Око Баала
Шрифт:
— Впереди чисто, ничего не вижу. Меня не отвлекать, если обстановка изменится я предупрежу.
— Если обстановка изменится, ты будешь орать благим матом, — снова хохотнул веселый водитель, — Отморозки Черного Барта тебе устроят такое веселье…
— Заткнись, Джош, задрал уже всех, — устало сказал лейтенант.
Водитель изобразил, что застегнул рот на молнию и дальше поехали молча.
Вот уже четыре часа я работал в режиме сканера и изрядно устал. Машина тряслась по раздолбанной давно не ремонтированной бетонке, перепаханной гусеницами техники, и подвижками почвы. Ехали мы едва-едва за пятьдесят километров, на расстоянии пятиста
Вдоль дороги на обочинах во множестве лежали остовы машин. Большая часть была брошена лет двадцать назад и уже изрядно занесены песком, но пару раз я видел свежие напоминания, что Оман не любит невнимательных — один раз попался грузовик, лежащий в кювете, все лобовое стекло которого было сплошь в пулевых пробоинах. И буквально в километре от него — выгоревший напрочь американский БТР, который просто спихнули с дороги на обочину, да так и оставили лежать памятником непонятно кому.
— Опять на барханах песок воронками закручивает, — озабоченно сказал Джош, — Ветер поднимается! Скоро будет буря!
Лейтенант мгновенно открыл глаза и от души выругался, потом буркнул себе под нос:
— Шаманят они эти бури что-ли? Солдатик, как там тебя, Рохо? Рохо, смотри в оба, если хочешь жить!
А я и так смотрю в оба! Я бы и в четыре смотрел, да на затылке глаз нету!
Джош вытащил из бардачка и кинул на приборную панель непонятного назначения прибор, включил. Я потребовал разъяснений и солдат объяснил — это был счетчик Гейгера! Из пустыни регулярно приходили бури, несущие радиоактивную пыль из разрушенных ядерными ударами городов. Подхватить лучевую болезнь на Ближнем Востоке было легче легкого! Черт побери, куда я согласился ехать?!
Песчаная буря пришла минут через пятнадцать — налетел порыв ветра, который покачнул тяжелую машину, сыпанул в лобовое стекло песком. Наверху хрипло закашлялся пулеметчик, но свой пост не бросил — уважаю! Видимость начала снижаться — только что перед тобой пустыня просматривалась на пару десятков километров во все стороны, а теперь едва-едва пятьсот метров. Шорох в динамике гарнитуры усилился, и появилось ощущение, что кто-то шепчет мне в ухо слова древнего давно погибшего языка, состоящего из одних шипящих и гласных. Я начал вслушиваться и мне уже начало казаться, что я различаю отдельные слова, когда кто-то бесцеремонно выдернул наушник гарнитуры из уха и мне прилетела крепкая затрещина.
— Никогда не слушай Шорох, не смей вслушиваться, если хочешь остаться в своем уме! — рявкнул водитель, — Ты совсем зеленый что-ли, не знаешь куда попал?!
Я покачал-головой, потирая затылок. Это херня меня загипнотизировала что-ли? Я же должен был следить за обстановкой вокруг, а вместо этого принялся расшифровывать атмосферные помехи! Да ну тебя к черту, Око Баала — у меня и без тебя крыша подтекает!
— Как ты понял? — спросил я у водителя.
— У тебя глаза стали белые как у зомби! — ответил мне Джош, не отрывая взгляда от дороги, — Первый признак, что-то типа транса. Потом люди начинают творить всякую дичь — уходить в пустыню, стреляться, убивать сослуживцев!
— Ну и пиздец! — вырвалось у меня, — Что за хуйня здесь творится?
— Конец
— Разговорчики прекратили! — недовольно буркнул лейтенант, — Рохо, не пизди мне тут — за дорогой следи!
Я спохватился и снова вошел в транс. И сразу же в глаза бросились многочисленные метки работающих электроприборов. Я заорал в голос:
— Дюны на десять часов, пятьсот метров слева от нас там кто-то есть! Дюна на час справа от нас — вижу активность! На дороге в остове легковой машины что-то светится, возможно, мины!
Джош ударил по тормозам так что машина пошла юзом, врубил заднюю скорость и не обращая внимания на жалобный вой трансмиссии погнал вездеход задним ходом. Пулеметчик на крыше открыл огонь по обозначенным мной сопкам, а лейтенант заорал в рацию: «Мы атакованы, противник залег с обеих сторон дороги! На дороге мины! Повторяю, мы атакованы…»
И тут я увидел, как на вершине дюны в двухста метрах справа от нас поднялась фигура человека с трубой на плече и в нас полетела огненная стрела.
— Граната справа! — заорал я изо всех сил.
Джош отреагировал мгновенно — крутнул баранку, и выстрел гранатомета, который должен был прилететь точно в пассажирскую дверь спереди, ударил в колесо вездехода. Взрыв опрокинул бронированную машину, и я полетел, кувыркаясь по салону с мыслью: «В следующий раз надо пристегиваться!» Когда машина кувыркнулась в кювет, я крепко приложился головой об стойку автомобиля и потерял сознание.
В отключке я был недолго — пару минут от силы. Очнувшись, я услышал грохот разгорающегося боя вокруг нас. Вездеход лежал на крыше уткнувшись мордой в песчаный бархан из-под капота доносилось потрескивание и в салон шел дым. Никого кроме меня в машине не было, когда все успели выпрыгнуть, я не помнил. Пробормотав под нос пожелание лейтенанту Грабовски сдохнуть, я на четвереньках ринулся в полуоткрытую дверь водителя. На выходе из машины я ухитрился вляпаться в какое-то белесое говно, измазав руки и колени. Ругаясь на чем свет стоит, я распластался за перевернутым вездеходом со своим бесполезным золотым пистолетом в руке. Полцарства за автомат! Что здесь блядь происходит?! Кто с кем воюет и кто побеждает?
Песчаная буря усилилась и все вокруг застилала пелена несущегося с огромной скоростью песка. Этот песок мгновенно забил все мои физиологические отверстия, смотреть я мог только сквозь пальцы и сильно прищурившись. Грохот выстрелов и взрывов доносился со всех сторон сразу — похоже, что проклятая песчаная буря ни в малейшей степени не мешала чокнутым янки с энтузиазмом стрелять и взрывать друг друга. Да где все?! Что мне блядь делать?! Бежать обратно к колонне? Там только что-то громко взорвалось! Вперед идти — так там засели враги! Куда ни кинь — кругом клин! Ну Грабовски, тебе пиздец!
Выскочившую из песчаной бури фигуру человека с замотанной в какие-то тряпки головой и длинным ножом в руках я заметил в последний момент. Рука отреагировала быстрее сознания — вскинула пистолет, но вражина ловким ударом ножа отбил в сторону пистолет, и пуля напрасно взрыхлила песок возле машины. Тут бы мне и конец, потому что возвратным движением ножа этот демон пустыни уже вознамерился вскрыть мне горло, но тут я вспомнил, что огнестрел не главное мое оружие и убил противника мощным разрядом. Выскочившего вслед за первым гада я уже осознанно прибил разрядом. А в этой каше моя сила поэффективнее огнестрела будет!