Oldschool
Шрифт:
Благо, никаких проблем с переводом интерфейса не предвиделось.
Чтобы хоть как-то себя занять и не маяться от безделья, я принялся за уборку. Это ценных вещей на корабле не хватало, а всякого мусора было просто завались. Всякие засаленные тряпки, ненужные платы, куски непойми чего... Будто здесь бомжи обитали, а не космические пираты. Годящееся на переработку я стаскивал поближе к производственному отделу, а остальное просто и без затей выкидывал наружу. Ничего страшного, вокруг голая пустыня, местная экология не пострадает. По причине своего полного отсутствия.
Погибших людей, коих нашлось
Время за работой действительно пролетело незаметно, так что последнюю партию бесполезного хлама я выбрасывал уже в сгущающихся сумерках. Бегло взглянул на показатели корабля - всё шло как нельзя лучше. Производственный отдел и один из двигателей уже вернулись в строй, а второму не хватало каких-то десяти процентов до частичной работоспособности. Реактор тоже успел раскочегариться, и выдавал уже четверть от пиковой мощности - вполне достаточно, чтобы покинуть планету и спокойно залататься в ближайшем поясе астероидов.
Вот только облегчённо выдохнуть никак не получалось. Замерев у грузового шлюза, я прислушался к собственным ощущениям. В груди постепенно нагнеталось чувство непонятного напряжения, обычно знаменующее новую порцию неприятностей. Чуйка активировалась, а она запросто так трезвонить не будет. Значит, что-то я упустил из виду, или просто забыл... И это может отправить к чертям все наши планы.
Но что нам может угрожать прямо сейчас? Для монстров ещё рановато, детское время ещё не закончилось, а кишкоглота сейсмограф засёк бы наверняка... Так, стоп, а кто сейчас за ним следит-то?
– Диана!
– крикнул я на бегу, рванув в сторону рубки.
– Ты видишь показания приборов?
– Каких?
– отозвалась запаханная девушка.
– Где?
Я огромным усилием удержался, чтобы не срифмовать.
– В броневике!
– Нет, я же в корабле прописалась. В чём дело?
– А сейсмограф ты переставила, пилот... звездолёта?!
– прорычал я, врываясь в кабину.
Ответом мне было лишь молчание, да мне и так уже всё было ясно. Мы со Змееростком привыкли, что наша бравая пилотка держит руку на пульсе, а та бросила всё к чертям, завидев место за штурвалом корабля. Данные с приборной панели любого транспорта можно легко отслеживать с помощью нейроинтерфейса, но только с того единственного аппарата, где ты числишься водителем или пилотом. Это и называется привязкой. Пересел на что-то другое - потерял связь.
Всё бы хорошо, вот только среди многочисленных приборов на корвете своего сейсмографа не имелось. Не нужен он ему в базовой комплектации, а угонщики вряд ли рассчитывали, что упадут на обитаемую планету, где под землёй ползают такие левиафаны.
Одним прыжком я запрыгнул в кресло, накинул ремни и активировал двигатели. Плевать, что один ещё не пришёл в норму, риск слишком велик. В прошлый раз червяк играючи поднял мёртвый корабль с глубины, и что помешает ему сейчас затащить его обратно?
Тем более звездолёт последнее время активно подаёт признаки жизни. Нет,
Кресло затрясло, перед глазами проплыли системные предупреждения, но главное - корвет всё же сумел приподняться над поверхностью, сбрасывая с себя пласты песка и пыли. Правда, взлетал он как-то кособоко, но это уже мелочи. Теперь даже через обзорный иллюминатор стало видно, что соседние дюны пошли мелкой рябью, и виноват в этом был точно не ветер.
– Кул, там же броневик остался!
– спохватился хакер.
– Забудь про него, - отрубил я.
– Довёз до места, и на том спасибо.
– Может манипулятором его зацепим?
– не желал сдаваться парень.
– Мы и так еле высоту набираем, радуйся, что трюм пустой. Лучше смотрите за движком. Хоть зубами его держите, но он не должен отрубиться!
Недоделанный двигатель периодически сбоил, да и второй чувствовал себя не очень хорошо, поэтому корабль никак не получалось выровнять по горизонтали. Прочность модулей постепенно снижалась от перегрузки, несмотря на то, что ребята в четыре руки старались их непрерывно «отхиливать». Но эти усилия лишь оттягивали неизбежный финал.
Звездолёт очень медленно набирал высоту, будто не хотел покидать место своей последней посадки. Я решил не рисковать, просто отлетев в сторону, ведь было совершенно непонятно, откуда именно высунется кишкоглот. Вверх, только вверх. Лишь когда песок внизу взметнулся вверх оранжевым фонтаном, в дело пошли маневровые дюзы.
Как назло, хозяин пустыни показал свою рогатую голову неподалёку от броневика, наглухо засыпав машину. Имейся у меня в наличии любое корабельное оружие - не удержался бы и дал залп. Но увы, оба оружейных отсека пребывали в глубоком нокауте, да и боезапас как таковой отсутствовал. По крайней мере ракет, точно не было, а вот второй оружейный отсек отвечал за нечто под аббревиатурой ЛФЗ. Ничего подходящего на эти три буквы я вспомнить так и не смог, кроме Ленинградского фарфорового завода. Но вряд ли корвет обстреливал противников чайным сервизом. А лезть в справку совершенно не было времени, потому что червяк не собирался упускать добычу и вытягивался из норы всё выше и выше, вслед за «Буревестником».
При этом свою пасть он распахнул так, что стало видно его ребристый пищевод, в который при желании можно было залететь, не касаясь стенок.
Название гиганта так и не отобразилось, зато без проблем высветился его уровень - тысяча сто первый. Хорошо, что я успел пристегнуться. Это на кого же он охотится с такой-то хлеборезкой? Хотя знать это не особо и хотелось.
– Слушай, а ты когда-нибудь кончишься, нет?
– пробормотал я, увидев на приборной панели отметку в двести метров над уровнем земли.
Гигантскому выползню не хватило совсем немного - десятка-другого метров, чтобы ухватить нас за хвост. Всё-таки в скорости он уступал даже подбитому корвету. Издав гулкий рёв, тварь сомкнула все секции пасти в остроконечный бутон и стала заваливаться вниз, на сжавшуюся в ожидании страшного удара пустыню.
И снова порадоваться не получилось, так как в общий чат группы в это время появилось сообщение от Шандайн:
«Нас атакуют, долго не продержимся. Вы где?».
«Летим», - ответил я, разворачивая непослушный звездолёт в сторону базы.