Офсайд 3
Шрифт:
– Не говорите, что я рассказала. Наверное, он хочет сам сообщить, – попросила девушка. – Извините. – Она робко улыбнулась. – Я пойду?
– У тебя есть деньги на такси? – рассеянно спрашиваю, не переставая думать о словах Джоан. У нее нет причин лгать, но я не могу поверить… Да, и вообще, за какие заслуги? Мне даже не сообщили. Никто не звонил. Что за черт?
– Да, не беспокойтесь. Увидимся в офисе. Вы выйдете на работу после выходных?
Я поднимаю взгляд на Джоан, не понимая, почему она еще здесь. Та понимает меня без слов, поспешно удаляясь. Я смотрю на спящего Майкла, распластанного среди смятых
Нужно чем-то заняться, пока Купер не оклемался, чтобы не сойти с ума от хаотичных мыслей, взрывающих мозг. Около часа уходит на приборку. Потом я заказываю завтрак на двоих в номер и горячий кофе. Черный-черный. Наслаждаюсь одна, понимаю, что будить Купера пока бессмысленно.
Я располагаюсь в гостиной, в кресле возле окна. Попивая свой кофе, мысленно возвращаюсь к словам Джоан, которые могли стать очередной сплетней. В любом случае, Майкл должен знать правду. Остается только дождаться, когда этот Король Вечеринок очухается. Наблюдаю через окно за пробуждающимся суетливым городом, несмотря на выходной день. Люди бегут, куда-то спешат. Я лениво смотрю. Вопреки утверждению, что кофе должен бодрить, я же, напротив, расслабляюсь и как-то незаметно для самой себя засыпаю.
Просыпаюсь, когда солнце уже в зените и его лучи заливают комнату ярким апельсиновым светом. Я потягиваюсь, прислушиваясь к звукам. Кажется, в ванной шумит вода. Так и есть. Минуту спустя хлопает дверь, раздается шлепанье мокрых ног. Я невольно улыбаюсь, представляя изумление Майкла, когда он меня тут обнаружит.
Купер появляется через пару минут в мятых брюках и расстёгнутой рубашке, его темные волосы завиваются вокруг лица влажными кольцами. Он выглядит бледным, осунувшимся, раздраженным. Я оценивающе смотрю на него. Он не смазлив, не смотря на правильные, аристократические черты лица, красивые скулы и длинные девичьи ресницы. Не кажется женственным, но и брутальным его не назовешь. И хотя я никогда не находила его привлекательным для меня лично, сейчас от него исходил некий ореол магнетизма. Возможно, дело в том, что я видела его голым. Мне становится смешно от собственных мыслей и ситуации в целом. Темно-синие глаза вопросительно скользят по мне. Мик не удивлен.
– Проснулась? – Мальчишеская белоснежная улыбка раздвигает припухшие и пересохшие губы. – Ты, кстати, храпела.
Я киваю в сторону столика.
– Завтрак и таблетка от похмелья, – говорю беспечным тоном.
Мик садится напротив, открывая крышку с тарелки с омлетом. Морщится. Закрывает. Берет стакан с соком и таблетки.
– Сейчас полегчает, – обещаю я. – Кофе заказать?
Мик отрицательно качает головой, залпом выпивая сок и глядя на меня. Капли стекают с его подбородка и падают на мускулистую грудь. Я невольно слежу взглядом за их путешествием по прессу Купера.
– Ты застала Джоан? – спрашивает он, поставив стакан на столик. Я киваю, отводя взгляд от его распахнутой рубашки. – Некрасиво вышло. Если бы я знал, что ты приедешь…
– Ты бы мне не открыл. Я долбилась полчаса, прежде чем разбудила Джоан, – насмешливо улыбаюсь. – Если бы я уходила от проблем таким же образом, чтобы ты сказал мне, Мик?
– Ничего, если бы ты делала это со мной, –
– Я звонила Лайзе, – выдыхаю я. Мик ведет себя странно. Равнодушно ухмыляется, начиная застёгивать пуговицы на рубашке.
– Я понял, иначе бы ты не приехала. Я в порядке. Вчера был… расстроен, но сейчас лучше, – сухо произносит он.
– Если я могу чем-то помочь…
– Я ценю то, что ты приехала и прибрала тут все, но жалеть меня не надо. Мы оба знаем, что я никогда не любил Лайзу. Я думал, сын нас соединит, но если он не мой, то все теряет смысл, так?
– Это вам двоим решать, Мик, что имеет смысл, а что нет. Она все еще любит тебя, но я не думаю, что этого достаточно в вашей ситуации.
– Я разведусь. Лайза хочет развода. У нее есть мужик. Все нормально. Не о чем беспокоится. – Он небрежно пожимает плечами.
– Ты верил, что ребенок твой, любил его. Не нужно притворяться, что твое сердце не разбито, – мягко говорю я. Встаю и приближаюсь к нему. Мик закрывает глаза и отворачивается, когда я кладу ладонь на его плечо. – И если ты любишь мальчика, то, может быть, неважно, кто биологический отец? Я не оправдываю Лайзу, но и ты не был святым.
– Я был худшим из мужей, – кивает он, неожиданно прижимаясь щекой к моему запястью. Я обнимаю его голову, прижимая к своему животу, глажу влажные волосы нежными, успокаивающими движениями.
– Вот видишь. Ты сам все понимаешь. Она злится, ревнует. Но если вы поговорите, захотите наладить отношения…
– Нет, – резко отвечает он. Я чувствую исходящее от него напряжение. – Никогда. Я даже рад, что так вышло. Я действительно полюбил сына, но я переживу… Справлюсь.
– Ты просто еще не остыл.
– Я не хочу ее, понимаешь? Дело не в ребенке и ее измене. – Майкл поднимает голову, глядя на меня. Да, я понимаю его. Тяжело вздыхаю, пропуская влажные пряди между пальцами. – А что насчет тебя? – Его взгляд темнеет. Он выпрямляется, и его ладони ложатся на мою талию. Мне кажется, что это дружеское объятие, и я не пытаюсь освободиться. Но с ним всегда приходится быть на страже.
– Насчет меня? – переспрашиваю я с недоумением.
– Как тебе удалось получить назначение председателя правления компании? – Он подозрительно прищуривает глаза, ладони слишком сильно сжимают мою талию.
– Я ничего об это не знаю, – искренне говорю я. – Как это возможно? За какие заслуги?
– Может, ты спишь с кем-то из руководителей корпорации, а я просто не знаю об этом? – В его глазах я вижу неверие. Да, Купер хорошо изучил меня. Вопрос задан, чтобы позлить, но он сам понимает, как абсурдно звучит его обвинение.
– Ты идиот, Мик. Из руководителей я знаю только Арчи, – отвечаю с раздражением, отталкивая Майкла от себя и возвращаясь в кресло.
– Он – пешка. Исполнительный директор компании. «Боско» является частью корпорации, совет директоров которой и назначает руководителей в дочерних организациях. Арчи, кстати, переводят, а меня ставят на его место. Теперь пешка я, – ухмыляется Мик. – А ты пусть и не королева, но где-то близко.
– С чего ты взял, что это не слухи? Мне бы сообщили, как думаешь? Все вокруг знают, а я нет.