Опасные девушки

Стайн Роберт Лоуренс

Они сорвались с ветки. Свалились на сырую, замшелую землю.

Сова отбивалась и полосовала когтями. Дестини хлопала крыльями, запуская длинные острые зубы ей в живот.

Сова кричала, терзая ее крылья когтями, вонзая ей клюв в середину туловища, удар следовал за ударом.

Боль пронзила тело Дестини, парализуя ее. Она разжала зубы, выпуская сову. Кровь забрызгала ее вздрагивающее тельце, и она поняла, что это была ее собственная кровь.

Я совершила ужасную ошибку. Я не знала… совы сильнее… сильнее, чем летучие мыши… я не знала…

Слишком

слаба, чтобы хлопать крыльями… слишком слаба, чтобы спасаться бегством…

Она лежала на спине, трава под ней промокла от крови, а сова взгромоздилась на ее серое брюшко. Острые когти снова раздирали ее тонкие кожистые крылья. Клюв вонзился ей глубоко в глотку.

Я не знала… Я не знала…

Глава 34

СЮРПРИЗ ОТ ПАПЫ

Дестини открыла глаза.

Я ничего не вижу. Я ослепла.

Но потом перед глазами возникли звезды. И почти полная луна, затянутая серыми клочьями облаков.

Она увидела крышу гаража. Приподняла голову с травы, повернула и увидела тыльную сторону своего дома.

Я лежу на траве позади своего дома. И я совершенно голая.

Она села. Потерла грудь. На ней засохла кровь.

Это было на самом деле. Это действительно произошло.

Как же я сумела отбиться от совы? Как умудрилась остаться в живых?

Постепенно пугающие воспоминания возвращались. Когда сова в очередной раз набросилась на нее, она начала превращаться. Вновь приняв человеческий облик, она стала яростно отбиваться от совы руками.

Ошарашенная птица расправила крылья, повернулась и улетела в ночное небо.

Дестини задрожала. Ее ноги промокли от росы, холодившей кожу. Она вытащила из волос побуревший осенний лист и с трудом поднялась на колени.

Повернулась к дому. Желтый велосипед Майки стоял, прислоненный к стене, рядом лежал его же футбольный мяч. Она видела свет в окнах кухни и комнаты над гаражом — ее комнаты.

Она медленно встала, проверяя руки и ноги. Мышцы болели, но идти она могла. Держась в темноте, она добралась до двери черного хода и заглянула в кухню.

Никого.

Она тихонько приоткрыла дверь и прошмыгнула внутрь. Часы над плитой показывали без пятнадцати девять. Она отсутствовала меньше часа. Прислушалась, не слышно ли голосов. Нет. Ни музыки, ни звука работающего телевизора. Дома никого.

Все еще дрожа, с путающимися мыслями, Дестини пробралась к себе в комнату. Она долго принимала душ. И пока горячая вода хлестала ее, она приняла решение.

Я должна все рассказать папе.

Я больше не могу держать это в тайне. Все слишком далеко зашло. Сегодня я превратилась в летучую мышь. Что, если для меня уже слишком поздно? Что, если теперь даже Ренц не сумеет вылечить меня?

Мне слишком страшно, чтобы выносить это в одиночку. Я больше не владею собственным телом. Луна уже почти полная. Я должна рассказать папе. Я больше не в силах держать все это в себе.

Она

надела футболку, просторный свитер и джинсы, схватила ключи от машины, выскочила во двор и побежала к гаражу. Внедорожник отец забрал, но «Сивик» был на месте.

Руки дрожали. Она вцепилась в руль, чтобы унять дрожь.

Я должна сказать папе. В конце концов, он какой–никакой, а врач. Может быть… может быть…

Она задним ходом вывела автомобиль из гаража, чуть не ободрав о стену бок машины с водительской стороны.

Успокойся Ди. Сосредоточься на вождении.

Она взглянула на часы на панели управления. Почти половина десятого, а отец все еще на работе. Бедолага. Зачем он так усердно работает?

Мимо словно в тумане проносились улицы. Дестини и опомниться не успела, как уже подъехала к обочине перед ветеринарной клиникой отца. Уличные фонари освещали квадратное здание из красного кирпича. На стеклянной двери висела простая табличка с надписью синими буквами: ВЕТЕРИНАРНАЯ КЛИНИКА УЭЛЛЕРА.

Дестини вылезла из машины. Вытерла холодные, влажные руки о штанины джинсов. Сердце учащенно колотилось.

Я еще никогда так не нервничала перед разговором с папой. Что он подумает, когда я все ему расскажу? Что он скажет?

Жалюзи на широком окне у входа были опущены лишь наполовину, и она видела, что в комнате ожидания горит свет. Смотровая и лаборатория находились в задней части здания.

Собравшись с духом, Дестини подошла к двери. Но тут ее внимание привлекло какое–то движение в окне. Она повернулась, подошла к окну и слегка наклонилась, чтобы заглянуть в щелочку жалюзи.

— Ой.

Она скользнула в сторону, чтобы не быть замеченной. Ее отец сидел на регистраторском столе в комнате ожидания и, оживленно жестикулируя, обсуждал что–то с группой сидевших перед ним молодых людей.

Они сидели спинами к окну. Держась вне поля зрения, Дестини напряженно вглядывалась в ярко освещенную комнату.

Это что–то вроде собрания. Но ведь бессмыслица какая–то. Зачем папе устраивать собрание поздно вечером?

А потом она узнала Росса — он сидел на стуле возле окна. А рядом с ним — Флетч. В комнате находились и другие ребята из Старшей Школы Темных Родников.

Дестини отпрянула от окна. Прижалась спиною к холодной кирпичной стене.

Что эти ребята делают здесь, вместе с моим папой?

О чем они разговаривают?

Держась за стену, она снова наклонилась вперед и заглянула в окно. Теперь они все вставали. Она слышала скрежет отодвигаемых стульев. Ее отец отпер дверцу стенного шкафа для пальто.

За спиной у Дестини по улице проехала машина, осветив ее фарами. Дестини тут же выпрямилась. Машина сбавила скорость и поехала дальше.

Глаза жгло от яркого света. Отчаянно моргая, она снова заглянула в окно. Доктор Уэллер уже отошел от шкафа. Дестини отчетливо видела его. Видела, что он держит в руках. Охапку деревянных кольев, заостренных с одного конца. Она раздавал их парням.