Огненный герцог

Розенберг Джоэл

Торри мгновение поразмыслил.

– Я бы сказал, что всякое случается.

– Как так?

– Может случиться, что Ивар дель Хивал застал врасплох Прекрасную Мэгги и женится еще до наступления утра; а может случиться, что кто-нибудь примет его дружелюбный нрав за слабость и, обливаясь кровью, рухнет на камень рядом со своим мечом. – Торри посмотрел Верниему дель Элерику прямо в глаза. – Вот почему я и сказал, что всякое случается, и лично я желал бы избежать повторения того, что произошло у нас с Данаром дель Региналом. – История – в версии Брандена

дель Брандена – уже разошлась по Городу. – Для него это кончилось хуже, чем для меня, но и мне случившееся радости не доставило.

Торри закрыл глаза, вспоминая тот ужасный момент, когда его меч прошел сквозь защиту Данара дель Регинала и вонзился в тело. Жизнь покинула рухнувшего соперника, не оставив за собой ничего, кроме дурного запаха, быстро развеянного ветром, и груды мяса с костями, которую похоронят вестри.

Да, Дакар дель Регинал пытался убить его, и ему надо бы радоваться, что этот идиот мертв, но радости почему-то не было.

Вернием дель Элерик нарушил молчание, прочистив горло, и по-дружески сжал руку Торри.

– Да, всякое случается, – произнес он; развязность и бравада исчезли, уступив место спокойной искренности, – но следует избегать подобных инцидентов, особенно в такой прекрасный вечер, как сегодня.

Лед разбился; молодые аристократы и их дамы толпились вокруг, ожидая, чтобы их представили. Торри пытался запомнить имена, отдавая себе отчет в том, что многих все равно непременно забудет.

И вдруг перед ним возникло знакомое лицо, только чуть постарше…

– Регинал дель Регинал, – произнес мужчина, отвесив изысканный поклон, словно изо всех сил стараясь не обидеть собеседника, что само по себе было оскорблением. – Ординарий Дома Пламени, старший брат Данара дель Регинала, с которым вам выпало свести знакомство.

Лицо у него побагровело, речь слегка невнятная – не то чтобы набрался, но как следует выпивши. Спутники вцепились ему в руки, но Торри видел перед собой лишь красную потную физиономию из ночного кошмара. На шее у Регинала дель Регинала билась жилка.

Торри почувствовал, как подергивается кожа на голове, и на мгновение ему снова показалось, будто он смотрит на происходящее со стороны.

Не все в мире можно понять, однако тут все было ясно. Определенные силы в Фалиасе принуждали некоторых становиться в очередь, чтобы бросить отцу вызов на поединок до смерти. В конечном итоге кто-то может оказаться лучшим фехтовальщиком, чем отец, – или ему повезет больше, а такого допустить нельзя. Из сложившегося положения необходимо выбраться.

– Короче говоря, – сказал Торри, – ваш брат пытался убить меня, когда мы дрались на дуэли до первой крови, и сам напоролся на мой меч. Звучит глупо, но…

– В хлеву, где ты родился и вырос, подонок, принято поносить мертвецов?

– …но я думаю, вашего брата принудили бросить мне вызов, – спокойно продолжал Торри. – Я не собирался оскорблять ни его память, ни его родственников, однако я не потерплю оскорблений в адрес моей собственной семьи. У вас в Фалиасе принято

прерывать собеседника на полуслове, Регинал дель Регинал? Или все же дадите человеку договорить, прежде чем решить, хотел он вас оскорбить или нет? – Торри развел руками и возвысил голос. – Было ли нанесено оскорбление? Кто тут старший? Кто вынесет решение?

Отец и Ивар дель Хивал, за которыми поспешала мать, протискивались к нему сквозь толпу, которая быстро собралась вокруг. Мэгги стояла с открытым ртом.

Вернием дель Элерик помрачнел лицом в точности как Бранден дель Бранден.

– Я ординарий Дома и принадлежу к древнему роду. И я объявляю себя старшим, если только никто не желает взять на себя эту обязанность.

Вся площадь смолкла, тишину нарушал лишь шелест листьев.

Вернием дель Элерик вздохнул.

– Быть по сему. Я постановляю, что оскорбление имело место. Ваши условия, Ториан дель Ториан?

– Здесь, сейчас же. До первой крови, – произнес Торри.

Услышав его слова, толпа отхлынула от противников. Ивар дель Хивал увлек Мэгги прочь, и едва ли не через мгновение Торри, Вернием дель Элерик и Регинал дель Регинал стояли посреди неровного круга метров пяти в диаметре.

– Секунданты? Судья? – спокойно спросил Вернием дель Элерик. – Кого вы хотите?

– Судьей будете вы, а секундантов нам не надо.

– Ты сказал, – произнес Регинал дель Регинал, отбрасывая в сторону накидку. – Так тому и быть.

Меч его уже покинул ножны. Приличия требовали, чтобы он обождал, пока противник изготовится к бою, но ловушка, в которую Торри поймал Регинала дель Регинала, привела здоровяка в ярость.

Чертов идиот.

Торри швырнул свою накидку по направлению к противнику, обнажая меч. К тому времени как Регинал дель Регинал опустился в выпад, который бы сделал честь и трезвому человеку, Торри уже ушел в сторону, вскинул свой клинок, чтобы парировать атаку на верхнем уровне, и обездвижил клинок противника, схватившись с ним в ближнем бою.

Быстрый поворот, толчок, и Торри резко повернул запястье и руку по широкой дуге.

Меч Регинала дель Регинала полетел на камень, и тут Торри оттолкнул противника и нанес удар.

– Стоп! – крикнул он. – Я нанес рану и одержал победу.

– Если хочешь – вперед! – воскликнул Регинал дель Регинал. – Раз ты, деревенщина, не дашь мне поднять оружие.

Он глумливо усмехнулся и широко развел руки, подставляя грудь.

– Ну же, коли, трусливая свинья!

Торри постарался, чтобы его голос звучал спокойно.

– Я сказал, что уже ранил вас. А не что только собираюсь это сделать. Посмотрите-ка на свою правую руку – вы ранены, и ваша кровь на острие моего меча, Регинал дель Регинал. – Торри достал из кармана носовой платок и протер им клинок, не спуская глаз с противника. – Я мог бы обагрить мой меч вашей кровью от рукояти до острия, но я не убиваю просто так. – Он фыркнул. – Радуйтесь, что вы бились со мной до первой крови, а не с моим отцом до смерти.

Торри вскинул свой меч и возвысил голос: