Опал
Шрифт:
Входная дверь открылась, и до меня донесся знакомый голос.
– Кэти! Ты где? С Дэймоном творится что-то неладное.
Мои губы беззвучно зашевелились. Я попыталась еще раз.
– Ди…
– Господи! – На этот раз голос прозвучал совсем близко, а мгновение спустя в поле моего зрения возник нечеткий абрис лица Ди. – Вот дерьмо! Держись, Кэти!
Она убрала мои покрытые кровью ладони и приложила к ране свои. Потом заметила скорчившегося у холодильника Уилла и охнула.
– Дэймон, – с трудом выговорила я.
Она моргнула, на секунду ее
– Эндрю везет его домой, – горячо зашептала она. – С ним все будет хорошо, с ним все будет в порядке, потому что с тобой тоже все будет в порядке, ты меня поняла?
Я попыталась ответить, но закашлялась, на губах появилось что-то теплое и влажное. Наверное, это была кровь. Лицо Ди еще больше побледнело, она прижала ладони к моей ране и закрыла глаза. Мои веки вдруг отяжелели. Тепло, исходившее от рук Ди, накрыло меня, словно приливная волна. Ее тело исчезло, и она предстала передо мной в своем истинном облике. Я смотрела на сверкающего ангела и думала, что даже если умру сейчас, то, по крайней мере, перед смертью увижу нечто прекрасное.
Нет, нет! Я должна была держаться, ведь на кону стояла не только моя жизнь, но и жизнь Дэймона. Заставила себя открыть глаза. Сияние Ди освещало комнату, на стенах плясали сполохи. Окажемся ли мы связаны с ней, если она меня сейчас вылечит? То есть нас будет трое? Просто голова шла кругом. Это было бы нечестно по отношению к Ди.
Послышались новые голоса, я узнала Эндрю и Доусона. Рядом с моей головой что-то стукнуло, и надо мной появилось прекрасное взволнованное лицо. Я никогда еще не видела Дэймона таким бледным. Сконцентрировалась на нем и почувствовала, как в унисон бьются наши сердца. Он погладил мою щеку, провел пальцем по губам, его рука дрожала.
– Дэймон…
– Тсс… – шепнул он, – ничего не говори, все уже хорошо, все будет хорошо.
Он повернулся к своей сестре, аккуратно отодвигая ее испачканные кровью ладони.
– Можно уже остановиться, Ди.
Наверное, она ответила ему мысленно, потому что Дэймон взмахнул руками:
– Ди, мы не можем так рисковать! Ты должна остановиться.
– Парень, ты сам пока слишком слаб, – раздался голос Эндрю откуда-то сбоку, и я почувствовала, как кто-то взял меня за руку. Наверное, это была все-таки галлюцинация, потому что надо мной стояли сразу два Дэймона. Ах, нет – второй был, конечно, Доусоном, который поддерживал Дэймона, не давая ему упасть. Но Дэймону никогда не требовалась ничья помощь, ведь он – самый сильный из всех! Меня охватила паника.
– Позволь Ди продолжать, – настаивал Эндрю.
Дэймон яростно покачал головой. Его сестра отодвинулась и вернулась в свое человеческое обличие. Дрожа, Ди отползла в сторону.
– Он сумасшедший, – сказала она. – Мой брат просто не в себе.
Дэймон принял форму Лаксена и положил руки мне на рану. Мир перестал для меня существовать. Комната исчезла. Мне вовсе не хотелось, чтобы Дэймон лечил меня, раз он сам был еще слаб,
Через мое тело хлынул поток тепла, и я забылась. В голове все звучал голос Дэймона, он монотонно бормотал что-то успокаивающее. Я чувствовала себя легкой, воздушной и оторванной от всего. «Дэймон…» Вновь и вновь шептала я его имя. По-моему, лишь оно и удерживало меня на этом свете.
Я закрыла глаза и провалилась в темноту. Живительное тепло проникало в каждую клеточку, бежало по венам, пронизывая кости и мышцы. Я тонула в этом жаре и ощущении безопасности. Последнее, что я услышала, – это был голос Дэймона в моей голове:
Все, Кэти, можешь теперь отдохнуть.
Я так и сделала.
Я открыла глаза. Где-то в комнате мерцала свеча, на стенах колебались тени. Я никак не могла пошевелить руками и не понимала, где нахожусь. Потом глубоко вздохнула и ощутила свежий лесной аромат.
– Дэймон! – Мой голос был хриплым и ломким от подступившей паники.
Кровать – я лежала на кровати, – заскрипела, и из темноты показался Дэймон. Его лицо пряталось в тени, но глаза сверкали, как изумруды.
– Я здесь, – сказал он, – я рядом.
– Вот, руки не двигаются, – пожаловалась я, не сводя с него взгляда.
Дэймон сдавленно хихикнул. Как он смел смеяться, когда я не в состоянии была шевельнуться?
– Ладно, мы это живо поправим, – улыбнулся Дэймон, и я почувствовала, как его руки расправляют одеяло. – Ну, вот, готово.
– Ой! – Я пошевелила пальцами, а потом высвободила руки. И тут до меня дошло, что я – совершенно обнажена. И лицо, и шею тут же залило краской стыда. Это что? Значит, мы уже… Какого же дьявола я тогда ничего не помнила? Схватилась за край одеяла и почувствовала, как болезненно натянулась кожа на груди.
– Почему я голая?
Дэймон несколько секунд смотрел на меня, словно не веря своим ушам.
– А ты разве ничего не помнишь?
Некоторое время я молчала, затем в голове немного прояснилось. Я рывком села и отбросила одеяло.
– Кэти, с тобой уже все в порядке. Остался просто маленький шрамик, но его почти не видно, – принялся успокаивать меня Дэймон, взяв меня за руку. – Сомневаюсь, что его вообще можно будет разглядеть, разве что с совсем близкого расстояния, но если кто-то посмеет приблизиться к тебе на такое расстояние, я буду сильно возмущен.
Я так и открыла рот. Горела свеча, на стене были наши тени. Видимо, мы находились в комнате Дэймона, потому что моя кровать была не такой большой и удобной. Уилл вернулся и выстрелил мне в грудь, а потом… А потом я ничего не помнила.
– Ди и Эш тебя искупали. Они же уложили тебя в постель. Я им не помогал. – Дэймон заглянул мне в глаза.
Эш видела меня голой? Учитывая все случившееся, я вела себя глупо, но мне захотелось поглубже зарыться в одеяла. Господи, мне нужно отказаться от своих деревенских предрассудков!