Операция Свадьба
Шрифт:
Как-то я попыталась подсчитать, сколько денег уходит у среднего политика на общественную жизнь. Сумма, получившаяся при этих подсчетах сделала меня опасной для всего правительства и очень ценным информатором для налоговой. Но правительство предложило пойти на мировую: они меня не трогают, я их. Однако и тут я сыграла в двое ворот: часть информации «случайно» утекла в налоговую. Вот веселье было!!! Кстати, если кто подумал, что это я слила инфу, то зря. Это работа моего шефа в СБ, Арина. Он терпеть не может, когда что-то крадут
В секретарской было пусто. «Знаменитый бюст» куда-то успел смыться, что ли? И куда это она намылилась?
— Здесь всегда так… Тихо? — Аника в первую очередь подлетела к кулеру и стала жадно пить. Сушняк дело такое, пока не выпьешь воды — не человек. Тьфу ты! Не дроу то есть.
— Ну, что ты! — я усмехнулась, внаглую сидя на столе секретарши и просматривая почему-то не разобранную почту. — Обычно тут еще тише. Прям как в склепе.
Тут до моего тонкого слуха долетели какие-то невнятные звуки. Причем эти звуки… Были, мягко говоря, неприличного содержания. И что тут творится?
— Так, сиди здесь. Я сейчас, — сунув Анике какое-то письмо, я тихо подкралась к двери и заглянула в замочную скважину. Это, конечно, не к лицу леди, но все-таки любопытство хуже смерти.
Так громко смеяться мне еще не приходилось. То, что я там увидела, было не просто, кхм, неприлично, но и дико смешно.
Аника смотрела на меня, как на сошедшую с ума. Спорный вопрос, если позволите заметить.
— В чем дело? — она подозрительно на меня посмотрела. Я засмеялась еще сильнее. Меня бесцеремонно отодвинули. — Дай посмотреть.
Я с интересом смотрело на то, как ее лицо второй раз за сегодня меняет свой цвет. Теперь это был ярко-алый. А затем Аника точно также сползла по стенке, смеясь как ненормальная. В общем, весело нам было. Но сколько ни смейся, а заходить туда придется. Правда, теперь, когда я буду видеть знамя нашего государства, удержать меня от хихиканья не получится.
Собственно, мы туда заползли. В смысле в кабинет президентский. И нарушили царящую там идиллию, довольно-таки грубым способом, надо признать. Во всяком случае, «бюст» был недоволен. Очень. До степени покраснения и совпадения по температуре с кипящим чайником на газовой плите. Только что пар из ушей не валил.
— Товарищ президент, я дико извиняюсь, но разве стриптиз входит в список услуг, оказываемых секретарем? — кто бы мне рот с мылом помыл, что ли? А то, как начну говорить гадости, фиг кто остановит. — И вообще, там проверка пришла, народная. А ваш секретарь отсутствует на месте, чтобы прикрыть ваш зад, если что.
— Я пойду, пожалуй, — промямлила девица, быстро нацепила одежду и выскочила из кабинета. Андрей Константинович пытался придумать, куда же деть початую бутылку вина. Может, посоветовать ему в окно вылить? Да нет, это будет перебор. Но бутылку надо убрать, потому что некоторым высокородным уже почти плохо.
— Андрей Константинович, я бы хотела поговорить
— А каким боком это тебя касается, Александра Александровна? — фу, терпеть не могу, когда меня по отчеству называют. Сразу кажешься себе старой, никчемной и немощной старухой. Правда, есть у меня нескромное подозрение, что даже в таком состоянии я умудрюсь довести до инфаркта всех, кого захочу.
— Ну, не боком, но все-таки касается, — я позволила себе вольготно развалиться в кресле самого Андрей Константиновича. Как я там оказалась — долгая история. Я просто аккуратно и незаметно прокралась к нему. Что я дура, что ли, сидеть на каких-то твердых стульях? Я себя люблю больше, чем авторитет товарища президента. — И, пожалуйста, будьте повежливее, потому что вон та слегка бледная особа — принцесса дроу, ее высочество Аника Арлийская. Ну, а я, такая вся скромная, невеста его высочества старшего принца Сулема Арлийского. Так что, есть вопросы, каким это боком меня все это касается? Нет? Вот и славно. Тогда давайте поговорим, какие у кого проблемы и как их можно безболезненно решить.
— С чего это вы решили заняться внешней политикой, Александра? — президент обреченно вдохнул, понимая, что я от него всяко-разно не отстану. А кто говорил, что управлять государством легко?
— С того, что хочется видеть вас в добром здравии, как это ни странно, — действительно, как ни странно, но мне не улыбалась смена правительства. Лучше старое, но знакомое зло, чем новые проблемы. А они точно будут, если пойдет смена правительственных верхов. — А еще хочется нормальной и спокойной свадьбы. Как думаете, свадьба во время войны — это нормально?
— Я прекрасно вас понимаю, моя дорогая. Но что я могу сделать? — и еще руками скорбно развел. Моя челюсть самостоятельно спикировала вниз, изобразив меня в весьма неприличном виде.
— Я что-то не понимаю, или он только что сказал, что ничего не может поделать? — Аника недоверчиво покосилась на нашего правителя. Я огромным усилием воли поставила собственную челюсть на место, при этом прикусив себе язык. И от души высказала все, что думаю. А думала я красиво, заковыристо и, самое главное, точно. В общем, всем понравилось.
— Александра, — осуждающе вздохнул президент. Я нисколько не устыдилась собственных слов. Ему меня не увести от темы! А темой нашего разговора не является мое умение выражаться.
— Ну? Так мы поговорим о том, что нас так интересует, или продолжим обсуждение моих способностей к изучению языков? — бросив строгий взгляд на едва сдерживающую хохот принцессу, я вновь пристально посмотрела на Андрея Константиновича. Тот сжался на стуле и умоляюще на меня смотрел. Что на этот раз я сделала не так? Вроде бы была вполне в рамках этикета.