Омут
Шрифт:
— Да не знаю я о ней почти ничего. Девчонка сбежала из приюта совсем ребенком.
Значит, помнит? Как интересно!
— И вы не ищите таких детей?
— Наше дело — дать им кров и шанс на лучшую жизнь, — пафосно заявила она. — Помню только, что ее принесла какая-то женщина не очень опрятного вида. Бедняки часто оставляют детей у нашего порога, не в состоянии их прокормить. И к тому же…
Пока леди Марлен рассказывала что-то еще, Глин вежливо кивал и задавал вопросы, а я силилась не расплакаться. Не думала, что так тяжело будет сюда вернуться! Директриса неожиданно
Глин быстро попрощался и, подхватив меня, вышел в коридор.
— Извини, не сдержалась, — покаялась я.
— Мия, — он вдруг развернулся ко мне, пронзил аквамариновым взглядом, — ты что, меня ревнуешь?
— Да я… Ты…
Глин склонил голову набок, словно надеялся получить вразумительный ответ, а я смутилась и заметила:
— Нам нужно идти, пока она не опомнилась. Или принц хочет остаться?
Глин тихонько рассмеялся, но именно этот звук ударил в меня волной, расползся жаром по телу так, что коленки подогнулись. Здесь, в такой обстановке, когда за стенкой сидит эта мегера… А мир переворачивается, рушится, собирается снова от одного его голоса.
Омут аквамариновый. И если у него такой цвет, то я готова броситься с головой и окончательно пропасть.
— Лорд, леди, — раздался голос одной из служанок, которая работала тут много лет, — вы ищите информацию о Мияне Тесл?
— Да, — тут же хором ответили мы, забыв обо всем на свете.
— Если заплатите, подскажу, где искать Ирэну Тесл. Именно она оставила девочку на крыльце приюта.
Глин не стал скупиться, отдал две серебряные монеты. И служанка тут же сказала адрес.
— Знаешь, пришлю-ка я в этот приют свою сестренку. Уж она тут точно наведет порядок, — заметил Глин, едва мы вышли за распахнутые ворота.
Петляя по улочкам, приобрели парочку пирожков с яблоками и перекусили на ходу. Глин временами подшучивал, пытаясь отвлечь меня от грустных мыслей, но вскоре мы вышли к небольшому домику, и веселье с него слетело. Сад в нем зарос крапивой, ступени у крыльца почти сгнили, дыры виднелись и в крыше.
— Не нравится мне тут, Мия. Активируй щиты.
Я не стала спорить, накинула защиту и на себя, и на Глина, стараясь прислушаться к ощущениям. Тревога Глина передалась и мне.
Ирэна Тесл, миловидная пухлая старушка открыла нам сама, пригласила в дом. Практически сразу же служанка налила чай, поставила блюдо со свежими пончиками. Глаза у леди, чью фамилию я носила, были черными. И при всем своем простоватом и добродушном виде, чувствовалось в ней что-то не то.
Глин не сменил манеру общения, рассказал о цели визита.
— Я помню ту весну, лорд. Поздней ночью в дом постучалась леди, закутанная в плащ. Она ждала ребенка, и схватки застали ее в пути. Я, конечно, впустила. Тем более леди неплохо заплатила за постой и помощь. Девочка, которую она назвала Мияной, родилась к рассвету.
Ирэна грациозно взяла чашечку, отхлебнула чай.
— Я спросила, может, нужно известить родных женщины… Она, кстати,
— И вы согласились?
— Да. Почему бы и нет? Я не богата.
Глин понял правильно, положил на стол мешочек с монетами, и глаза Ирэны забегали. Желание вцепиться в монеты она в себе пусть и с трудом, но подавила.
— Что было потом?
— Мать этой девчонки исчезла на третий день, оставив мне письмо с просьбой присмотреть за малышкой и деньги. Когда монеты закончились, а никто так и не вернулся за ребенком, я отдала девочку в приют.
В горле у меня встал ком, но я сдержалась и не расплакалась. Вопросов стало еще больше: куда ушла мама? Зачем? Почему меня оставила? Что ей угрожало? Или я просто была незаконнорожденным ребенком? Не просто же так мама попросила Ирэну дать мне ее фамилию!
Глин достал второй мешочек с деньгами и принялся расспрашивать. Выяснилось, что как только Ирэна отдала меня в приют, в ее дом приходило двое, расспрашивало о леди, о ее ребенке. Но чем-то они Ирэне не понравились, она назвала их «мрачными личностями», и женщина сказала, что девочка умерла, а леди ушла, едва оправилась от родов.
Остальные расспросы не дали никакой информации. Мы уже прощались, как неожиданно Глин сощурился, применил какое-то заклинание, и леди схватилась за горло.
— Ирэна, есть ведь что-то еще, чего вы не рассказали.
— Отпустите! Вы не имеете права!
— Я имею право на многое, — спокойно произнес принц и при помощи магии слегка тряхнул леди Ирэну. — Кто приходил еще и расспрашивал о девочке?
— Леди, от которой веяло тьмой!
Глин отпустил.
— Опишите!
— Невысокая, закутана в черный плащ.
— Все?
— Была очень вежлива, ласкова.
— И заплатила вам… сколько и чем?
Ирэна вздрогнула.
— Можете, впрочем, не отвечать. Разблокировала ваши способности к темной магии?
Женщина задрожала, а я оторопела смотрела на нее и не понимала происходящего.
— Кстати, полагаю, они у вас заблокировались, когда попытались забрать у малышки звезду морей, так?
— Уходите! Немедленно! Я ничего вам не должна!
Глин сощурился, нехорошо так. И спокойно закатал рукава рубашки, словно собирался драться. В руках Ирэны вспыхнул сгусток пламени, полетел в нас. Он коснулся щита, растаял, а принц что-то шепнул. Ирэна покачнулась, осела на землю, да так и замерла.
— Она всего лишь потеряла сознание, когда я этого пожелал.
— Это что за магия? — поинтересовалась я. — Русалочья?
— Да. Сейчас свяжу и вызову магов из Совета, пусть разбираются. Занятие темной магией без лицензии запрещено законно. Это оставлять так нельзя. Сдается, леди применяет знания, которые ведут к особо неприятным последствиям.
Пока Глин активировал амулет связи, рассказывая кому-то о приюте и Ирэне, я стояла неподалеку и думала о своих родных. За мамой охотились? Что она натворила? Или охотились за звездой морей? Не понять! Мне отчаянно не хотелось верить, что меня… бросили!