Опалённая
Шрифт:
— Э… да, совершенно верно. А вот то, что вы трогаете, это…
— Баллоны для регуляции высоты, — опередила его Галатея, — Гениально. Почему никто раньше до этого не додумался?
Ученый удивленно посмотрел на своего племянника. На лице Ральфа отобразилась гордость за свою избранницу.
— На самом деле в Тилии их уже давно используют. Я лишь немного усовершенствовал их конструкцию.
Позже, закончив осмотр дирижабля, Рой попросил дворецкого приготовить для гостей комнаты. Сперва учёный предложил им ночевать в одной спальне, но Галатея настояла на раздельных. Перед тем,
— Как поступим, если они вдруг не вернутся? Фракция ведь скоро поймет, что ты здесь, — герцог задал вопрос, который уже долгое время повторялся в голове принцессы.
— Нужно их дождаться, — мрачно произнесла Галатея.
Ральф вздохнул и потер ноющий затылок.
— Почему бы нам вдвоем просто не улететь на этом дирижабле куда-то далеко, где нас не нашли бы, и Фракция в первую очередь?
Настала очередь Галатеи вздыхать.
— Если бы я была простой девушкой, возможно, так бы и поступила. Но от меня зависит слишком многое. В конце концов, я рождена для того, чтобы однажды стать королевой. Да и если бы я была простой девушкой, то не оказалась бы в подобной ситуации.
— Правда полетела бы? Со мной, — переспросил герцог. В его глазах появился радостный блеск, и те стали такого же оттенка, что и камень в ухе парня.
Девушка смущенно отвернулась. Она пыталась прислушаться к своему сердцу, но то молчало. Ответ так и не прозвучал из ее уст, тогда Ральф задал другой вопрос.
— Ты ему доверяешь?
— Кому?
— Этому Аораху, или как там его. Нулара говорила, вас с ним что-то связывает, но подрбности, как всегда упустила, — недовольно покачал головой герцог.
— Доверяю ли я ему? Хороший вопрос. В любом случае мне нужен такой союзник, как он.
— Только союзник? — Ральф вспомнил тот эпизод в вагоне, когда они двое были непростительно близко друг к другу.
Галатея смутилась, догадавшись, о чем думает ее друг.
— Это была случайность. Я просто потеряла равновесие и упала на него, ясно? — ее ответ прозвучал довольно агрессивно, но это была всего лишь защитная реакция.
— Как скажешь, — парень поднял обе руки в примирительном жесте, — Я пожалуй пойду. Тебе нужно отдохнуть. Завтра решим, как быть дальше.
Девушка кивнула.
— Спокойно ночи, Ральф, — тихо сказала она, когда герцог поднялся с кровати.
— Спокойной ночи, — ответил он, и хотел было добавить “любовь моя”, но не решился.
Оставшись в одиночестве, Галатея еще долго сидела на прежнем месте. Она думала о том, действительно ли Серрас заслуживал доверия. А еще вспомнила тот момент в поезде, когда ее сознание вдруг на какое-то время отключилось, и ненароком она позволила двум огненным кратерам поглотить ее. Бывают явления, вроде извержения вулканов, когда ты испытываешь ужасающий трепет, но не можешь отвести взгляда от этого чудовищного порождения природы. Нечто похожее девушка чувствовала тогда, находясь в его тисках. Словно какая-то немыслимая сила заглатывала ее целиком. Это чувство обжигало ее изнутри, но ей нравилось гореть в этом пламени. Ей
В какой-то момент Галатея вздрогнула а затем с четким осознанием того, что ей нужно делать, встала с кровати, схватила шпагу, после чего открыла окно и прыгнула во тьму, чтобы отыскать в ней свое пламя, в страхе, что оно может погаснуть, пока она отсиживается в безопасности.
Глава 21
Серрас остановился у входа в храм богини луны. Сквозь маленькие полукрыглые окна едва-едва просачивался мерцающий свет. В округе это было единственное строение, в котором свет ночью не гасили.
Флеймфанг все еще оставался в тени. Он почти не сомневался, что Нулару держат в этом храме. За многие годы сотрудничества с Фракцией ему стали известны многие ушлости, к которым те прибегали. Очень часто их логова, коих насчитывалось десятки по всей стране, маскировались под видом религиозных строений, потому что прекрасно понимали — никто не посмеет устраивать там проверки.
Обойдя храм по периметру, Серрас догадался, что он находится под защитой магии точно так же, как и академия. Впрочем, его это нисколько не огорчило, ведь мужчина и не собирался менять облик. По крайней мере, не сейчас.
Вариантов не было, так что пришлось войти через главный вход, но перед этим Флеймфанг натянул капюшон. Деревянная дверь скрипнула под тяжестью лет. На него тут же уставились двое монахов в серебристых рясах.
— Сожалею, брат, но ночью вход в храм закрыт, — сказал один из них, заступив собой алтарь, над которым, склонившись, стояла каменная богиня луны.
Гость ничего не ответил. Медленно шагая вперед, к алтарю, он разглядывал обстановку храма. Ему вдруг подумалось, что надо чаще вспоминать о богах и захаживать в их обители.
— Он что, глухой? — спросил тот же монах у своего товарища.
— Не думаю, — отозвался тот, заметив, что гость вооружен мечом.
— Где она? — вдруг спросил Серрас, прекрасно зная, что его поймут. Он остановился всего в паре шагов от алтаря.
— Кто ты такой? — поинтересовался один из монахов, почувствовав угрозу, исходившую от незнакомца.
Серрас, подумав пару секунд, сдвинул на макушку край капюшона, и в таинственном полумраке сверкнули обсидианы его глаз, похожие на глаза ворона. Он был спокоен.
— Господин Флеймфанг? — удивился монах, который был постарше и, как оказалось, поопытнее, — Зачем вы здесь?
— Чтобы предать Фракцию, — коротко и по существу ответил мужчина, а в следующее мгновенье его меч прошил насквозь одного монаха за другим. Младший попытался блокировать удар собственным мечом, прятавшимся все это время в складках его одежды, но ему не хватило сноровки. Оружие так и звякнуло, выпав из обмякшей руки.
Обойдя алтарь, Серрас заметил ступеньки, что вели под землю. Он удивился, что их охраняли только двое слабаков. Ступеньки почти не освещались, лишь в самом низу горели свечи. Из глубины подвала послышалось: “Ну же! Приведите ее в чувства!” К тому же голос ему показался знакомым. Слишком знакомым. И это заставило Серраса остановиться на полпути.