Олимпиец
Шрифт:
– Идемте, я вас отвезу на своем каре, тащиться на площадку флайеров совершенно ни к чему, – предложил посредник. – Через пятнадцать минут будем в нашем офисе.
Кар оказался довольно приличной машинкой, заправленной эршеллом. Широкие трехъярусные трассы разбегались из космопорта во все стороны радиально. Судя по всему, жители столицы предпочитали наземный транспорт.
– Так на что вы надеетесь? – спросил Генрих-Посейдон, когда они выехали со стоянки. – Мы можем теперь говорить откровенно – я включил на каре изоляционное покрытие, глушащее внешние помехи.
– Я
– Почему?
– Мне нужна встреча с Говерноном, – заявил Корвин, оставив вопрос Посейдона без ответа.
– Что, с этим выскочкой? Он – самый неудачный арбитр игр, могу вас заверить.
– Меня не волнует его квалификация. Хочу поболтать с ним немного о жизни. Вы можете устроить встречу? – Взгляд Корвина скользил по фасадам небоскребов.
Окна отсвечивали глубокой фальшивой синевой. Цвет покрытия был либо золотой, либо белый. Даже затемненные стекла кара не могли погасить этот блеск.
– Откуда вы вообще знаете про Говернона? – пожал плечами Генрих.
Марк улыбнулся. Не станет же он сообщать, что этим именем был подписан приказ на розыск Артура ЭПа, прошедший по дипканалам три года назад. Олимпийцам знать все на свете совсем необязательно.
«Арго» – проплыла надпись на одном из небоскребов.
Почти сразу после этого кар свернул на круговую магистраль.
– Погодите! – Генрих внимательно посмотрел на Корвина. – Ну конечно же! Говернон ВК. И вы похожи. Очень.
– Этого не может быть, – сухо ответил Корвин.
– Почему же не может? Я не сказал – копия. Я сказал – похожи. И вы почти ровесники.
«Нет, не может быть… Нет!» – едва не закричал Корвин, но сдержался.
– Вот наш офис! – Посейдон указал на особняк, такой же золотой и блестящий, как и все прочие строения вокруг. – При офисе есть гостиница. И вы можете там пожить.
Девушка-андроид, ничем не отличимая от человека, разве что синим стилизованным номером на щеке, похожим на старинную татуировку, провела гостей с Лация в их покои.
Максимум функциональных удобств, минимум вещей. В номере был общий холл, две спальни с ваннами и отдельный сервисный узел дальней связи.
– Зачем тебе этот Говернон? – поинтересовался Сулла, располагаясь на адаптивном диване в холле.
– Он маг и чародей. Ты же знаешь.
– Ты серьезно?
– Сулла, мы на Олимпе, здесь не то что говорить опасно, а даже думать. Ни о чем меня не спрашивай, прошу тебя. Кстати, ты видел надпись «Арго»?
– Приметил, – кивнул Сулла.
– Нам стоит там перекусить, прежде чем я отправлюсь к Говернону.
– Смотри, будь осторожен, а то он втравит тебя в какую-нибудь игру. Говори «нет», прежде чем олимпиец задаст вопрос, – посоветовал Сулла.
«ЭП – Эмилий Павел, ВК – Валерий Корвин, олимпийцы помнят, кому обязаны своим существованием», – подумал Марк, оглядывая себя в зеркале.
Сейчас он выглядел лет на сорок с небольшим. Примерно так, наверное, должен был выглядеть его отец. Старение
Они позавтракали в ресторане «Арго», завтрак оказался великолепным: ароматный кофе, сливки, свежие круассаны, паштет из дичи, салат. Все выглядело натуральным, видимо, олимпийцы избегали имитаций, во всяком случае в пище. И вправду, к чему стремиться к бессмертию, если питаешься пищевыми таблетками?
После завтрака Корвин ушел, а Сулла остался ждать встречи с таинственным олимпийцем. Патриций был уверен, что его пасут, но, как ни исхитрялся, не мог заметить слежки. Оставалось надеяться, что о безопасности позаботится бессмертный, назначивший встречу. Все равно чужаку за несколько часов не разобраться во всех хитростях местных порядков.
Олимпиец появился в назначенное время – минута в минуту – высокий человек в длинном черном плаще с капюшоном вошел в стеклянные двери.
– Я – Роберт ЛД, – представился олимпиец.
Он откинул капюшон с лица и уселся за стол. Выглядел он, как и все на этой планете, молодо. На вид лет двадцать пять, не больше. Его коротко остриженные белые волосы контрастировали со смуглой кожей.
– Вы с Лация, я не ошибся? – спросил Роберт со странной фамилией ЛД.
– О да. Я сросся с этой дурацкой планетой. Живу, маюсь. А тут решил немного попутешествовать.
– Я с Неронии, – сказал Роберт. – Но мы не враги на данном этапе.
– Не пудри мне мозги, парень. На Олимпе чужак может провести лишь четыре дня. А потом ему конец. И не говори, что ты прилетел только вчера. Вряд ли ты стал бы заниматься прыжками в атмосфере в таком случае и назначать чужакам встречу.
– Судя по возрасту, тебе не довелось воевать на Фатуме, – заметил Роберт, ничуть не обидевшись на фамильярный тон и грубоватые фразы Суллы.
– К счастью, нет. Тот конфликт случился двадцать пять лет назад. Я лично вообще не воевал. Я лишь помню, как это делали другие. И эти воспоминания меня не приводят в восторг.
– Твой отец там побывал? – спросил Роберт с надеждой.
– Тоже нет.
– Я там был. Вернее, был тот, чье тело я ношу.
– Что тебе нужно от меня?
– Вы побывали на Крайней Фуле, так? И видели проигравшего?
Сулла помедлил, потом кивнул.
– Зачем он тебе?
– Артур приговорен к смерти.
– Мы знаем, что он объявлен в розыск.
– Я бы не хотел оказаться на месте Артура, – признался Роберт. – Он продулся в пух и прах, но это никого не развеселило. Артур потерял почти весь флот, и даже не стал подбирать останки. Они теперь болтаются в космосе, их будут вылавливать сотни и тысячи лет. Черт! Когда ты бессмертен, в определенный миг становится лень прибирать за собой. Вообще ничего не хочется. Только спрашиваешь себя: «К чему мне это?» Прежние игры давно наскучили. Но он не мог остановиться и взял кредит на новую партию… Он создал шесть одноместных боевых катеров и один – для собственных нужд, внешне сходный с остальными. Так называемый «пастух» или «наблюдатель».