Олд мани
Шрифт:
– Ну конечно, наша умница уже засунула свой нос в дела ювелирного дома, – тихо шепнул Марк мне на русском.
Адриан сидел рядом с Адель, но откровенно скучал, оживившись, только когда мы сели напротив. Он задержал взгляд на моем шелковом топе с тонкими бретельками куда дольше, чем следовало. Впрочем, никто, кроме меня, этого не заметил.
Феликс вошел в гостиную последним, и бодрым шагом прошел к своему месту во главе стола.
– Специально задержался, чтобы ждали меня, а не злились на вас, если опоздаете, – тихо сказал он Марку,
Феликс едва уловимо нам подмигнул и вновь стал серьезным, поправляя свои очки в красной оправе.
– Адель, как долетела? – вежливо спросил глава семьи.
– Все хорошо, спасибо! – ослепительно улыбаясь, сказала Адель. – Папа разрешил взять его джет.
– Как поживает старина Анри? – продолжал исполнять роль радушного хозяина Феликс.
– Прекрасно! – ответила Адель. – Вам большой привет от него.
– Он же приедет на торжественный вечер в твою честь? – поинтересовалась Камилла.
Я немного изумилась от того, что Камилла в честь Адель готовила целый вечер. Видимо, ставки гораздо выше, чем я думала. Вместо жгучей ревности я испытала не менее жгучий интерес. Что же такого стоит на кону, если Рошфоры так суетятся?
– Да, обещал прилететь с мамой и братом, – подтвердила Адель, ни капельки не удивившись в отличие от меня.
Весь ужин разговор так или иначе касался персоны Адель. Довольно долго она рассказывала, как прошла ее поездка в Марракеш в качестве модного инфлюэнсера с такими же медийными лицами, как она. Адель подтвердила мое первое впечатление – она действительно время от времени снималась для обложек глянца.
– А в сентябре меня ждал бы целый марафон на неделях моды в Париже и Милане. Меня хотят видеть на всех показах. Просили даже выйти на подиум, но в этом сезоне я отказалась. Сейчас не до этого, – многозначительно подчеркнула Адель, переглядываясь с Камиллой.
Она даже положила руку на ладонь Адриана, чтобы всем за столом уж точно стала ясна истинная причина такого решения.
– Теона, а ты чем занимаешься? – все-таки переключилась Адель на меня. – Расскажи! Так интересно!
– Я пишу книги, – с гордостью ответила я, понимая, что после того, как Марк похвастался этим, нет смысла прятаться, выполняя просьбу Адриана.
– Как увлекательно! – воскликнула Адель. – У меня одна подруга пишет. Уже опубликовала две книги о своих диетах и способах поддерживать здоровое тело. Они разлетелись по всему миру! А ты издаешься?
– Да, конечно, – подтвердила я. – Скоро у меня выходит третья книга в издательстве.
– А в каких странах? – спросила Адель, удивленно приподняв брови.
– Я из России, – ответила я. – Издаюсь только в своей стране.
Адель нахмурила лоб, хотя ярко выраженной мимикой это можно было назвать лишь с натяжкой. Видимо, все-таки балуется омолаживающими процедурами.
За столом повисла неловкая пауза.
Адриан даже не пытался вклиниться в наш диалог, хотя я бы не отказалась, чтобы хоть раз он поддержал меня.
–
– Берут только шлюху в борделе, а права на издание книги принадлежат автору, и он решает, продавать их за рубеж или нет, – довольно грубо вмешался Марк.
Камилла тяжело вздохнула, устало закатывая глаза.
– Маркус, когда ты научишься вести себя прилично? – осуждающе спросила она.
– Когда за этим столом перестанут звучать бестактные вопросы, – парировал Марк.
Я ожидала, что после такого жесткого отпора за столом снова вспыхнет скандал. Но нет…
– Сегодня Лагранж приготовил просто изумительные стейки, – на 180 градусов сменил тему Феликс. – Думаю, после них выпить бутылочку коллекционного вина будет в самый раз. Как вы смотрите на то, чтобы завершить ужин в моем погребе?
– Папа говорил, что у вас в коллекции есть Chateau Lafite 1869, – со знанием дела подхватила Адель. – Это правда?
– Правда, – кивнул Феликс. – Думаю, у нас сегодня особенная встреча и мы просто обязаны попробовать эксклюзив.
Из столовой наш ужин плавно перетек в тот самый винный погреб Феликса, о котором упоминали братья, когда я сюда приехала. Друг за другом мы спустились по винтовой лестнице в прохладный полумрак.
– Bienvenue dans mon paradis 9, – воодушевленно объявил Феликс. – Здесь все по канонам южной Бургундии. Климат, влажность, температурный режим.
Я бы удивилась, если бы в доме Рошфоров оказался простой подвал с полками, но здесь вполне ожидаемо все было на высшем уровне. Настоящий музей виноделия. Витрины с тематическими предметами типа глиняных амфор и стеклянных декантеров, мягкая подсветка, вместо простых столов настоящие дубовые бочки, каменные стены, прохлада… Видимо, для Феликса это не менее сакральное место, как гараж для большинства мужчин.
– Как атмосферно! – искренне похвалила я, рассматривая бутылки, расставленные под особым углом.
– Спасибо, – с нескрываемой гордостью ответил Феликс. – Это одно из моих увлечений – коллекционировать вина. По молодости я чуть было не купил виноградники. Хотел сам заняться производством, но потом Камилла меня образумила. Ограничился покупкой акций одной винодельни.
– Дорогой, просто у тебя не было времени полноценно заниматься еще и виноделием, – прокомментировала Камилла знающим тоном.
За нами в подвал спустилась Софи. Стараясь быть незаметной, она расставила перед нами вазочки с нарезками сыров, затем достала из стеклянного шкафа бокалы. Наблюдая за действиями девушки, я зябко поежилось, что не укрылось от Марка и внимательных глаз Феликса.
– Теона, у нас есть пледы, – отреагировал хозяин дома и окликнул Софи. – Принеси, пожалуйста, плед для Теоны.
– Не нужно, – сказал Марк, снимая льняной пиджак и накидывая его на мои плечи.
– Пусть будет, сын. Вдруг кто-то еще замерзнет, – возразил Феликс. – Софи, неси.