Око воды. Том 2
Шрифт:
Он прихватил фонарь и поднялся по ступеням до большой смотровой площадки на краю скалы. Днём отсюда был виден Птичий остров, но сейчас ночь поглотила всё, и лишь где-то внизу, в темноте, шумно вздыхало море у подножья. Это место было идеальным для размышлений. А Магнусу было над чем поразмышлять.
Он провёл ладонью по балюстраде, словно стирая невидимую пыль. Огонь в фонаре чуть подрагивал от движения воздуха, но сегодняшняя ночь была на удивление спокойной и тихой.
То, что предложила ему Ребекка — коварный и очень опасный план по свержению королевы. И, если что-то
То, что Магнус узнал от Зефери Текла, и то, что рассказала Ребекка, теперь странным образом сплеталось в причудливый узор. До того, как убили Крэда, он успел выяснить и рассказать Магнусу о том, как много ашуманских хиттов успело за эти годы попасть Рокну. И не только на королевских кораблях. Патенты на торговлю, которые королева выдавала щедрой рукой, и её дружба с некоторыми прайдами дали ей возможность привозить нужных людей под видом купцов и негоциантов. А затем эти лжекупцы исчезали и растворялись на шумных улицах города. Наёмники — ичу, колдуны-хитты, не говоря уже о том, что разрешения на торговлю привлекли в город массу всякого отребья, которое любило щедрую королеву.
И если раньше Магнус думал, что рано или поздно чужачку отправят в монастырь или и вовсе казнят за колдовство, то лишь спустя какое-то время он понял, как сильно ошибся в этой женщине.
Всего за год, прошедший с момента свадьбы, и до гибели короля Рэндольфа, она успела добиться расположения в двух прайдах и поддержала магистра Торгового союза, который ратовал за расширение морской торговли с Ашуманом. Чуть позже открыла в городе две ночлежки для бедных, где они могли получить по куску хлеба и миске рыбного супа, и одобрила расширение университета, пожертвовав на это какие-то свои драгоценности.
Она вела себя скромно и даже отказалась от ашуманской веры, во всяком случае, напоказ она её нигде не выставляла. Никаких змей, колдовства или ашуманских одежд. Она носила светлые шелка и в тот же год родила королю наследника. Королева была терпеливой и умела ждать.
Восстание Чистой крови захлебнулось и было подавлено королём с особой жестокостью. Кого-то сожгли, кому-то отрубили голову. А затем королева сделала так, что даже имён участников восстания не осталось в летописях. Зато во дворце тут же появились новые фавориты. Семьи, которые раньше не стояли близко к трону, при поддержке новой королевы сразу расправили крылья. Альба, Вальфреды, Борас…
Бедняки славили королеву на улицах, торговцы деликатно молчали на совете, набивая карманы золотом от расширившейся торговли, и даже учёные мужи, получив свою подачку, строили новое здание университета, не кусая руку, которая их кормит. А Старшие дома молчали, помня историю падения Сивертов.
Ашуманка удержалась у власти, став регентом, хотя время тогда было смутное. А теперь она сильна, как никогда. И её единственное слабое место — это наследник. Потому что любому, кто видел принца Роланда, понятно, что он не сможет быть королём. Его совершеннолетие уже скоро. А значит, вот он, край пропасти, к которому
Ребекка права. Они больше не могут сидеть и ждать. Королева шаг за шагом отвоёвывает себе пространство, усиливая свою власть. Ещё немного, и то, что хотел притворить в жизнь король Рэндольф, внеся послабление в Канон, сделает эта клятая ашуманка! И тогда Ордену точно придёт конец.
Магнус положил ладони на балюстраду и глянул вниз, в темноту.
Наверное, стоит рискнуть. И опять же, тут снова Ребекка права, никто не должен заподозрить, что за всем этим стоит Орден. Надо отдать должное его коварной союзнице, сделать всё чужими руками — это хороший план.
Пусть королева думает, что Орден сейчас озабочен лишь борьбой за место магистра. И если они хотят победить, то сейчас эту борьбу нужно изобразить так, чтобы шпионы королевы непременно донесли до Её величества эти вести. Королева должна думать, что ей нечего опасаться, что в банке скорпионов под названием Ирдион все заняты выживанием. Впрочем, можно не сомневаться, что в Ордене у королевы есть шпионы, которые донесут, уж слишком вовремя она узнаёт все новости…
Магнус потёр шрам на щеке, ощущая, как тот будто оживает под пальцами: зудит и мешает, стягивая кожу на лице.
— Магнус…
Голос Рошера вырвал его из раздумий так неожиданно, что даже заставил вздрогнуть.
— Доброй ночи, брат, — Рошер появился из темноты и приложил ладонь к плечу в приветствии.
— Доброй, брат.
Магнус ответил на приветствие сухо и в тот же момент подумал, что ничего доброго в этой ночи нет, судя по тому, как выглядит Страж Севера. От Рошера несло конским потом, а его плащ, кажется, уже давно не попадал в руки хорошей прачки. И хмурое лицо, и глаза, которые он тёр от усталости, всё говорило о том, что он провёл не один день в пути. А значит…
Это был снова дурной знак. Сколько же этих дурных знаков сегодня!
— Вижу ты с плохими вестями, — произнёс Магнус, оглядываясь.
Никого поблизости не было, а смотровая площадка позволяла надеяться, что в этот час здесь уже не окажется соглядатаев.
— С плохими. Если не сказать, с очень плохими, — сокрушённо произнёс Рошер, стягивая перчатки.
Он похлопал перчатками по ладони и начал издалека. А Магнус слушал, не перебивая, и понимал, что Зефери Текла, будь он неладен, оказался всё-таки прав!
Но как же так вышло?!
Рошер рассказал о том, как его люди видели Кэтриону по дороге в Таршан. И не просто видели, она путешествовала в компании ашуманского ичу. Рошер отправил свой отряд проследить за ней, когда она отправилась в Лааре. И они остались ждать её возвращения у границы. Всё же северные территории — вотчина Рошера, и он хотел чем-нибудь помочь. А, когда она возвращалась обратно, люди Рошера встретили её, и хотели сопроводить в Рокну, но их ожидал неприятный сюрприз.
Кэтриона возвращалась не одна. С ней был целый отряд наёмников, переодетых псами, и по повадкам было видно, что это люди из Ашумана. Произошла стычка. Рошеру удалось отбить Кэтриону, но, как оказалось, эти наёмники были для неё вовсе не враги…