого знать, потому что, измененная тобою жизнь пока мной не прожита! Прожита лишь та, которая есть… – и гостья немного печально улыбнулась.
– А чем, прости, помимо прочего, так плоха твоя жизнь, что ты так сильно хочешь ее изменить? – как-то автоматически вырвался у нее вопрос, но она тут же поймала себя на мысли, что, пожалуй, боится услышать ответ на него.
– Да, не так уж она и плоха! – быстро ответила гостья и улыбнулась, но грусть сквозила в этой улыбке. – У меня прекрасный муж… был. Хорошие дети, хотя и приемные, отличные внуки и даже правнуки! – гостья улыбнулась, но улыбка быстро погасла на ее лице, и она продолжила: – Видишь ли, меня все время мучит осознание того обстоятельства, что я никак не повлияла, прости уж меня за пафос, на ход человеческой истории как женщина, способная дать этому миру еще одну новую жизнь! А вместо этого…– она замолчала, помедлила и добавила, – после сегодняшнего расставания я ведь очень нескоро обрела личное счастье, хотя, при этом, достигла не малых высот в карьере, посвятив ей большую часть своей жизни.
– А-а, так значит, я весьма успешна?! – отреагировала она.
– Да, конечно! Только, – гостья вздохнула, – после этого вечера ты… я надолго перестала верить людям! Когда же по прошествии немалого времени ставший близким мне человек с двумя маленькими детьми предложил мне замужество, я даже не раздумывала! Мне не просто хотелось быть с ним рядом, я всей душой стремилась к этой реальной и счастливой возможности – вырастить детей, которых я сама уже иметь не могла! – и гостья замолчала, опустив взгляд.