Омут
Шрифт:
Вспомнив наш с братом ночной разговор, я взял напрокат очередную машину. Сегодня мне везло: это оказался черный «BMW». Пусть он был немного староват, но все же за рулем такой машины чувствуешь себя почти Богом. Я решил, что это добрый знак.
Место, куда мне предстояло отправиться, находилось неподалеку от клуба. Я не знал, плохо это или хорошо, и поэтому собирался просто дождаться вечера и все выяснить. А пока постарался выкинуть из головы все мысли о предстоящем вечере. Но, чем ниже солнце клонилось к закату, тем больше я нервничал.
К семи часам (Андрей назначил встречу на двадцать два ноль-ноль) я уже был полностью собран. И я сам, и машина, и оружие
— Когда выезжаем? — еле сдерживая рвущийся наружу азарт, спросил брат, когда часы показали без четверти восемь.
— Ты никуда не едешь, — заявил я как можно более спокойно.
Как и ожидалось, Дима мгновенно встал в позу.
— Что значит, я никуда не еду? — с вызовом поинтересовался он. — Это, между прочим, мой план, поэтому ты не имеешь права ехать без меня.
Понимая, что так просто от брата не отвязаться, я сообразил, что было бы неплохо придумать ему альтернативное занятие. Пусть он чувствует себя при деле.
— Ты не дослушал, — вздохнул я.
Дима замолчал, скептически поглядывая на меня.
— Я прошу тебя остаться, чтобы присмотреть за Ксюшей. Мало ли что.
— Она уже не ребенок и в состоянии позаботиться о себе, — кисло пробормотал Дима, уже осознавая, что проиграл.
— И все же ей опасно оставаться одной, а вместе вы — сила.
— Но кто прикроет твою спину? — со слезами на глазах воскликнул Димка. Вопиющая несправедливость: я иду на разведку, а он вынужден сидеть дома с девчонкой.
Брату не мешало бы смотреть поменьше боевиков, а то они уже начали влиять на его лексикон.
— Клянусь, что не буду ни во что ввязываться, пока тебя нет рядом, — пообещал я с самым невинным видом.
Вряд ли Дима поверил, что я собираюсь провести всю ночь в машине, но он как-то подозрительно быстро успокоился и оставил меня в покое. Конечно, внимательного старшего брата должна была насторожить такая быстрая капитуляция, но я так погряз в собственных переживаниях, что счел это чистой победой моей способности убеждать над способностью Димы настаивать. Если бы я хоть ненадолго задумался и постарался припомнить, когда это младший братишка слушал старших и сидел дома, мне на ум не пришло бы ни одного подобного случая. Но иногда легче закрыть глаза на несоответствия в поведении близких, чем подвергать их долгому и тщательному анализу. Так я и поступил в тот вечер.
С Ксюшей вообще не возникло никаких проблем. Выслушав мое заявление о том, что этой ночью я должен уехать по неотложным делам, она в ответ пожелала удачи и снова повернулась к телевизору. То, с какой легкостью это было сказано, показалось странным, но я отбросил и это сомнение.
Выехав из дома около девяти часов вечера, я сразу же направился по нужному адресу, чтобы заранее осмотреться на месте. Я припарковал машину в тени деревьев, благо они росли здесь в изобилии. Это оказался обычный пустырь, где не было ничего, кроме буйной растительности. Деревья и кустарники распространились по всей площади пустыря, превратив его в некое подобие джунглей. Оставалось только диву даваться, откуда в Петербурге такие заросли. Наверняка в одном из соседних домов живет какой-нибудь ботаник, который вплотную занялся культивированием местной флоры. Окруженный со всех сторон домами, пустырь по размерам напоминал школьное футбольное поле и по всем параметрам подходил как для тайной встречи, так и для преднамеренного убийства.
Заглушив мотор, я вышел из «BMW» и тихо прикрыл за собой дверцу, не желая повторять былых ошибок и информировать о
Примерно через полчаса из-за поворота показались два светлых пятна — фары приближающейся машины. Черный, представительского класса «Мерседес» остановился на противоположной стороне пустыря, в паре сотен шагов от меня. Некоторое время ничего не происходило, и автомобиль продолжал стоять на месте, тихо урча двигателем. Неожиданно водительская дверь открылась, и оттуда показался высокий стройный мужчина. По уверенным, чуть замедленным движениям я узнал в нем Андрея. Он не торопился закрывать дверь, и загоревшийся в салоне свет позволил разглядеть, что в машине на пассажирском сиденье кто-то есть. Правда, с такого расстояния я не мог ничего толком рассмотреть.
Зато Андрей, как оказалось, заметил меня почти сразу. Но ведь он знал, кого искать. Вампир подал знак своему спутнику, и тот вышел из машины. Сравнив рост пассажира и Андрея, я увидел, что первый намного ниже и куда более грациозный. Сердце рванулось в груди, первым почуяв, что рядом с Андреем стоит Амаранта. Какую бы цель ни преследовал этот вампир, он не обманул меня и привел Эмми на встречу.
Взяв девушку под локоть, Андрей пошел в мою сторону. Амаранта не сопротивлялась, хотя, казалось, и не совсем понимала, зачем она здесь. Но, видимо, ее доверие к Андрею было столь безгранично, что она совершенно не противилась и послушно шла за ним.
Чем ближе они подходили, тем отчетливее я различал детали ее одежды и внешности. На пустыре было достаточно света, он лился из окон жилых домов, окрашивая листву серебристыми бликами. На миг показалось, что мы попали в сказочный сад, и вот сейчас из-под трепещущих листьев березы к небу взметнутся золотокрылые феи.
На Эмми были обычные джинсы, они так плотно обтягивали стройные ноги, что смотрелись соблазнительнее любой мини-юбки. Короткий летний топик на тонких бретельках довершал образ. Амаранта выглядела как обычная девушка-студентка на прогулке со своим другом. Черные волосы были забраны в хвост высоко на затылке, но подобная простота казалась особенно милой. Благодаря этому я отчетливо вспомнил Амаранту такой, какой когда-то знал ее, когда она была еще далека от Грэгори и его прихвостней.
Лихорадочное волнение накрыло меня с головой, вытеснив все более или менее адекватные мысли. Заготовленные фразы, признания и уверения мгновенно позабылись. Пару раз я вздохнул полной грудью, чтобы немного унять скачущее галопом сердце, пригладил волосы дрожащими руками и одернул рубашку. На этом подготовка к встрече была завершена, и я застыл в ожидании. Готов поклясться, что выражение лица у меня при этом было совершенно идиотское.
Амаранта почувствовала мое присутствие примерно шагов за сорок и, неожиданно резко остановившись, взглянула на Андрея.
— Что это значит? — донесся до меня чувственный голос девушки.
От этого ангельского тембра засосало под ложечкой и задрожали колени. Я с наслаждением вслушался в него и ловил нотки негодования, но даже они звучали как изысканная мелодия.
— Узнаешь? — как всегда равнодушно, спросил Андрей.
Он хотел было продолжить путь, но Эмми встала как вкопанная и тоном обвинителя заявила:
— От тебя я этого не ожидала.
Андрей сделал, мне знак, чтобы я подошел; мы оба уже поняли, что Эмми с места не сдвинуть. Я не заставил себя ждать, направился к ним и, сократив расстояние до минимума, остановился. Амаранта упорно продолжала смотреть на Андрея, избегая меня даже взглядом.