Огонек в сердце

В девять часов вечера Лиза поняла, что она больше не может прочитать ни одной строчки из учебника по истории и что вообще на сегодня уже хватит. Встала с кровати, сладко потянулась и направилась в кухню попить чаю. На кухне, почему-то на подоконнике, сидела Лена с вдохновенно-отрешённым лицом. Кто-то другой мог бы предположить, что она думает о любви, о каком-нибудь симпатичном парне, но только не Лиза. Уж она-то свою подружку знала как облупленную. А потому ничуть не удивилась, когда та задумчиво заявила:

– Я думаю, что

драконы существуют.

– Трёхголовые? – улыбнулась Лиза, наливая в чайник воду и ставя чай. – Чай будешь?

– Я в этом совершенно уверена. А знаешь почему? Потому что иначе откуда появилось столько фэнтези? Да просто люди, наконец, поняли, что их мир, знакомый им с детства, не единственный, как хотелось бы думать Дарвину, а вокруг существует великое множество миров. Сначала кого-то первого осенило, как туда заглянуть, потом второго, потом третьего… Да и вообще, почему столько народу с удовольствием читает фэнтези? Потому что мы все знаем о других мирах. На уровне подсознания, конечно. Иногда мы бываем там в наших снах. Или ещё как-нибудь. Они для нас тоже чем-то родные. Отсюда и такой интерес к фэнтези, к эльфам, драконам, рыцарям с замками, и так далее, и тому подобное.

– А мне кажется, что это всё – выдумки писателей. Дети вырастают, а сказки им читать по-прежнему нравится. Вот писатели и выдумали для взрослых мир троллей, эльфов, вампиров, сказочных принцев и принцесс.

– Пусть так. Но только они не просто его выдумали. В смысле, они сначала выдумали его в своей голове, а потом он стал существовать в действительности. Это называется сила мысли. Когда столько людей выдумывает один и тот же мир, он начинает существовать. А потом он уже и сам влияет на людей. Причём не только на его создателей, но и вообще на всех, на всё человечество. Я не удивлюсь, если в один прекрасный день мне в дверь позвонят, я её открою, а на пороге будет стоять рыцарь. Самый настоящий! А внизу, у детской площадки, будет привязан его конь. А в небе при этом – парить дракон.

Лена Давыдова была лучшей подругой Лизы Старковой. Они ходили в один садик, в одну школу, жили на одной улице, в одном доме. И Лиза давно уже знала про все странности Лены. Про её безудержную мечтательность, бесконечные размышления о вечном, об устройстве мира и человека. Иногда ей казалось, что Давыдова бо`льшую часть своей жизни пребывает где-то не в этом мире, а в каких-то других, своих собственных мирах.

Лиза, конечно, тоже постоянно о чём-то мечтала: мечтала выиграть в лотерею миллион долларов, быть представленной королеве Великобритании, встретить своего принца, изобрести вечный двигатель, научиться писать обеими руками одновременно и подняться на гору Фудзияму. Но всё это были, в общем-то, реальные мечты. По крайней мере, гораздо реальнее, чем встречи с рыцарями и драконами.

Давыдова, правда, тоже иногда мечтала о чём-то более приземлённом. Например, больше всего на свете она хотела окончить школу, поступить в университет на факультет иностранных языков, окончить и его и объездить весь мир. Но в её системе мира это было сущей мелочью по сравнению с мечтами о драконах, инопланетянах и вампирах.

– Рыцарь с драконом, говоришь? Главное, чтобы, когда это случится, я оказалась рядом, – Лиза поставила на стол две кружки: свою, яркую, в цветочек, и Ленкину, простую чёрную, и разлила чай. – Потому что это будет называться галлюцинация, и кому-то придётся срочно вызывать тебе психиатра.

– Ты

его тоже увидишь. А потому никого не вызовешь, – невозмутимо откликнулась Лена. – Почему ты не веришь в иные миры? – с этими словами она села за стол и взяла в руки кружку.

– Я верю. Просто я знаю, что будет, если поддерживать все эти твои идеи. Ты профантазируешь всю ночь, а мне потом тебя, сонную, придётся тащить на алгебру. И потом, ты же знаешь, что я фэнтези не люблю. По мне, так гораздо интереснее думать, что если другие миры и существуют, то они не такие…

– А какие? – с энтузиазмом откликнулась Лена.

– Какие?.. – вслух переспросила Лиза и…

И вдруг она поняла, что на этот раз ей вовсе не хочется мечтать об иных мирах. На данный момент её вполне устраивал этот. Он был ей настолько интересен, что даже книжки не тянуло читать. И поговорить ей хотелось совсем о другом.

– Ленка! Чай остынет! – ей пришлось хорошенько пихнуть локтем в бок Давыдову, просто чтобы привлечь её внимание. – Ау! Ты где, дорогой друг?

– Что? – удивлённо уставилась на неё Лена.

– Тебе нравится Вася Рябов? – выдохнула Лиза.

Всё началось стремительно. Лиза и её лучшая подруга Лена Давыдова окончили девятый класс в их родной, знакомой с детства школе в посёлке со смешным для чужих, а для своих – привычным и тоже родным, – названием Пряжа. Когда Лиза была маленькой, посёлок ей казался огромным, настоящим большим городом, с магазинами, с администрацией, правлением совхоза «Маяк» в центре и конторой лесопилки на окраине, с больницей и школой, с общественной баней на улице Пионерская и прудом с утками сразу за ней. Лиза жила в настоящем благоустроенном доме на улице Восьмого марта, в двадцать третьей квартире, во втором подъезде, а Лена Давыдова – в тридцать пятой, в третьем. Дружили девчонки ещё с садика и в первом же классе сразу сели за одну парту. Так и просидели вместе все девять классов. Это была самая настоящая девчоночья «дружба навсегда».

Но к своим пятнадцати годам обе уже понимали, что их посёлок – вовсе не город, а маленькая деревня. Сначала они узнали, что рядом есть настоящий большой – целых триста тысяч жителей! – городище, столица республики, Петрозаводск. А потом – что и он, в масштабах страны, – вовсе не «городище», а просто небольшой городок по сравнению, например, с мегаполисом, столицей страны, Москвой. А кроме Москвы, в мире были ещё и другие огромные города. В общем, больше всего подругам хотелось «посмотреть мир», а для начала – просто выехать куда-нибудь из Пряжи. У Ленки, мечтавшей об этом сильнее Лизы, даже карта мира над кроватью висела, и вечерами подруги рассматривали другие страны и мечтали, куда они поедут путешествовать в первую очередь, а куда – во вторую.

Но, как бы ни хотелось Лизе и Лене выбраться за пределы своей Пряжи, предложение их родителей застало обеих девочек врасплох. Однажды обе мамы собрали дочерей вместе и поставили их перед фактом: школа в посёлке отличная, учителя замечательные, но, чтобы у них были шансы поступить в престижный вуз, этого недостаточно. А потому с первого сентября подружки переезжают в Петрозаводск и идут с букетами астр и гладиолусов учиться в университетский лицей. Оказалось, что Лизины тётя с дядей на два года уезжают работать по контракту в Германию, а свою трёхкомнатную квартиру они готовы предоставить в распоряжение Лизиных родителей. Поэтому проблема с проживанием в Петрозаводске уже решена.