Омикрон-4
Шрифт:
– Ну, не знаю, – хмыкнул Болотов. – Кстати, одному мне кажется, что эта часть комплекса пострадала больше остальных?
– Это точно, мощность заложенных взрывных устройств поражает, – я бросил на подполковника быстрый взгляд и отметил кое-что странное.
Он зачем-то отошел к стене, начал проверять карманы.
– Я помню, что когда мы бежали из «Лямбды», все вокруг буквально выжигал несущийся во все стороны вал пламени, а где-то вдалеке все взрывалось и рушилось, – добавил я, а сам продолжал наблюдать. – Ну, подробностей-то
– Ага. – Лебедев медленно подошел к воротам.
– А еще, у шахты воздуховода «Астры-1», где тебя подобрали, весь туннель попросту завалило обломками. Сам я туда не спускался, но мне все очень красочно описали. Вряд ли здесь что-то уцелело, лучше уходить!
Скат, словно мрачная тень, стоял за нашими спинами. Он не проявлял никакого интереса к объекту, почти не говорил , а просто таращился по сторонам. Вроде бы парень немного пришел в себя, но взгляд его все еще был каким-то затравленным, бегающим.
Из оружия ему передали трофейный автомат одного из погибших офицеров. Хорошо знакомый наемнику «АШ-12» даже немного воодушевил его. Тот довольно погладил ствольную коробку грязной ладонью, что-то пробормотал и довольно улыбнулся.
– Что, договорился? – усмехнулся Болотов, кивнув на ствол.
Наемник кивнул, сразу же сообразив о чем речь. Кто-то сочтет это бредом, а вот попадаются люди, разговаривающие со своим оружием. Эдакий ритуал, который поймут далеко не все.
– Ну что, может быть, уже пойдем отсюда? – снова пробормотал Лебедев, указывая на сломанные гермоворота. – Мне как-то не по себе. Вряд ли здесь есть выход.
Я и раньше начал замечать за ним определенные странности, но не стал придавать им никакого значения. Офицер службы безопасности был растерян, как-то резко поменялся в поведении. В глазах появилось что-то странное, что-то чего я пока не мог объяснить. И все это началось, едва офицер увидел гермоворота. А ведь он зачем-то вызвался идти первым и в то время, пока мы отдыхали, постоянно крутился впереди, словно что-то разыскивая. Хоть он и пытался делать это ненавязчиво, все же его поведение привлекло мое внимание.
Разумеется, поведение изменилось не сразу, но точно за несколько последних часов.
– Что за надпись?
Слева, на потертой темно-зеленой стене белой, но уже частично облупившейся краской было написано:
«ОМИКРОН-4»
«МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РФ»
– Э-э! Стоп, погодите! РФ? Министерство обороны Российской Федерации? – переспросил Болотов, уловив суть. – Разве не СССР, нет?
– Вот так новость, – задумчиво пробормотал я, осматривая вход. И почему-то данный факт вызвал у меня определенные подозрения.
– Макс, ты же говорил, что весь комплекс законсервирован? Так? А по итогу выходит, что комплекс не был заброшен окончательно?
– «Астра», «Гамма», «Лямбда» -
Я вновь посмотрел на подполковника. Тот явно нервничал, зачем-то вертелся по сторонам. И вдруг, меня посетила смутная, но быстро крепнущая догадка. Я медленно обернулся к Лебедеву – в голове сам собой возник вопрос.
– Ну что, подполковник? – без тени сомнений ухмыльнулся я, затем направил на него ствол автомата.
– Знаешь, что-то про это или будешь сказки рассказывать?
Майор чисто интуитивно дернулся, хотел уже вскинуть автомат, но почему-то замер в нерешительности. Переводя удивленные глаза с меня на Лебедева и обратно, он только спросил:
– Э-э! Что за херня происходит?
Сам же Лебедев, глядя на меня с показушным удивлением, которое, впрочем, довольно быстро пропало с его лица. Он как-то странно выдохнул, резко протянул руку к висящему автомату, но видимо передумал и, сняв с плеча, медленно опустил его на бетон.
– Тебя майор, просто использовали, – произнес я, глядя в глаза подполковника.
– Как и меня. Да, Лебедев?
Скат неожиданно громко расхохотался, зачем-то хлопнул майора по плечу и отошел к стене. Усевшись прямо на пол, он направил ствол на подполковника и замер.
– Максим... – начал было Лебедев, но осекся, быстро осознав, что врать бессмысленно. Лучше рассказать правду, чем придумывать новые, слепленные на ходу версии. – Ладно, карты на стол. Этот объект был построен в самом начале девяностых. И знаешь кем? Вильгельмом Штрассом.
– О, как! – выдохнул я, окинув взглядом сначала майора, затем скользнул по веселящемуся наемнику, а после вновь задержался на Лебедеве. – Так, чего еще я не знаю?
– Нам не многое удалось выудить из архивов. Сюда свозили много сложного оборудования, половина которого шло из-за границы. Весь этот объект тоже был законсервирован, после какого-то неприятного инцидента. Но только не снаружи, а кем-то изнутри. Персонала внутри было мало, всего-то шесть человек – вот только связи с ними не было. Чем именно там планировал заниматься Штрасс, мы так и не выяснили. Сам комплекс «Омикрон-4» небольшой, но состоит из десяти, расположенных друг под другом уровней. Плана, как такового, в архивах не сохранилось, только первичный инженерный чертеж.
Я, молча, слушал то, что рассказывал офицер, и честно говоря, услышанное меня не сильно удивляло. Ну, серьезно, чем все эти годы занимались братья Штрассы? Один был в психиатрической лечебнице, а другой поднимался по карьерной лестнице? Да ни хрена подобного. Вильгельм продолжал мутить какие-то свои собственные дела, а Кирилл обеспечивал прикрытие сверху. Ну а сам, попутно пытался изображать из себя важного профессора. Вот только им определенно кто-то помогал. Кто-то очень могущественный, но желающий оставаться в тени и предпочитающий использовать других людей, как пешки.