Олимпик
Шрифт:
— Это хитрость какая-то? — недоверчиво прищурился Сергеев.
— Да какая хитрость? — я почти искренне вздохнул. — Нас тут трое, я, сержант и пилот. Сопротивление можем оказать только я и сержант. Но вы же вышлете навстречу нескольких своих ребят, я прав? Шансов у нас всё равно нет. Ну так как, подполковник?
Сергеев задумался. А мы с нетерпением ждали его ответа. Хотя стоит уточнить, ждал я один, потому что Шмалик продолжал глазеть на меня, как на сумасшедшего, а Огюсту было, вроде бы, всё равно, лишь бы выбраться из этой передряги живым. он с готовностью развернул
— Хорошо, капитан, я принимаю вашу капитуляцию, — наконец, соизволил ответить Сергеев. — Освобождаю второй стыковочный узел, там вас будут ждать мои бойцы. Советую выходить из корабля безоружными и по одному. Конец связи.
— Фух, — всё-таки перенапряжение, это плохо. Меня немного затрясло — смерть откладывалась.
Этот полёт — последний. Дальше, пусть хоть расстреливают на месте, только чтобы это происходило на поверхности Олимпика.
— Так что задумал, капитан? — подал голос Шмалик, выводя меня из транса.
— Сидите здесь, — только сказал я и быстро смылся с мостика.
Есть у нас козырь. Пикард. Осталось его уговорить. Сомневаюсь, чтобы на Дроне было оружие против кришту, а обычное оружие ему нипочём. Должно быть, по крайней мере.
Пикард разместился в одной из кают вместе с Кэрри. Когда я ворвался туда, они тихо разговаривали. Пикард рассказывал ей небылицы про жизнь в колонии. Не уверен, потому что разговор мигом прервался, как только я переступил порог.
— Мне нужна твоя помощь, — без вступления начал я. — Пойдём, по дороге объясню.
— Что произошло, Крис? — в то время, как Пикард, ничего не спрашивая, устремился за мной, Кэрри увязалась вслед и любопытства ей было не занимать. И тревоги, оно без труда читалось на её лице.
Я и объяснил создавшееся положение вещей и свою задумку. Пикарду она понравилась.
— Только не убивай никого, дядя, — попросила Кэрри, проникшись моментом.
— Кстати, да, Сергеев нам нужен живым.
— Не беспокойтесь, капитан.
Дальше всё пошло, как по писанному. Подошли к шлюзу и услышали приглушённый лязг стыковочного узла, когда тот сцепился с «Файерфлаем». Подумалось вдруг, что некоторое время мы летели в мёртвой зоне, где нас не смогли бы достать пушки и бортовые пулемёты. Только что делать с такой возможностью, понятия не имею.
— В сторону, — как только створки шлюза начали открываться, попросил Пикард, превращаясь в густое облако колонии кришту.
Полностью он предпочёл не превращаться, дав возможность пятерым содатам, выглядывающим изнутри станции убедиться, что навстречу им движется человеческая фигура. Видимо, они были пока не в курсе, каково оно, увидеть человека-кришту, так что сразу не догадались, что здесь что-то не так. Вот по освещённому переходному отсеку движется нормальная человеческая фигура. То, что по контуру она размыта, можно принять за неполадки со зрением. Иногда бывает. Наверное, они так и подумали. А в следующий момент он попросту взрывается.
Третий раз за короткое время наблюдал, как человеческая фигура стремительно превращается в густое чёрное
Вслед за Пикардом на боевую станцию пробрался и я. Кэрри предпочла остаться на территории «Файерфлая». Первым делом убедился, что бойцы, посланные нам навстречу, живы. Пикард выключил их, надеюсь, ненадолго, но достаточно, чтобы нам не помешали.
— Дальше пойдём? — почему-то шёпотом спросила Кэрри.
— Нет. Думаю, твой дядя и сам справится. Других кришту тут не должно быть.
Дядя Кэрри вскоре появился в коридоре с бесчувственным телом подполковника Сергеева на плече. Шёл спокойно, словно точно знал — на станции больше никого не осталось. Насколько помню, тут людей должно быть не меньше двух десятков. Это минимальная дежурная смена. И все они распределены по станции. Сейчас, благодаря подполковнику, наверняка был объявлен боевой распорядок. В любом случае получается забавная штука — Пикард либо быстро перемещался, либо распылился сразу по всем коридорам и отсекам.
Если человек-кришту способен на такое, оставалось радоваться, что он на нашей стороне. И не завидую тем людям, что сейчас движутся к Олимпику на «Ковчеге». Малыш-кришту наверняка бушует по полной программе. Хочется на это надеяться. С другой стороны, бушует он или нет, крейсер всё расставит на свои места. Я же не рассчитывал на помощь такой убойной силы, как «Яуза». Всё планировалось сделать своими силами.
Через несколько минут «Файерфлай» отстыковался от «Дрона», истребители были отозваны обратно к крейсеру, а к боевой станции отправлен челнок с командой десантников, чтобы принять временное дежурство, пока О'Нил не соберёт следующую смену. Разборки с генералом впоследствии, чую, предстоят серьёзные.
Издали крейсер похож на большую и слегка модифицированную версию «Файерфлая». Дракон, которого хорошенько приплюснули. Квадрат, из него выглядывает «голова», по бокам «крылья» — посадочные площадки. Вооружён капитально, только, чтобы обнаружить оружие, нужно хорошо присмотреться. Почти всё оно спрятано под массивными плитами обшивки. Когда чуть приблизишься к крейсеру, заметны крошечные выпуклости по обоим бортам — это истребители. Срываются с места, сразу оказываясь в открытом космосе. Вот посадка — другое дело, тут они уже пользуются посадочным доком.
«Файерфлай» приняли быстро и умело. Для начала сработала система, подобная той, что мы видели на «Одине». Как только шасси коснулись круглой площадки со светившимся красным кругом, сразу сработали захваточные механизмы, и массивный диск перевернулся на сто восемьдесят градусов. Мы оказались в огромном помещении, раза в два больше, чем на яхте. Чувства дежа-вю не последовало. Ангар полон людей. Почти все в спецовках, пара групп занимается ремонтом истребителей, ещё пара ремонтных расчётов начинают осмотр тех юрких боевых машин, что стремились к нам на поддержку. Хоть полёт и вышел коротким и холостым, но техника есть техника.