Операция «Танненберг»
Шрифт:
Пролог
День 9 июля 1386 года выдался жаркий. Солнце палило немилосердно, раскаляя доспехи. Пот заливал глаза, и не было никакой возможности утереть его, не поднимая забрало. А идти с открытым лицом на сплошную стену блестящих лезвий и наконечников – нельзя. Неминуемо лишишься глаза, а то и самоей жизни. Впрочем, ни забрало, ни шлем, ни щит, ни прочные латы не спасали сейчас от уколов пик и сокрушительных ударов швейцарских алебард. И все же… Все же австро-германские рыцари Священной Римской империи дрались отчаянно, не щадя ни себя, ни противника. Рыцари трещавшего по швам государства, границы которого простирались
Рыцари сражались, глядя сквозь узкие смотровые щели бацинетов [1] и пелену едкого пота. Сражались в непривычном пешем строю. В этот день австрийцам пришлось покинуть седла, ибо на пересеченном взгорье славная рыцарская конница – обуза и помеха, а вовсе не гарантия победы. А вот пехота…
Передовой отряд швейцарской пехоты, направлявшейся на выручку осажденному Земпаху, вышел на перекресток Хильдисриденских дорог неожиданно. Вероятно, швейцарцы двигались от Гисликонского моста и сами не ожидали столкновения с противником. Ополчение лесных и горных кантонов появилось во время привала. Войско Габсбургов под командованием Леопольда Третьего Австрийского только-только совершило переход от Сурзе вдоль Земпахского озера и готовилось к броску на Люцерн, когда все началось.
1
Вид шлема, распространенный в четырнадцатом веке.
Швейцарцы – их, в общем-то, оказалось не так уж и много – заняли позицию на крутобоких Хильдисриденских холмах. Как раз там, где каменными клыками торчат из земли гигантские глыбы – развалины башни, возведенной в незапамятные времена то ли горными троллями, то ли гномами, но уж никак не людьми. Ибо людям такие валуны не поднять.
Выбить врага с той высоты стремительной конной атакой не представлялось возможным. Предстоял бой в пешем строю, и рыцари герцога Леопольда торопливо срезали длинные носки башмаков. В обуви, шитой по последней моде, хорошо щеголять перед благородными дамами и можно даже успешно биться верхом на ровном ристалищном поле, но не штурмовать труднодоступные склоны, на которых укрепился противник.
Сначала стройные, неестественно стройные ряды швейцарцев обстреляли австрийские арбалетчики. Затем в гору двинулись спешившиеся рыцари. Град камней и стрел не остановил тяжелую пехоту. Булыжники грохотали, ударяясь о щиты и шлемы, арбалетные болты свистели в воздухе, но закованные в латы австрийцы упорно продвигались вперед. И вверх. И выше, и еще выше…
Рыцари все же поднялись на холм. Закипела рукопашная. Швейцарцы дрогнули.
Сирена завывала. Сирена подгоняла.
В подземных лабиринтах народу было совсем немного. Почти всю охрану давно перевели на наружное несение службы. Чтоб не мешали. Чтоб не видели лишнего, чтобы не болтали об увиденном. Внутри оставались только самые необходимые посты и патрули. Из самых посвященных, самых незаменимых, самых надежных и проверенных офицеров. Из самых нелюбопытных и исполнительных солдат.
Поэтому очистить и заблокировать коридор оказалось нетрудно. Теперь – дело за массивной бронированной дверью. Дверь заперта изнутри, и гарантированно высадить ее направленными взрывами можно, лишь зная уязвимые точки сокрытой под броней конструкции замка.
Люди в противогазах
Дверь не была покрыта ни противомагнитной циммеритной обмазкой, ни грязью, ни цементом, а потому – шлеп, шлеп, шлеп… – кумулятивные заряды «Хафтхохлладунг 3» сразу и без проблем липли к голой стальной поверхности. Туда липли, куда ставили.
Трехкилограммовые воронки в простенькой жестяной рубашке держались на вертикальной плоскости прочно. Каждая – диаметром в пятнадцать сэмэ, а в основании – по три магнитные скобы.
Такими минами солдаты Вермахта подрывали на полях сражений советские танки. Такие запросто проплавляют кумулятивной струей тринадцать-четырнадцать сантиметров брони. Как минимум. Правда, чтобы поразить магнитным зарядом танк, необходимо под обстрелом подобраться к нему вплотную. Сейчас обстрела не было. И саперы сейчас стояли вплотную к бронированной двери. И мины полностью готовы к бою. Предохранительные кольца с магнитов сняты, капсюли-детонаторы вставлены, синие – быстродейственные – терочные запалы вкручены в рукоять, защитные колпачки сорваны. Оставалось только дернуть запальный шнур. Шесть шнуров.
Четыре мины встали точно над сейфовым замком. Еще две – у самой кромки бетонной стены. Эти должны расплавить, размозжить, разнести в клочья крепление мощных петель.
Глухой неразборчивый выкрик из-под противогазной маски. Старший группы спрашивал о готовности.
Утвердительные кивки. Готовы все. Левая рука – на рукояти жестяного раструба. Правая – вцепилась в шнур.
Глухая неразборчивая команда.
И – отчетливая отмашка…
Шесть рук дернули одновременно. Двенадцать ног застучали по бетонному полу. Замедлитель горит недолго. До взрывов – четыре с половиной секунды. Но этого вполне достаточно, чтобы отбежать за изгиб коридора. Там, за поворотом, ждала штурмовая группа эзотерической службы. Лучшие солдаты и медиумы цайткоманды. Во главе с магистром службы, бригаденфюрером СС Томасом Зальцманом. Первым ответственным лицом цайтпроекта. Точнее, вторым. После рейхсфюрера Генриха Гиммлера.
Эзотерики тоже были в противогазах. Но без мин. При гранатах и «шмайсерах».
Четыре, три, два, один…
«Хафтхохлладунги» рванули оглушительной канонадой. Вздрогнул пол. И стены. И потолок. И в пол, и в стены, и в потолок полетели осколки, брызги расплавленного металла, куски колотого бетона. Рухнула тяжелая бронированная дверь. Издырявленная, прожженная насквозь, с сорванным поворотным колесом замка.
Дымящийся проем. Гарь, пыль… И клубящееся облако газа.
Путь в центральный хронобункер СС был свободен.
Смертоносный газ из бункера выходил наружу.
Внутрь вбегали люди в противогазах.
Со «шмайсерами» в руках.
Сражение было в самом разгаре. Спешившиеся австро-германские рыцари уже теснили с холмов авангард противника, когда в бой вступили главные силы швейцарцев. Выйдя к Хильдисридену и выстроив боевую баталию, они ударили сразу, с марша. Правильный квадрат – пятьдесят человек на пятьдесят человек – наползал с правого фланга, стремясь рассечь отряд Леопольда Австрийского.