Огненный лис
Шрифт:
— Постой, не суетись. Ты чего, все их отсюда на себе перетаскать собрался? Далеко ли?
Павел задумался:
— Тоже верно.
И тут же мысли его снова вернулись в приятное русло:
— Оптом, конечно, подешевле продадим. Но тогда навар сразу! А если попробовать в розницу…
— У тебя деньги есть? Сейчас, с собой?
Занятый подсчетем грядущей прибыли, Ройтман даже не сразу сообразил, о чем речь:
— А зачем? Нам же их на реализацию…
— Грузовик надо нанять? Надо. Мужикам заплатить за погрузку —
— Куда же товар повезем-то? — Спохватился Павел, выгребая из кошелька и карманов наличность.
— Посмотрим… Кажется, у меня в доме подвал пустой. В крайнем случае, придется поискать!
Денег у обоих братьев оказалось значительно меньше, чем надо — даже на один рейс «зила» не хватило бы.
Виктор вздохнул:
— Ладно, иди — лови машину. Попробуй договориться с водилой: может, колесами возьмет? Спроси еще, где тут ларек пивной поблизости. Или разливнуха.
— Зачем?
— Надо с ханыгами местными договориться, они за поллитру на нос все тут перекидают.
— Слушай, а если у Папы Карлы одолжить? Он же все равно сидит там, ждет, — вспомнил Ройтман.
— Достойная мысль, — похвалил Виктор.
Павел замялся:
— Только… Слушай, сходи ты, а? Мне он точно ни копейки не даст.
— Ладно. Схожу.
— Если что — где встречаемся? Здесь?
— Наверное… Или же я у нашего болезненного друга Михаила Исааковича буду в кабинете, документы на колеса оформлять.
— Желаю удачи, — хмыкнул Павел, исчезая за дверью, ведущей во внутренний двор.
Рогов без особого энтузиазама пожал плечами и ещё раз окинул взглядом нежданно-негаданно свалившееся богатство.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Глава 1
На следующий день после вывоза автопокрышек, телевидение обьявило россиянам об очередном постановлении Правительства.
Виктор как раз ужинал и поначалу даже не очень вслушивался в слова диктора:
«В целях защиты отечественных производителей… обеспечение безопасности дорожного движения… извлечение преступных доходов от контрабанды и сбыта…»
— Что там опять?
Он все же отставил тарелку и посмотрел на экран. Впрочем, документ оказался не очень длинным:
— Мать их в душу!
Насколько уловил Рогов, с момента опубликования постановления запрещался ввоз в страну бывших в употреблении импортных автопокрышек и запасных частей, а также их реализация населению. Внешнеторговые операции в этой сфере разрешалось производить только юридическим лицам и строго на основании государственных лицензий.
Разумеется, для нарушителей предусматривались административные санкции — от штрафа, налагаемого на граждан, до закрытия предприятий розничной и мелкооптовой торговли.
— Как же это?
Комментарием
Прежде всего народу продемонстрировали леденящие душу видеокадры нескольких дорожных аварий и автокатастроф. Затем очкастый полковник в милицейской форме непонятно, но убедительно обвинил во всех этих бедах никуда не годные импортные колеса: дескать, они вовсе не приспособлены к нашему климату, плохо переносят «некоторые особенности» отечественного дорожного покрытия и вообще — противоречат принятым в стране ГОСТам.
В заключение, для особо непонятливых автолюбителей, дали короткое интервью по поводу соответствующих изменений в правила ежегодного техосмотра.
Когда на экране телевизора замелькали кадры из следующего, политического репортажа, Виктор непроизвольно опустил глаза в пол:
— Так… И что теперь делать?
Внизу, прямо под квартирой Рогова, матово-черными штабелями и шеренгами выстроилось в ожидании покупателей больше полутора сотен побывавших в употреблении заграничных покрышек.
Виктор вспомнил вчерашнюю веселую суету Ройтмана, погрузку-выгрузку дотемна, собственную радость от того, что удалось почти задаром выпросить у тетки из жилконторы ключ от подвала…
Он заскрипел зубами:
— У-у, суки!
И потянулся за телефонной трубкой:
— Алле, Пашка? Извините… А когда вернется? Передайте ему, чтоб сразу мне перезвонил. Это Рогов, Виктор… Рогов! Только обязательно.
… Впрочем, выяснилось, что Павел уже в курсе — первым делом, войдя в квартиру брата, он бросил на стол свежую газету с текстом на первой полосе:
— Ну, что скажешь?
При этом тон у Ройтмана был такой, будто именно Виктор подписывал вчера за премьер-министра злополучное постановление.
— Хреново.
— Это я и так уже понял. Меня сейчас другое интересует…
Вытащив из хозяйской пачки сигарету, Павел прикурил и выпустил дым под потолок:
— Меня сейчас интересует, — ладонь гостя легла на газету, — знал ли про это Папа Карла!
Первой реакцией Рогова было удивление:
— Да ну, ты что?
— Ладно, разберемся… Дай-ка телефон!
Однако, поговорить с приятелем братьям не удалось. В офисе сообщили, что Ян Карлович в командировке и будет только в конце месяца, а дома все время срабатывал автоответчик.
— Может, к Пиккельману на склад заехать?
— Придется… Вот ведь гад, подставил! Он-то уж точно знал про то, что будет запрет на импортную «резину».
— Ты думаешь? Откуда?
— Не знаю! Но такие, как он всегда в курсе.
По дороге к хозяйству Михаила Исааковича, братья вырабатывали тактику и распределение ролей при беседе с бывшим владельцем покрышек. Договорились сначала вежливо побеседовать, а потом уже действовать по обстановке.