Огненный колосс
Шрифт:
— Привет, я сейчас занят. Жди, сам свяжусь с тобой в ближайшее время!
Связь отключилась.
Палач бросил прибор спутниковой связи и автомат на стол, снял пояс с резными ножнами и кинжалом внутри них, маску оставил на лице, хоть и было в лагере темно, вышел из палатки, позвал помощника:
— Доулет, проследи за связью, если поступит сигнал от Адмирала, я у водопада. Позовешь!
Палач прошел к небольшому пенящемуся водоему, встал под холодные струи падающего с гор потока. Вода освежила его. Мурза стоял под упругими струями, пока не замерз. Бегом вернулся в палатку,
— Доулет! Проверь посты охранения и второй джип. Затем свяжись с Ачмизом, узнай, как у него дела. Потом возвращайся!
— Понял, командир!
Палач упал на постель. Расслабился. Интересно, что принесет ему разговор с Москвой? На что намекал генерал, говоря о скорой встрече в Подмосковье?
Мурза задремал.
Дребезжащий сигнал аппарата спутниковой связи не дал ему окончательно заснуть.
— Да? — ответил Палач.
— Чабан! Это Адмирал! Докладывай, как у тебя дела?
— Все по плану, Адмирал! Провел казнь пленных солдат в Устуме, увел в горы мужское население. Вывел спецназ гяуров на палаточный лагерь у скалы. Они быстро разберутся, куда ушел мой отряд, и, отдохнув, пойдут следом. Я нахожусь на резервной базе у водопада. Здесь и устрою русакам встречу после подхода ко мне основных сил, которые ведет Ачмиз. Спецназ пойдет по его следу!
Адмирал выслушал Палача, предупредил:
— Хорошо! Чувствую, ты в состоянии переиграть спецназ и на этот раз, но предстоящий бой должен выиграть противник!
— Что? — в крайнем удивлении переспросил Мурза Баркаев. — Мы должны проиграть бой?
Голос Адмирала был тверд! Видимо, такой вариант развития событий был хорошо продуман в Москве и имел далеко идущие планы. О чем Палачу еще предстояло узнать.
— Да, Чабан! На этот раз спецназ окажется сильнее тебя. Отбери десяток самых лучших людей, которых держишь при себе, и сейчас же отправь их в сектор Д-4-2. Но это еще не все! Выбери из свежего пополнения человека, внешне похожего на тебя, убей его, но так, чтобы это выглядело гибелью в бою. Снимай маску, надевай на труп. Палач в этом бою должен погибнуть. Он прекращает свое существование. После этого отходи с Доулетом и тройкой телохранителей в тот же сектор Д-4-2. Отход начинаешь, как только спецназ пойдет на штурм. В заданном секторе тебя встретит человек со шрамом на лице. Он русский. Это мой представитель, представится, как Койот. Охрану джипа придется убрать, они не должны видеть тебя в лицо, но это не твоя забота! Для Койота ты — Чабан! Он доведет до тебя план дальнейших действий.
Мурза на секунду задумался, спросил:
— А Ачмиз с отрядом? Что будет с ними?
— Ты сам не догадываешься? Требуются пояснения?
— Отдать братьев на растерзание русским?
— Не тебе мне объяснять, Чабан, какова, как правило, судьба платного наемника. Все! Жду сеанса связи из указанного сектора, после встречи с Койотом. Конец связи!
Палач швырнул прибор на постель, закурил:
— Ну, генерал, ну, сука, что задумал?
Внутри Баркаева все кипело от негодования. Но… приказ выполнять придется! Эти гяуры
Палач вызвал Доулетхана, передал ему свой разговор с Адмиралом. Доулет также был возмущен приказом московского начальника. Но согласился с тем, что, как ни крути, а этот изуверский приказ выполнять придется.
— Тогда вот что, Доулет! Пройдись среди спящих новобранцев, подбери похожего на меня какого-нибудь араба и тащи его сюда. Сам же, по моему сигналу, выйдешь, возьмешь «бизон» — оружие спецназа и отойдешь в рощу. Оттуда, метров с семидесяти, возьмешь на прицел окно палатки. Как в нем появится физиономия в моей маске, бей прямо в лоб. Ты понял меня?
Доулетхан, понимающе кивнув головой, вышел из командирской палатки. Палач сел за походный стол, расстелил карту, нашел сектор Д-4-2. Это было место километрах в трех от выхода из ущелья в долину на селение Хами. Оттуда прямая дорога и в Урус-Мартан. К его незабвенной Эльзе. Может, удастся повидать ее с маленьким Джохаром. У Палача все же родился сын. Как он и хотел! Правда, отец еще ни разу не видел его. Кто знает, может, на этот раз он получит такую желанную возможность?
Даулетхан ввел в палатку стройного наемника. Тот, невыспавшийся, недоуменно, но стоя навытяжку, смотрел на самого Палача.
Палач же встретил наемника радушно. Он подошел к нему, обнял за плечо, повел к столу. Внешне это выглядело проявлением особого благосклонного отношения к подчиненному, но на самом деле Палач сравнивал свой рост с ростом наемника. Они были примерно одинакового роста. Явно просматривалось сходство и в фигурах. Одет наемник был в поношенный, снятый, наверное, с убитого, камуфляж.
Палач спросил:
— Как тебя зовут, брат?
— Фазиль.
— Из Татарстана, что ли? Или башкир?
— Из Иордании.
— Вот как? — удивился Мурза. — А где так хорошо русский язык выучил?
Наемник охотно пояснил:
— Мы, моя семья — татары. Переехали в Иорданию, когда там обосновался старший брат, Марат. А его туда определил сам Ахмад-шах Масуд, к которому добровольно перебежал брат, служа в Афганистане. Марат год был у Масуда, потом тот помог брату перебраться в Иорданию. За хорошую службу. Теперь брат большой человек! Но он говорит, что каждый должен свои деньги зарабатывать сам. Марат и посоветовал мне податься в солдаты удачи, я стреляю метко.
— Понятно, Фазиль! Доулетхан! — обратился Палач к своему помощнику. — Почему брат заслуженного человека, друга самого Ахмад-шаха Масуда одет в какие-то лохмотья? Что у нас, формы новой нет?
Доулет замялся. Он не ожидал подобного вопроса. Но ответил:
— Да нет, просто экипировкой бойцов ведает непосредственный командир боевых групп.
— Плохо, Доулет! Но, ладно, вон в углу, видишь, Фазиль, лежит форма? Это моя личная форма. Она немного в крови, в крови неверных! Примерь ее, брат!