Шрифт:
Владимир Пузий (Аренев)
Охота на героя
/Примечание. Цикл "Летописи Ниса" изначально задуман как несколько романов, весьма относительно связанных между собой. Из-за большого объема первый роман (авт. название -- "Герой порванных времен") был выпущен в двух книгах: "Отчаяние драконов" и "Охота на героя", объединенных издательством в дилогию "Черный искатель смерти". Соответственно, нумерация глав в "Охоте" была дана, начиная с первой. В этом файле сохранена сквозная нумерация глав и восстановлены курсивы, по техническим причинам "съеденные" во время верстки книжной версии. ВП/.
ГЕРОЙ
(летописи Ниса, книга первая)
(Издано "Армада& Издательство Альфа-книга" (Москва) в 2000 г. под названием "ОХОТА НА ГЕРОЯ" в серии "Фантастический боевик")
ОТ АВТОРА
Я предвижу многочисленные упреки, в первую очередь от профессиональных палеонтологов, в том, что я чересчур вольно обошелся с современными представлениями ученых о палеозойской эре. В частности, "протащил" туда цветковые растения, одомашненных млекопитающих (коров), а в довершение к этому добавил щедрой горстью существ и вовсе мифических: мантикор, кентавров и пр. Кроме того, некоторые животные (динихтис, меганевра, палеодиктиоптер и так далее) совсем не похожи на свои реальные прообразы. Например, та же меганевра - самая большая стрекоза - тем не менее имела в размахе крыльев всего один метр, так что летать на ней ни один взрослый человек не смог бы! Объяснюсь: по сути, я использовал только названия, а размеры и - отчасти поведение животных трансформировал, не отступая при этом от общебиологических законов. То есть меганевра, какой бы большой она ни была, не кормит детенышей молоком, в личиночной стадии живет в воде и питается живыми существами. И так далее.
Одним из вольных допущений было и то, что в коконе гигантских подгорных пауков находится только одно яйцо. Надеюсь, что читатель извинит меня за это (равно как и за другие подобные вольности) и не станет требовать многостраничных описаний механизма экосистемы Ниса - то, что автору показалось необходимым непосредственно для сюжета и правдоподобия, он упомянул, остальное же - предлагается домыслить самому читателю.
* Часть третья. ПЕСЧИНКА В ГЛАЗУ *
И некоторым людям нужен герой,
И если я стану им - это моя вина!
Борис Гребенщиков
ПРОЛОГ
МЭРКОМ БУРИНСКИЙ
1
– У тебя сапоги мокрые. И куртка в грязи.
– Сперва нужно поздороваться, - ворчливо произнес я, поворачиваясь к гостю.
Парайезавр за моей спиной шумно вздохнул, переступил с лапы на лапу и принялся за ближайшую ветку - Гун вечно строит из себя голодного.
– Доброе утро. Но сапоги у тебя все равно мокрые, учитель. И куртка...
– А в Кругах всегда туманно, да и росы полным-полно. Чему ты удивляешься, Элаторх?
Позади что-то надсадно хрустнуло, и Гун удовлетворенно зачавкал. Небось молоденькое деревце сломал, обормотище.
– Сам не знаю.
– Наследный принц пожал плечами.
– Не привык видеть тебя где-либо еще, только в твоей башне.
Я сокрушенно покачал головой:
– Стереотипы! Ученый обязательно должен сидеть в высоченной башне из черного камня, быть рассеянным и добродушным, носить остроконечную шляпу с вышитыми на ней формулами и... что там еще, а? Ну, формулы я, положим, могу допустить: удобно - если какую-то забыл, снимаешь шляпу и смотришь. Но остальное!
Элаторх улыбнулся:
–
– Далась тебе моя грязная куртка! В конце концов, сегодня я не на работе. У меня выходной день - я обычный эльф, - (наследный принц в этом месте дерзко хмыкнул), - который имеет полное право ходить в чем хочет, где хочет и когда хочет. Посему рекомендую: уймись и давай поговорим о чем-нибудь другом.
– Например, о Кругах?..
– осторожно предложил он.
– Или - о том, для чего ты позвал меня сюда.
"Что, в сущности, одно и то же", - мысленно закончил я.
Гун тоскливо рыгнул и попытался тихонько отойти подальше - для ящера его размеров и телосложения задача почти невыполнимая.
– Помоги-ка лучше справиться с этим красавцем, - велел я Элаторху.
– А то повыломает всю рощу - где мне потом пачкать куртки и мочить сапоги?
Наследный принц с удовольствием согласился, и вдвоем мы вернули парайезавра на дорогу.
– Поедем или пройдемся пешком?
– Пешком, наверное, - пожал плечами Элаторх.
– Я с удовольствием прогуляюсь, а ты...
– Молчи!
– велел я ему со всей возможной строгостью.
– Ни слова о сапогах.
2
– Нет ничего лучше с утра, чем чашечка горячего цаха!
– благодушно заявил Элаторх.
Я внимательно разглядывал этого эльфа, в который раз удивляясь: как только в одном существе могут смешаться столь различные черты характера. С одной стороны - изысканность, утонченность будущего правителя, с другой бесшабашность и веселость души, свойственная скорее бродягам-менестрелям. Элаторх одинаково легко чувствовал себя и на торжественном приеме государственного значения, и в лесу у костра. Странная, чудная многоликость, нам с его отцом непонятная. Впрочем, мы ведь Нерожденные, нам сложно постичь природу собственных детей.
– Ну что, поговорим о делах?
– прервав свои размышления, обратился я к наследному принцу.
– Прости, учитель, но сегодня я, пожалуй, излишне нетерпелив. К сожалению, не могу у тебя долго задерживаться.
– Куда-то торопишься?
Он замялся и, чтобы скрыть это, отхлебнул еще цаха. А я позвонил в колокольчик и велел явившемуся на зов Авилну принести нам еще напитка.
– Значит, торопишься.
– Еще ничего точно не известно, но...
– Ладно, давай я расскажу тебе кое-что (вернее, напомню кое о чем, что ты и так знаешь), а ты тем временем поразмыслишь - и над услышанным, и вообще...
Элаторх согласно кивнул, и я начал свое повествование:
– Начнем с вещей, известных каждому. Наш мир сотворен Создателем, который после этого еще очень долго находился в нем, обучая нас, как здесь жить. Потом он удалился к себе - туда, откуда пришел, - но пообещал непременно вернуться. Случилось это около семисот шестидесяти лет тому назад. Покамест ничего нового для тебя, верно?
– Верно, учитель. Я, признаться, плохо помню, что происходило семьсот шестьдесят лет тому назад, но лицо Создателя до сих пор иногда снится мне. Я был тогда сопливым мальчишкой, но, наверное, это самое удивительное из всего, что мне довелось пережить с тех пор. И все-таки мне кажется, ты хотел поговорить о другом.