Огненный лед
Шрифт:
Дженкинс вернулся — но это был совсем не тот Роки-Пойнт, из которого он отплыл ранним утром. От пришвартованных у причала лодок осталась лишь груда досок и фибергласса. Те, что поменьше, вышвырнуло аж на Мэйн-стрит. Магазины лишились витрин, словно по улице прошлась толпа вандалов. Вода была мутной от мусора и водорослей, а сернистый запах донного ила смешивался с вонью дохлой рыбы. Мотель пропал, от рыбацкого причала остались только сваи — прочный бетон устоял. Дженкинс увидел, что кто-то машет ему с берега, и направил лодку к одинокой фигуре. Хаус поймал причальные
— Пострадавшие есть? — спросил Дженкинс, окидывая взглядом бухту и город.
— Погиб Джек Шрагер. Кажется, он один. Остальных из отеля вывели.
— Спасибо, что послушался. И прости, я ведь назвал тебя «старым ослом».
Хаус надул щеки.
— А я не хотел тебя слушать… Старый осел и есть!
— Рассказывай, что видел, — велел Дженкинс, которому больше нравилась роль ученого, чем доброго самаритянина.
Полицейский изложил все очень подробно.
— Мы стояли в верхнем конце Хилл-стрит. С моря как будто шла гроза, а потом бухта вдруг опустела — будто из ванной вытащили пробку. Обнажилось дно, но всего на несколько секунд. Потом вода взревела, как реактивный самолет…
— Очень точное сравнение. В открытом море цунами разгоняется до шестисот миль в час.
— Ничего себе.
— К счастью, на прибрежном мелководье оно замедляется, однако энергия волны остается прежней.
— Я представлял это совсем иначе. Думал, будет стена воды футов пятьдесят высотой. А на самом деле больше похоже на ветровой нагон. Три волны шли по нарастающей. Высота — футов тридцать, наверное. Мотель и причал разнесло в щепки, а Мэйн-стрит затопило. — Хаус пожал плечами. — Слушай, Рой, ты профессор, я знаю, но все же как ты сумел так точно предсказать?..
— Я уже видел такое в Новой Гвинее. Мы проводили там исследования, как вдруг от подводного толчка поднялось цунами футов от тридцати до шестидесяти — нас тогда подбросило над водой прямо как сегодня. Людей предупредили, и большинство успело покинуть побережье, однако все равно жертв было больше двух тысяч.
Шеф полиции нервно сглотнул.
— У нас в городке столько не наберется. — Слова друга его озадачили. — Так ты думаешь, это землетрясение? Я думал, они только в Тихом океане бывают.
Дженкинс хмуро уставился куда-то в море.
— Вообще-то ты прав. Уму непостижимо.
— Ладно, ты мне лучше вот что скажи: как я буду объяснять, что эвакуировал мотель из-за заложенной там бомбы?
— Да кого это теперь волнует!
Хаус повернулся спиной к морю. Жители городка опасливо спускались с холма к берегу.
— А ведь и правда. Никого это уже не волнует…
ГЛАВА 2
Эгейское море.
Миниатюрная исследовательская подлодка NR-1 мерно покачивалась на волнах вблизи турецкого побережья, выделяясь пятном рубки, выкрашенной в яркий мандариновый цвет. Вода то и дело захлестывала палубу, и капитан Джо Логан широко расставил ноги, держась за крыло на боку рубки.
Он окинул взглядом все сто сорок пять футов корпуса, узкая черная поверхность которого едва выступала над водой. Убедившись, что все в порядке, капитан снял синюю бейсболку и помахал в сторону
Капитан влез на крышу рубки. При диаметре люка около восьмидесяти сантиметров протиснуться внутрь в спасательном жилете было задачей нетривиальной. Логан провел пальцами по уплотнителю — все нормально. Тогда он задраил люк и спустился на тесный командный пост, все стены и потолок которого были густо усеяны экранами, циферблатами и индикаторами.
Логан обладал ничем не примечательной внешностью и вполне сошел бы за профессора из престижного университета. По профессии инженер-ядерщик, до назначения на NR-1 он командовал несколькими надводными кораблями. Логан был среднего роста и вполне заурядного телосложения, светлая шевелюра его начала понемногу редеть, а под подбородком наметилась складка. Давно ушли в прошлое сухопарые герои, что управляли кораблем по наитию, а-ля Джон Уэйн. Современный флот уже не доверишь ковбою — самонаводящиеся ракеты, системы лазерного наведения и компьютерного управления огнем сделали его слишком сложным и дорогим. Логан славился острым умом и способностью в мгновение ока разбираться в головоломных технических проблемах.
Ему довелось командовать кораблями куда крупнее, однако по сложности электронной «начинки» с NR-1 ни один из них и рядом не стоял. Построенную в 1969 году подлодку постоянно модернизировали. Впрочем, наряду с новейшими технологиями на ней нашлось место и старым, проверенным системам. Толстенный пятисотметровый трос тянулся с палубы корабля поддержки к большому металлическому шару, зажатому специальным металлическим приспособлением на носу субмарины.
Логан скомандовал отдать буксирный трос и обратился к коренастому бородачу лет пятидесяти:
— Добро пожаловать на борт самой маленькой атомной подлодки в мире, доктор Пуласки. Простите, у нас тут толком не повернешься. Защитные экраны занимают много места. Но, согласитесь, лучше уж теснота, чем радиация. С вами ведь провели инструктаж?
Пуласки улыбнулся и ответил с легким акцентом:
— Конечно. Обучили пользоваться гальюном.
— У нас там бывают очереди, так что не стоит налегать на кофе. На борту десять человек команды, а пропускная способность та еще.
— Как я понимаю, вы можете оставаться под водой сутками. Представляю, каково это — проторчать столько на глубине в полмили!
— Признаться, там даже простейшие вещи — принять душ, приготовить еду — превращаются в настоящую мороку, — кивнул Логан. — Впрочем, вам повезло: в этот раз мы ненадолго. — Он глянул на часы. — Сначала погрузимся на сотню футов, проверим системы, а дальше уж, если все в порядке, уйдем на глубину.
Логан, едва не задевая плечами переборки, прошел по узкому коридору в командный пункт и указал на мягкое сиденье за спинками двух стульев:
— Располагайтесь. Обычно там сижу я, но сегодня побуду помощником штурмана. Вы с доктором Пуласки еще не знакомы? — спросил он штурмана. — Прошу любить и жаловать, археолог из Университета Северной Каролины.