Омикрон

Ливадный Андрей Львович

Она инстинктивно подняла руку, заслонив глаза от резко вспыхнувшего света.

— Шевцов? — полувопросительно произнесла она.

Семен приглушил сияние фонаря.

Встав, он подошел к Кейтлин и протянул ей руку.

— Осторожно, тут ненадежный пол, — произнес он, ощущая холод ее узкой ладони.

— Я пришла поговорить.

— О чем? — спросил Семен, выведя ее на безопасный, по его мнению, участок. — Я уже понял, что прошлое необратимо. Зачем его ворошить?

Кейтлин присела.

Достав

сигарету, она долго разминала ее в пальцах, а потом ответила, так и не прикурив:

— Я не могла не прийти, после того как вспомнила твое лицо. — Она протянула ему листок со стихами и добавила: — Возьми.

— Почему ты…

— Мне они не нужны, — перебила его Кейтлин. — Их писала девочка, едва ли осознающая сама себя, и я давно не имею ничего общего с ней.

Семен не стал спорить. Его опять неприятно поразил ее холодный тон и какая-то ненатуральная сухость фраз. Впрочем, что он мог знать о ее судьбе? Возможно, жизнь обошлась с Кейтлин еще круче, чем с ним?

Она и Дункан… Оба с нестандартными имплантами. Бывают ли такие совпадения, учитывая, что полковник Дуров ясно упомянул о мизерном количестве выживших в том бою?

Присев рядом, он спросил:

— Ты встречала кого-нибудь из наших после поражения Земли?

— Нет, — коротко ответила Кейтлин. — Пару раз слышала краем уха, как офицеры переговаривались между собой, упоминая какой-то «последний резерв», якобы востребованный адмиралом Табановым за две недели до штурма Земли. По датам совпадает.

— И все?

— Да, — кивнула она. — Знаешь, у меня по большому счету не было времени, чтобы размышлять над этим, а тем более искать кого-то. Ты первый, кто встретился мне, потому я пришла.

— Некогда? — Семен не понял смысла сказанной фразы.

— А ты искал? — холодно спросила Кейтлин. В сумраке ее лицо казалось пепельно-серым.

— Нет, — ответил Семен. — Прошло меньше месяца, как я освободился.

Кейтлин повернула голову, посмотрев на него с явным недоверием.

Семен саркастически усмехнулся. Сегодняшний облик Кейтлин резко контрастировал с его краткими воспоминаниями о ней.

— Ты не читала параграфов Элианского соглашения? — спросил он.

— Нет, — спокойно ответила девушка.

— По условиям капитуляции весь рядовой состав войсковых соединений Земного Альянса был амнистирован… — пояснил Семен, не понимая, как могла она избежать плена и связанных с поражением Альянса репрессий. — А вся ответственность за военные преступления возложена на офицерский состав. По логике победителей, солдат — человек подневольный. Значит, в эскалации войны повинны офицеры — те, кто отдавал приказы.

— Но ведь ты… — В ее голосе впервые прозвучали нотки неуверенности, будто Кейтлин что-то забыла.

— Носил знаки различия

лейтенанта ВКС, — закончил ее мысль Семен. — Учитывая низкое звание, суд фильтрационного лагеря дал мне пять лет исправительных работ. В подземных уровнях Форта Стеллар… — добавил он после короткой паузы. — Месяц назад меня освободили и предложили улететь на Кьюиг. Я согласился, полагая, что смогу устроиться здесь и забыть прошлое. Как видишь — не получилось.

Кейтлин промолчала, и Шевцов решил, что с него хватит недосказанности.

— Расскажи мне о себе, — напрямую попросил он. — Как ты попала сюда и что связывает тебя с Дунканом?

Кейтлин долго молчала, а затем произнесла:

— Тебя не касаются мои отношения с Дунканом.

Шевцов понимающе кивнул.

Конечно, он не имел права вторгаться в чужие судьбы. Но неужели она совершенно не осознает, что их встреча идет в острый разрез с теорией вероятности? Пусть она изменилась, может быть, стала жестокой, циничной, презирающей остальных людей, но должен же сохраниться в ее душе хотя бы призрак той девушки, которая писала стихи накануне боя?

— О чем ты думаешь? — сухо спросила Кейтлин.

— О судьбе… — откровенно ответил он. — О ее извивах… и об эгоизме наших душ. Пытаясь сохранить чистоту, мы в какой-то момент начинаем вязнуть в грязи, не находишь?..

— Почему ты спросил меня о Дункане? — Вместо ответа на последнее замечание она лишь задала очередной вопрос. Казалось, что ее занимает только одно — осведомленность Шевцова, направление его мыслей, ход логических рассуждений.

Хорошо, поговорим по существу…

— Кейти, взгляни на мой имплант. — Семен привычным движением снял заглушку из пеноплоти, обнажая характерный контур металлизированного включения в черепную кость.

Она перевела взгляд на гнездо для нейросенсорного контакта.

— Тебе знакома такая форма, верно?

— Да, я смотрюсь в зеркало и отлично знаю, что у всех, кто входил в состав пресловутого «резерва», нестандартные височные импланты. Что из того?

Семен натянуто усмехнулся:

— Тогда напряги свое воображение, вспомни, у кого еще ты видела такое же устройство, — посоветовал он. Кейтлин на секунду задумалась.

— Дункан? — она внимательно и отчужденно посмотрела на Шевцова.

— Да, Кейти, — стараясь не замечать ее холодной, напряженной реакции, подтвердил Шевцов. — Он носит точно такой же имплант, как у тебя или у меня.

— И что это, по-твоему, значит?..

Шевцов нахмурился. Кейтлин уклонилась от всех заданных ей вопросов, ничего не поведав о себе. Это становилось не просто непонятным, а подозрительным.

— Ты говоришь, что встретила Дункана не на Кьюиге? — попробовал выяснить он.