Олимпик
Шрифт:
Хмурые мысли, чем дальше, тем больше, овладевали мной. Всё из-за неестественного поведения людей Кромвеля. Весьма подозрительно. Я повторяюсь, знаю, но ведь и в самом деле странно. В итоге решил: если в космопорту моя паранойя возмёт верх, если решу, что всё это какая-то хитроумная ловушка, тут же разворачиваемся и уходим в качестве подкрепления к Гриссому. Вариант с уничтожением антенны на крыше башни КТК выглядит привлекательнее, чем наш.
Кортеж в потоке частных машин из двух чёрных бронированных микроавтобусов, без особых проблем выехал на шоссе.
Хотя, с другой стороны, почему нет? Обычные люди могут пригодиться торговцам для обслуживания систем станции. Ведь надо заменить несколько сотен специалистов, техников и механиков. Да вот только не верилось что-то. Начнём с того, что вообще не видно смысла захвата космодока.
Пока мы ехали, наблюдая, как плотный автомобильный поток понемногу рассасывается в стороны, челнок установили и подготовили к старту. Всю эту процедуру провели специалисты космопорта под наблюдением бойцов КТК. Причём Веллер отметил, что работа проходит тихо-мирно, и охранники, вроде как, только наблюдают за процессом в качестве зрителей. Тоже можно списать на странность. Когда мы подъехали к парадному входу в пассажирский терминал, началась погрузка пассажиров.
Мы решили не мудрить, особенно когда узнали, что нас продолжают упорно не ждать. Прошли напрямую через парадный вход пассажирского терминала. Единственное, что напрягало, полная обычность происходящего. Вышли из машин, и тут же погрузились в людской водоворот и шум. Люди садились в такси, загружали багаж, рядом кто-то, наоборот, вылез со скудной сумкой в руках и стремглав исчез внутри терминала, придерживая свободной рукой шляпу. Большая партия людей грузилась в рейсовый автобус. Наше прибытие осталось почти незамеченным, что удивительно.
Когда мы вошли внутрь, от Веллера потупило очередное сообщение. На этот раз интереснее предыдущих. Несколько бойцов КТК в экстренном порядке покинули диспетчерскую, загрузились в пару космодоковских машин, и отправились к стартовой площадке. То же самое наблюдалось у ангаров.
В пассажирском термирнале нам также пришлось бороздить людскую толпу, пробираясь ближе к таможенной зоне. Оттуда в диспетчерскую ближе, так бы пришлось обходить несколько залов, включая закрытые от посторонних зоны. Трудно поверить, что Олимпик не особо посещаемая туристами планета. Желающих отправиться на космодок, а оттуда в другие миры оказалось предостаточно. Но больше было желающих улететь в другие города Олимпика и прибывших оттуда.
Наш отряд пробороздил в толпу почти как по маслу. Сначала люди не поняли, в чём дело, мы получили несколько проклятий, прежде чем толпа стала предварительно расступаться. Полицейский в светло-синей рубашке и с дубинкой на боку, заметно напрягся, увидев решительных нас, но не покинул поста у прозрачной стойки
На большом табло с расписанием вылетов и посадок, все объявления рейсов в космопорт, завершались надписью: «Задерживается!»
Контактировать с таможенниками придётся Уорику. Моё удостоверение сотрудника КГБ осталось дома. Как-то не предусмотрели мы с Гриссомом этот вопрос. В тот момент мы вообще не так много знали, так что действовали почти наобум.
Когда отряд подошёл к таможне, нас уже встречали пятеро вооружённых таможенников. Их форма мало отличалась от полицейской, только по бейджикам и можно отличить. Ещё несколько охранников подошли с разных сторон. Мы оказались в окружении. Лейтенант бросил на меня быстрый взгляд.
— Переговоры на тебе, — пробормотал я.
Охранники молчали, так что первым заговорил Уорик.
— Полиция Дакетта. Нам нужно в диспетчерскую?
— Что-то случилось? — заговорил старший из встречающих, с гусмыми усами и зарождающейся лысиной на макушке.
Спецназовцы заняли круговую оборону, но дула оружия продолжали смотреть в пол. С кем-кем, а с коллегами по работе и таможенниками нам уж никак нельзя конфликтовать. Свои же ребята. Хотя, если до этого дойдёт…
— Как видите, — Уорик головой указал на отряд за спиной, — да.
— Мы вас проводим, — кивнул усатый.
Он развернулся, и пошёл, направляясь к узкому коридору в конце большого зала.
Уорик чуть отстал от сопровождающего, поравнялся со мной и тихо проговорил:
— Странный захват, не находишь, капитан?
— Знаешь, на что это похоже, лейтенант?
— На форменное безобразие, — фыркнул тот.
— М-да, и впрямь. Я хотел сравнить с крысами.
— Крысы, обычно бегут с тонущего корабля, нет?
— Вмешательство Комитета или появление Пикарда. Все планы на ветер. Это похоже на тонущий корабль, разве нет?
— Может быть.
Развивать тему мы не стали. Как раз вошли в небольшой коридор, одну стену которого занимало стекло. Взлётное поле предстало пред нами, словно на блюдечке. Как раз успели понаблюдать за взлётом челнока. Он только-только оторвался на антигравах от стартовой площадки, поднялся на несколько десятков метров. Тут же заработали основные двигатели, и челнок унёсся в небо. Вскоре работающие двигатели слились с точками звёзд, и догадаться, что это космический корабль можно было разве что по мерцанию.
— Ещё старты будут? — поинтересовался Уорик у таможенника, хотя мы и так знали, что нет. Информацию Веллер поставлял стабильно и, чем дальше, тем суше. Уморился, наверное.
— Нет, это последний на сегодня.
Дверца, отделявшая диспетчерскую от таможни и пассажирского терминала, ничем примечательным не выделялась. Стальная, стандартных размеров. Вот она открылась, и оттуда вышел пожилой, лысоватый мужчина в костюме. Наш сопровождающий сообщил, что начальник сужбы безопасности нас уже ждёт и, подождав, пока весь отряд пройдёт мимо, устремился обратно на свой пост.