Олимпиец. Том II
Шрифт:
Вот только, что было плохо для Семена, оказалось идеально для меня. Именно из-за души я не мог воздействовать на живые организмы. И когда этой проблемы не стало…
Я поднырнул под широким ударом набросившейся на меня твари и впечатал ладонь ей в лоб. Голова, а через секунду и все тело рассыпалось в труху. Но этого было мало.
Нужно было что-то посерьезнее. Мне нужно больше силы.
Еще!
Ногой отшвыриваю еще одну тварь в толпу других, так что она с криком проделывает просеку среди остальных. Дальше
Бам!
Мощнейший взрыв расшвыривает трупы в стороны. Разодранные и поломанные. Но несколько десятков других уже занимают их место.
И тогда я активирую Перемотку. Несколько сотен кусков гранаты, которые до этого расшвыряло по всему полу, с дикой скоростью встают на место. Ну и параллельно перемалывая еще тройку тварей.
Я уже использовал этот трюк один раз. Против «белого» из Дома Каэд, когда мы сражались на складе. Но тогда это был одноразовый прием.
Теперь все иначе.
С противным скрежетом осколки снова разлетелись в разные стороны. И снова собрались. И так далее, тем самым создавая непрерывную временную петлю, которая разрывала на части все, что попадало в ее зону.
Но этого все еще было мало.
— Алекс!
Это кричал Рью, который вполне успешно сдерживал лезущих к нему тварей, пусть с каждой секундой ему и становилось все труднее.
Но самурай думал не о себе. Он думал о друге.
Я услышал жалобный рык Семена, которого толпа трупов погребла под собой и теперь резала и кусала со всех сторон. Жесткая шерсть и мощная регенерация спасали парня от смерти, но долго так продолжаться не могло.
Еще!
Черный песок, что до этого просто вихрился у моих ног, взлетает в воздух. Растет в размерах, больше и больше, пока наконец его не становится настолько много, что я на секунду теряю Семена из виду.
Но я все еще знаю, где он.
Гигантские песчаные руки несутся вперед, отшвыривая нападающих в стороны. Сдирая их с бедного медведя, сжимая, душа и ломая на части.
Через пару секунд парень свободен. Он обалдело смотрит на меня своими огромными животными глазами, но я-то знаю, что это еще не конец.
В помещении еще несколько сотен подобных тварей. Может даже больше. И если я хочу выжить… Нет… Если хочу ПОБЕДИТЬ. Хочу ВЫБРАТЬСЯ… Мне нужно больше силы.
Еще!!!
Хлопок в ладоши.
Всего один, но этого хватает. В помещении, где секунду назад стояла какофония из сотен разнообразные звуков, криков и скрежета метала о металл, резко наступила тишина. Лишь изредка нарушаемая шипением раненого Карлика и тяжелым дыханием Семена.
Холод во всем теле становится буквально нестерпимым, а голос в голове из шепота перерастает в крик, по громкости сравнимый с гонгом, но я не останавливаюсь.
Я еще не закончил.
Еще!
Замершие на месте твари оживают и начинают движение. Движение в обратном направлении.
Но твари не долетают до камер, нет. Зависают у балконов, с которых прыгали еще несколько минут назад. Масса из каменных белых статуй, застывших в воздухе. Они не могут пошевелиться, не могут ничего сделать. Не могут думать, размышлять. И потому не знают, что их ожидает.
УНИЧТОЖЕНИЕ.
— Господин! — слышится испуганный голос Рью со второго этажа, но я не обращаю на него внимания.
ЕЩЕ!
Вихрь. Меня окружает натуральный вихрь из черного песка, который все растет и растет в размерах. Наконец он добирается до потолка здания, кружится и шелестит, заглушая голоса Рью и Семена.
И тогда я вздымаю руки вверх.
Песок буквально взорвался, обволакивая застывших тварей со всех сторон. А еще через секунду их не стало. А с ними пропал и песок, испарившейся в воздухе тонкой дымкой.
В голове стучало, из носа шла кровь. Я опустился на одно колено, с трудом преодолевая слабость во всем теле. Все равно от холода, который струился в венах, я почти ничего не чувствовал.
В голове билась всего одна мысль.
«Меч. Мне нужен был меч. Сейчас, пока я еще мог себя контролировать».
Голос в голове бил набатом, и тут…
Все прекратилось.
Это случилось настолько внезапно, что в первую секунду я не сообразил, что происходит. Раз и… холод пропал. Тело не болело и слушалось меня идеально. Даже голос исчез.
Почти.
«Это лишь незначительная часть, Адриан. А у меня есть, что предложить. Гораздо больше, чем Аид. Или кто-либо другой из Олимпийцев».
— За все нужно платить, — махнув рукой Рью, что все в порядке, тихо произнес я. — И сколько хочешь ты?
Тишина в ответ. Если Кронос меня и слышал, то предпочел промолчать.
— Это была бойня, — подошел ко мне Филин. — Как ты это сделал?
В его глазах читалось изумление вперемешку… со страхом. Глава Братства впервые столкнулся с чем-то подобным. И теперь не знал, как на это реагировать.
— Ты нанял DeusMachina, чтобы закончить войну, верно? — вопросом на вопрос ответил я. — Так это выглядит. Так я заканчиваю войну.
Я развернулся на месте.
— Идем. У нас мало времени.
— Господин? — не понял подошедший Рью.
Самурай выглядел помятым, с парой царапин на щеке, но, кроме этого, на первый взгляд был в порядке.
Я вздохнул и пояснил.
— То, что тому профессору некуда бежать еще ничего не значит. Навредить, можно десятком другим способов.
И словно в подтверждение моих слов раздался очередной взрыв. Но если предыдущие звучали снизу, у входа, то новый произошел на самом верху. Как раз в том месте, куда и сбежал профессор.